Перевал Дятлова. Назад в СССР (СИ)
К чёрту. Хватит усугублять ситуацию, и без того всё не радужно. А долги… Те, кому я что-то задолжал, на этом свете долго не задержались. Шучу, конечно. Однако в каждой шутке, как известно, есть только доля шутки, остальное всё — фантазии. Ну, или правда.
Глава 9
О том как появляются воспоминания
Похлопал себя по куртке, вспоминая, куда засунул сигареты. Чего-то до хрена я тут дымлю… С другой стороны, хорошо хоть не бухаю. С такими событиями и спиться не грех.
Дятлов оторвался от тетрадки, посмотрел на меня задумчиво, но ничего не сказал. У него вообще взгляд был немного потерянный. Будто человек в своих мыслях полностью находится, и мысли эти ни фига его не радуют.
Я кивнул в сторону двери, которая вела на улицу, приглашая его выйти покурить, он в ответ качнул головой отказываясь. Ну… Хозяин-барин…
В нескольких шагах от выхода я немного притормозил. На улице было темно, и за счёт этого оконное стекло, словно зеркало, отражало всё, что происходит внутри зала ожидания. В данную минуту оно отражало конкретно меня.
Рожа, конечно, не особо. Чисто по моему мнению. Не должно быть у мужика такого «сладенького» лица. В остальном же ничего так, хорошая тушка досталась, спортивная. Рост тоже не подкачал. Да, и плечи широкие, крепкие.
Что там Блинов говорил? Спортсмен-разрядник, все медали беру? Это хорошо. Было бы гораздо хуже, окажись Замирякин жирным ботаном. Пришлось бы заняться вопросом физухи. Ибо есть подозрение, так и останусь я Костиком. Хотя… Может, и не останусь. Может, меня послали просто определённую миссию выполнить. Как супер-героя. Выполню, а взамен меня обратно вернут, в привычную жизнь. Или не вернут.
Мандец… Удивительная дурь лезет в голову. Я покачал головой, недоумевая с самого себя. Отражение в окне сделало то же самое.
— Спаситель хренов… или спасатель? А,один чёрт! Ладно… Пойдёт… — сказал я тихо своему отражению, очень тихо. А потом толкнул дверь и вышел на улицу.
Снег искрился и блестел под лунным светом. Следов на нём было очень мало. Пожалуй, только наши. И это очень, очень плохо. Значит, велика вероятность куковать до следующей электрички дольше, чем хотелось бы.
Тишину ночи снова нарушил хриплый лай собак. Откуда-то со стороны прилетел острый лязг железа. Вот ведь странно… Буквально недавно, до появления шамана, наоборот, здесь было подозрительно тихо.
Мороз залез под куртку, поэтому я торопливо застегнулся, поёжился и почти шагнул от двери вперёд. Но…
Мой взгляд выхватил мужской силуэт в ночи. На железнодорожных путях стоял тот самый бурят. Он вдруг резко крутанулся вокруг себя, остановился, задрал руки к небу, а потом, могу поклясться, повернул голову и заглянул мне прямо в глаза. Хотя расстояние между нами было приличное. Затем вообще погрозил пальцем, улыбнулся и что-то сказал.
Чисто теоретически при всём желании с того места, где я находился, разобрать его слова было бы сложно. Ну разве что приди седому буряту в голову блажь крикнуть во весь голос. Вот только чудила не орал. Он губами-то шевелил еле-еле. Тем не менее я отчётливо расслышал фразу, сказанную насмешливым тоном:
— Не просто так забыл. Захотел забыть. Обещание умирающему дал, нехорошо…
Я без малейших сомнений рванул к мужику. Прямо готов был скакать через рельсы, как сайгак. Думал, ну, сейчас схвачу бурята за шиворот и вытрясу из него всё, что он знает. Если знает, конечно. Вероятность, что мужик, считающий себя каким-то там шаманом, просто псих, всё равно оставалась.
Двумя гигантскими прыжками я допрыгнул до второй платформы. И что в итоге? Да ничего! Буквально на третьем шаге споткнулся, едва не пропахав носом землю, точнее, снег. Причём споткнулся на ровном месте. Просто ни с хера. А когда поднял взгляд, на рельсах уже никого не оказалось.
— Вы что, млять, издеваетесь? — я растерянно пялился туда, где только что стоял бурят, и чувствовал, как внутри нарастает раздражение.
Твою богомышь! Не бывает так! Не бывает! Копперфильд, сука, недоделанный. Бесит, честное слово. Чего ему надо-то? Цену набивает или денег хочет? Ну, типа, драконит меня, чтоб я такой разошёлся не по-детски, испугался… Не знаю, что ещё. А потом просто бегал за ним и просил: скажи, пожалуйста, добрый человек, о чём ты говоришь всё время?
О-о-о-о-о… А может, в этом всё и дело? Может, это типа развод для приезжих туристов из большого города? Создаёт местный типок атмосферу. Играет спектакль, чтобы получить своё. Ну а что, эдакий рекламный ход для привлечения туристов, с целью заработать. Да ну, бред… Какая реклама в советское время?
Я выдернул очередную сигарету из пачки, прикурил, подошёл поближе к рельсам, вгляделся в то место, где увидел мужика. Ни черта. Чистый, не примятый, можно сказать, девственный снег. По нему ещё никто не ступал. Сука, как же меня задрала эта грёбаная мистика!
— Эй! — я задрал голову вверх, уставившись в звёздное небо. — А не пойти ли вам на хрен!
Потом ещё для верности поднял руку и показал луне средний палец, чтобы шутники там наверху наверняка поняли, на чём я их вертел и где видел все эти их приколы по поводу кармы и мистической хераборы. Если, конечно, есть кому понимать. Но ведь кто-то же меня отправил сюда, в это грёбаный пятьдесят девятый? Ладно бы только в него! И под группу Дятлова спецом подставили, и дядьку убрали в последний момент, когда всё случилось. Типа сам виноват, поспешил — людей насмешил. Обхохотаться просто. Тьфу.
Никто мне не ответил. И Слава богу. Представляю свою охреневшую рожу на глас с небес:
— Сам ты иди…
Не могу назвать себя сильно верующим или прям убеждённым атеистом. Крестик ношу. Да и, честно говоря, в тех местах, где мне приходилось бывать, хочешь не хочешь, начнёшь верить. Хоть во что-то. Приметы, знаки вселенной, чуйка. Неважно. Иначе черта-с-два выживешь. За человеческое там зубами нужно держаться, чтобы крыша не поехала и чудовища наружу не полезли. Внутренние.
Я помотал головой, разгоняя дурман в мозгах. Нет… Валить надо из группы, без сомнений. Причём срочно.
— Костя…
— Сука! — я натурально подпрыгнул на месте, вот прямо подскочил вверх, словно на пружине. — Что ж вы… Подкрадываетесь вечно…
Рядом со мной стояла Зиночка. Она хлопала немного заспанными глазами и выглядела растерянной.
— Что? — девушка изумленно моргнула.
— Извини, — буркнул я. — Ты чего подкрадываешься? Не делай так больше никогда. Поняла? Я мог отреагировать совсем по-другому. И знаешь, ни одну девушку сломанный нос или выбитая челюсть не украшают. Ясно?
— Д-да, — растеряно кивнула Зиночка. — Я просто спросонья не сообразила. Глаза открыла, смотрю, все спят. А тебя нет. Подумала, вдруг что-то случилось… Решила проверить.
Я с удивлением уставился на девчонку. Она серьёзно что ли волновалась обо мне?
— Вроде Игорь не спал, — ответил я Зине совсем не то, что хотелось.
На самом деле на языке вертелись иные слова. Например, почему её беспокоит моя судьба? Вот так вдруг ни с того, ни с сего? Или как бы она мне помогла, случись что на самом деле? Просто… Обо мне особо никто и никогда не беспокоился. Имею в виду, женского пола, конечно.
Бабло моё интересовало, это да. Возможности. Да и сам я мужик видный. Был… Только видный в хорошем смысле слова, а не как Замирякин. Да и не верю я в бескорыстное отношение со стороны женщины. Им же всегда что-то нужно взамен. Кому деньги, кому связи, квартиры там, брюлики. А тут вдруг стоит девчонка, которая знает меня без году неделю, и уверяет, будто попёрлась на улицу удостовериться, что со мной всё в порядке.
Хотя… Надо признать, Зина — вполне симпатичная, с юмором. Я слышал, как она общается с товарищами. Шутит даже прикольно. Рассказывает интересно так, не то что Люда. У той гонору на троих хватит. Нет, Симпатяга тоже вполне себе миленькая, но характер… на фиг такой характер в семейной жизни. Такой характер подстать комсоргу или старосте. Уверен, Людочка и отличница, и комсомолка, и вообще в первых рядах со всех сторон.