Займемся с... самбо? (СИ)
Пересадил ее к себе на колени и продолжил терзать податливые губы. Все кратковременные отношения, которые были до нее, померкли. Ничто не сравнится по остроте ощущений с поцелуем любимого человека, если только жесткое самбо с ней же. Влюблен? О, да! И это прекрасно!
Оторвался от ее манящих губ и рассмеялся.
— Что-то не так? — спросила обеспокоенно. — Почему ты смеешься? Не умею целоваться, да? — приняла на свой счет.
— Смеюсь, потому что счастлив, — снова потянулся к ней за продолжением безумия.
Арина охотно ответила на поцелуй, а потом, отстранившись на секунду, сдернула с меня футболку через голову.
— Что ты делаешь? — тяжело задышал.
— Сегодня поспишь без футболки, — откинула ненужный предмет в сторону и стала пальчиками изучать мое тело, спукаясь от шеи вниз. — Ты когда успел такой пресс накачать? — чувственно оглаживала рельефный торс.
— Он и раньше у меня был, ты просто не обращала внимания, — выдавил хрипло.
— Может, из-за кровоподтеков…, - предположила и опрокинула меня на спину, оказавшись сверху. Стиснул зубы, чтобы не наброситься на нее. В штанах давно было тесно и боевой товарищ просился на свободу, обижаясь на чрезмерное воздержание. Держим себя в руках…и в штанах!
Арина чмокнула меня в губы, озорно лизнула и проложила цепочку из страстных поцелуев к шее, спускаясь ниже. Почувствовав некоторый дискомфорт, поерзала на моих бедрах.
— Арин, не играй со мной, — шумно выдохнул.
— Даже не думала.
— Нам нужно остановиться, пока я еще могу контролировать себя. Я обещал не пользоваться твоим нетрезвым состоянием, — напомнил.
— Я не просила останавливаться…не сейчас… — подняла руки над головой, терпеливо ожидая моих действий.
Мне дали зеленый свет?! Я так долго этого ждал, а теперь торможу, боясь ее обидеть. Тем не менее, руки уже проникли под ее футболку, неверяще оглаживая спину. Не увидев и капли сомнения в ее глазах, спустился к бедрам и стиснул руками упругие ягодицы, все это время коварно увиливающие.
Сейчас стопудово даст по морде! Но ничего не случилось.
— Не шутишь? — спросил еще раз, боясь поверить в сказку.
— Никаких шуток, — качнула головой и снова подняла руки, искушая продолжить.
Стянул с нее футболку, залюбовавшись стройным телом, тонкой талией. Под футболкой оставался спортивный топ, подчеркивающий аппетитную грудь.
— Можно? — спустил с плеча белую лямку лифчика, спрашивая дальнейшее разрешение.
Арина проследила взглядом за свисающей лямкой и слезла с моих бедер, оставив в замешательстве. Завела обе руки за спину и расстегнула на себе лифчик, ловко избавляясь от ненужного предмета.
О, боги! Сквозь черно-бежевый топ угадывались возбужденные горошины, всецело приковывающие внимание. Опустился на колени рядом с ней и притянул за узкую талию ближе, впиваясь в ее губы. Арина доверчиво обняла меня, тая от поцелуев и горячих рук, блуждающих по ее телу. Оторвавшись для вдоха, легонько прикусил ее шею, и она усмехнулась, запуская руку мне в волосы. Опустил мою самбистку на подушки и перешел к сексуальному животику, покрывая поцелуями каждый миллиметр ее бархатистой кожи.
Снимать ее топ не стал. Думаю, ей все же будет немного неловко. Позже, когда привыкнет ко мне и перестанет стесняться. Открыто трогать ее грудь тоже поостерегся. Я не подросток в пубертатный период, чтобы вести себя, как зверь или торопышка.
Немного приподняв ее грудь снизу, припал к чувствительной горошинке, нежно посасывая сосок прямо через топ. Арина выгнулась и протяжно застонала, смущенно прикрывая себе рот. Что же ты делаешь со мной?!
Накинулся на ее губы, нависая сверху, и расстегнул пуговицу на коротких шортах, справляясь с молнией. Арина приподняла бедра, помогая снять с себя шорты. Белые трусики — шортики избавили меня от необходимости дышать, наполовину демонстрируя сногсшибательные ягодички. Моя кровь, словно расплавленная лава, бурлила внутри. Кажется, что могу задохнуться от переизбытка эмоций и накала страстей.
— Безумно красивая, — прошептал между поцелуями и ее губы растянулись в смущенной улыбке. — Обойдемся без динамо?
— Никакого обмана и кидалова, — прошептала. — Раздевайся.
Вскочил с кровати, срывая с себя остатки одежды, сохраняющей разум. Уровень возбуждения зашкаливал, требуя продолжения банкета с желательной развязкой. Ибо нам придет трындец.
За спиной неразборчиво что-то прошептала Арина, и я поспешил вернуться к моей вкусной девочке, целуя ее припухшие губы, разжигая новый огонь. Что-то не так.
Почему она не реагирует?!
— Арин? — позвал, а в ответ тишина. — Девочка моя, открой глазки, — попросил, оглаживая нежную попку.
— Ты…спишь?! Сейчас?! — опешил. — Ты же обещала не обманывать, — чуть не заскулил, как щенок. — Ты не можешь так со мной поступить, — уже понял, что будить бесполезно. Она же говорила, что спать хочется.
Влез обратно в штаны и рассмеялся.
— Я люблю тебя, моя садистка! — прошептал ей на ушко и чмокнул в щеку. Похоже, она все равно не слышала.
Укрыл одеялом и хмуро уставился на дико стоящий агрегат, невообразимо выпирающий из штанов. И вот что теперь делать с этим набалдашником?! Пойду приму холодный душ и, может, еще чем займусь…
Настроение отличное.
Глава 98. Похмельное утро добрым не бывает
Арина
Испуганно дернулась от затрезвонившего не в первый раз будильника. Совести у него нет! Он точно не в курсе, сколько мы с Милой выпили вчера!
Голова чудовищно раскалывается, м-м-м. Если б не работа — никакой экзорцизм не смог бы поднять меня с кровати. Дело еще и не только в том, что я не выспалась. Мне редко снятся сны эротического содержания. Сегодняшний сон хотелось досмотреть до конца. Настолько яркого и реалистичного мне еще видеть не доводилось: смелые ласки, руки Феликса по всему моему телу, сумасшедшие поцелуи…все то, что я себе не могу позволить…не сейчас. Могу я побыть с ним хотя бы во сне? Ведь он не узнает о моих мыслях…
Гадкий будильник разродился новой трелью, раздражая каждую клеточку моего хрупкого спокойствия. Видения растворялись, словно дым, полуобнаженные тела смазывались…глаза пришлось открыть.
ВСЕ! БУДИЛЬНИК НАКАЗАН!
Села на кровати и сонно осмотрелась. На прикроватной тумбочке стоял стакан воды с таблеткой «Панадола». Нетрудно догадаться, кто у нас такой заботливый. Положила в рот таблетку и поперхнулась, обнаружив чужеродные детали в интерьере. Таблетка в горле встала комом.
Это что за «разгуляй»?!Это как надо было вчера нахреначиться, чтобы раскидать по комнате лифчик с шортами?! СТОП! А я тогда в чем?
Откинула одеяло с ног и пришла в ужас. Неужели я спала в таком виде?! Вот черт! А где был Феликс? Мы же не…ведь нет же?
Вдох, выдох…что я помню? Помню, как проводила Милу, помню, как поднималась по лестнице с единственной мыслью — попросить Феликса переночевать у Лельки…Все правильно! Я его сбагрила к сестре, поэтому расслабилась и разделась…как попало…Точно! Наверняка так и было!
Блин! Я никогда не раскидываю свои вещи…
Дверь резко открылась, являя предовольного виновника всех моих терзаний.
Впопыхах прикрылась одеялом, косясь на валяющийся лифчик на полу. Как стыдно!
— Тебя стучать не учили? — процедила.
— Не стукач! — сострил, ухмыляясь, и подсел ко мне на кровать. — Как себя чувствуешь? — подцепил пальцем одеяло и настойчиво потянул на себя, склоняясь к моим губам.
— Руки убрал! И все остальное тоже! — вспыхнула, намертво хватаясь за укрытие. — Головка бо-бо, — буркнула.
— Скоро пройдет, — успокоили меня, — вам нужно оказать первую помощь, — все-таки оголил мое плечо и нежно прикоснулся к нему губами.
Дернулась, как от разряда тока.
— Выйди, мне одеться нужно, — сказала серьезно.
— Я и с этим помогу! — подобрал с пола бюстгалтер и улыбнулся. — Иди ко мне, — протянул мне руку.
— Ты, случаем, головой не ударялся?! — вспылила.
— Я?! — опешил. — Постой…если ты стесняешься, так и скажи, приторможу, или объясни, что не так, — нахмурился. Меж бровей пролегла тревожная складка.