Мужские сны
Притихшая Даша сидела возле бабушкиной кровати и слушала ее наставления. Полина Ефремовна говорила очень медленно, с одышкой:
– На ночь не забывай умываться и чистить зубы. Слушайся Тамару Федоровну. Хомячка не перекармливай. А теперь позови тетю Таню и папу.
В палату вошли Татьяна и Андрей.
– Здравствуйте, Полина Ефремовна! – поздоровалась Татьяна.
Она нерешительно присела на краешек стула. Андрей встал рядом.
– Как вы себя чувствуете? – спросил он.
– Сейчас уже лучше. Накачали лекарствами по самую макушку. Спасибо за фрукты и соки. Я вот что хочу попросить – не отпускайте Дашеньку одну на улицу. Это не потому, что я вам не доверяю. Просто… В общем, сами понимаете. Этот криз не от солнца, как уверял меня врач. Он от ужаса, который мне пришлось пережить.
Второй раз я… Господи, чего я каркаю, старая? Все будет хорошо. И все же я попрошу.
Татьяна пообещала не терять Дашу из поля зрения ни на минуту, пожелала больной скорой поправки и попрощалась. Андрей еще немного задержался в палате.
Сначала они решили поехать в зоопарк. Там очень долго стояли возле вольеров с медведями и тиграми. Даше понравилось купание белых медведей. Когда огромный медведь, наплававшись, вылезал из воды и отряхивался, устраивая вокруг себя душ, дети, с нетерпением ожидавшие этого момента, визжали от восторга, а вместе с ними и Даша. Вдоволь нагулявшись, они пошли в кафе-мороженое.
– Папа, а тебе кто больше понравился – белые медведи или коричневые?
– Бурые, ты имеешь в виду? Не знаю, кому отдать предпочтение. Все хороши. А мы тетю Таню спросим.
– Мне больше бурые нравятся, – сказала Татьяна.
– А как они получаются? Наверное, родятся белые, а потом постепенно загорают, да?
– Нет, медведи не загорают. Белые живут на Севере, во льдах и вечных снегах, – медленно, нараспев объясняла Татьяна, словно сказку читала. – В снегу белого медведя не видно. Поэтому он может спокойно выслеживать добычу.
– А добыча – это кто? – Любопытство Даши не знало границ.
– Это рыба и морские животные. Тюлени, котики.
– Котики? Маленькие коты, что ли?
– Нет. Это морские котики. Они плавают в море. У них жирное большое тело…
– И они его прячут в утесах, – в тон Татьяне завершил фразу Андрей.
Татьяна прыснула, но смеяться не стала. Это непедагогично.
– Оказывается, тетя Таня у нас не только астроном, но и большой знаток фауны, по-научному – зоолог, – серьезно прокомментировал Андрей.
– Ну, Андрей! – не выдержала Татьяна и рассмеялась.
Он с такой лукавой нежностью заглянул ей в глаза, что у нее зачастило сердце. Она невольно положила свою ладонь поверх его, лежащей на столе. Даша по-своему поняла этот жест. Она шлепнула своей загорелой ладошкой по Татьяниной, так и оставив ее сверху.
– Союз трех, тайный и вечный. Клянемся! – неожиданно сказал Андрей.
– Клянемся! – в унисон повторили Даша с Татьяной.
– Что будем верны друг другу. Клянемся!
– Клянемся! – эхом повторили его спутницы.
– Что будем дружны.
– Клянемся!
– И никто не разлучит нас.
– Клянемся!
Домой вернулись уставшие, разморенные жарой и переполненные многочисленными впечатлениями. Там их ждал некормленый Тимка. Даша деловито навела порядок в его коробке, сменила воду и дала корм. Приняв душ, взрослые легли отдыхать, а Даша села делать зарисовки о посещении зоопарка. Андрей давно ввел такую методику эстетического воспитания ребенка. Но расслабиться не удалось. Даша то и дело вбегала в спальню и спрашивала отца, как рисовать хобот, хвосты, рога и прочие части звериных тел. Наконец и она угомонилась. Села перед телевизором смотреть диснеевский мультик.
– А куда завтра пойдем? – спросила сонным голосом Татьяна, тесно прижимаясь к плечу Андрея.
– Завтра вы пойдете провожать меня в Кармаши.
– Это во сколько? В семь утра?
– Нет, я поеду дневным поездом. Зачем вас мучить?
– Ой, какой ты у нас внимательный и чуткий джентльмен!
– К слову «джентльмен» не обязательно добавлять такие слова, как «вежливый», «внимательный» и тому подобные. Это слово вбирает в себя все эти эпитеты. Поняла?
– Угу. Какой ты умный!
– Да, я такой.
– А зазнайство тоже черта джентльмена?
– В известном смысле.
– И хитрость?
Андрей усмехнулся, привлек ее к себе, поцеловал, потом тихо спросил:
– А чаем джентльменов поят в этом доме?
– Поят. Особливо чутких и внимательных.
– Тогда я пошел на кухню.
Они пили чай, болтали о пустяках, но о любви не говорили. Зачем? Их глаза уже давно все сказали.