Я не люблю убивать. Часть 1 (СИ)

— Это только моя вина, — сердился я на себя. — Обвели вокруг пальца, как мальчишку. Показали мне фотографию Драгуша и заставили вызвать Бенце в Москву. А может Драгуш Арделин здесь и не появлялся? Потому и убирают прислужников, чтобы мы им память не вскрыли.
Эдуард тяжело вздохнул. Он уже встречал подобные казусы, когда нежить хитроумно заманивала в свои сети жертву. Приманкой могли быть женщины, деньги или сводящие с ума обещания. Вампиры — народ изобретательный, когда речь идёт об убийствах. А уничтожить охотника, это верх мастерства.
— Кто кроме тебя знал, что Бенце Вайда прилетит сегодня в Москву? — задал вопрос маг, хотя он не был криминалистом; но вопрос звучал своевременно и логично.
— Никто, — пожал я плечами. — Если только местный следопыт Андрюха был в курсе. Но не думаю, что он в связке с Другушем или другими вампирами. Слишком сложная комбинация. К тому же мы можем легко проверить любого человека.
— И проверим, — совсем не шутил Эдуард.
Он хотел ещё что-то сказать, но у него на поясе пискнула рация.
— Да, — ответил он на вызов.
— К нам гости из московских кланов, — сообщил человек из группы зачистки, который охранял въезд на территорию бывшего завода.
— Пропусти! — скомандовал маг.
Эдуард приладил рацию на место. Между собой маги могли общаться на расстоянии и без помощи приборов связи. В общении с людьми из охраны — рация незаменима.
— Пожаловали наблюдатели из столицы. Мы сразу сообщили вампирам об убийстве охотника. Сам понимаешь, история такого калибра не может остаться инкогнито.
Я даже не сомневался, что сегодня непременно встречусь с хорошо знакомыми мне вампирами, которые прилежно соблюдают договор и не высасывают кровь из людей… или делаю вид, что соблюдают и не высасывают. Но ещё двадцать лет назад члены самых значимых кланов Москвы нападают на детей как дикие. Редко, но случалось и такое. Сегодня они стали степенными. В стране порядок и в вампирских рядах всё меньше отчаянных маньяков. 
Два чёрных джипа встретил молодой маг, имени которого я почему-то не помнил.
Из первой машины вышел коротко стриженный, сухощавый, высокий вампир в спортивном костюме. Он из клана «Московский клык». До спортсмена он не дотягивал — тоже мне олимпиец, он скорее, похож на гопника из подворотни. На груди его висела золотая цепь, в руках чётки, на лице застывшая ухмылка. Звали вампира Горан. Поговаривали, что родом он из Восточной Пруссии. Годы его точно неизвестны. Навскидку я дал бы ему лет восемьсот. Но возможно, он старше. Короче, не юнец. Опытный кровосос.
Из второго джипа (ох и любит нежить большие машины) — вышла моя хорошо знакомая блондинка с большой грудью, длинными ногами, миловидным личиком и причёской каре. Я даже удивился. Неужели она меня совсем не боится? А может, просто соскучилась? На ней чёрные кроссовки, красные гольфы, короткая жёлтая юбка и красная кофточка. Оделась, подражая божьей коровке. Смешно, ей-богу.
— Доброе утро, Григорий, — поздоровалась со мной Ахета из вампирского клана «Серебряной пули».
— Здравствуй, голуба моя, — встал я с бетонной плиты и выбросил сигарету.
Ахета оправила юбку и закатила глазки.
— Мои соболезнование, охотник, — сказала она; в её голосе не было жалости, но и не было ехидства; она сейчас была на задании, а тот, кто её послал на встречу, явно желал умиротворить мой вероятный и праведный гнев.
— Молись, чтобы это не твои дружки убили Бенце, — бросил я. — Венгр был моим другом. Буду расследовать предвзято. И наказание не будет простым.
— Может быть, сразу накажешь меня… Ну так, впрок, — прошептала вампирша, повернувшись ко мне спиной; она чуть склонилась и зачем-то стала гладить свои острые колени.
«Ах ты ж с..ка!» — застучало у меня в висках.
Вот честное слово, стыдно: на входе дежурят сотрудники, маги колдуют, криминалисты вынюхивают, патологоанатом в отрезанную голову глаз пытается вставить; ещё задумчивый Эдуард с этой рацией возится. А у меня зверское возбуждение! Я это тело, то есть тело вампирши Ахеты — перевоспитывал сотни раз. Было и так, и эдак, и в танце, и с плетью вдоль хребта — потому и закипал ниже пояса. Память у меня глубокая, можно сказать, криптонитовая. А её грудь так и стоит перед моим носом! Стоит как бугры, как холмы и курганы! Б..ть, эта баба — просто огонь!
 
— Клан «Московского клыка» готов оказать вам искреннюю и всевозможную поддержку, Григорий. Я в полном вашем распоряжении, — доложил мне вампир Горан, обломив под корешок мой зачинающийся дубовый стояк.
На всякий случай, я засунул руки в штаны, скрывая возбуждённый орган, будто мелочь по карманам тырил.
— Самый умный, что ли? Будто я не знаю, кто ты такой и как твой клан называется, — продолжая рассматривать ниже спины Ахету, презрительно сказал я. — К чему этот официоз, кровопийца? Хотя, ладно… если приехал, смотри внимательно.
Я достал телефон, включил его и показал обоим вампирам, сделанную мною запись.
Бенце висел на кресте. Кишки болтались до пола. Андрюха держал за волосы голову охотника, а я хладнокровно комментировал факт преступления. Потом я показал ещё одну запись, как и во сколько прибыла подмога из Москвы, чтобы у вампиров не осталось сомнений в подлинности произошедшего.
А вампиры и не сомневались. Запах смерти, который может уловить даже средненький маг, стоял в этом месте удушливый, горьковатый. Для меня, может быть, и удушливый с горечью, а для нежити дурманящий и сладкий.
— Хочу взглянуть на тело, — вежливо попросил Горан.
— Не вопрос, — ответил я.
Молодой маг распахнул двери фургона-рефрижератора и расстегнул молнию на мешке.
Горан смотрел спокойно. Но я знаю кровососущее племя. В глубине своей мрачной души нежить тряслась от радости.
— Простите за вопрос… его сожрали? — уточнил он.
Вампир в спортивках меня начал бесить. Термин «сожрали» вполне устоявшийся, обозначающий полное поедание сердца, но меня раздражала его холодная ухмылка. Я видел, что он старался скрыть своё удовольствие от процесса опознания, но выходило какое-то уродство. Возможно, Горан видел труп охотника впервые за свою очень долгую жизни — и вероятно, в последний раз видел. Такого удачного дня может более и не случиться. Да точно не случится! Я постараюсь!
— Будешь выражаться, я тебе в задний проход клизму вставлю. Понял меня? — пригрозил я вампиру. — Ещё раз услышу слово «сожрали», высушу и вылечу проникновением жижи Водопьянова. Залью тебе в кишечник пару литров — и станешь ты у меня сразу миленьким и добреньким.
Горан нервно задёргал туда-сюда коленями, защёлкал чётками.
Ахета негромко хихикнула, представив Горана без спортивного костюма, с клизмой в костлявой заднице.
Но мои угрозы так и оставались пустыми обещаниями. Пихать клизму в жопу, за то, что Горан не корректно выразился — верх кощунства, излишняя горячность и недостойное поведение для охотника. Если между нами, то он не заслужил такой участи. Вот если бы Горан на кого-нибудь напал в ближайшее время, вот тогда!
— Руку мне дай! — потребовал я.
Горан причмокнул. Я заметил в его пасти — а именно пастью я называю вампирский рот — как сверкнула золотая фикса. Нежить любит не только большие машины, но и зубы украшать.
Я взял его за руку. Закатил рукав.
— Если глотнул хоть грамм человеческой крови, тебе кабзда, — тихо, но оптимистично предупредил я.
Можно взять клинок, но я предпочитал рвать кожу мизинцем. Когда рядом вампир, то моё тело трансформируется бессознательно. Кости становятся титаном, волос — капроном, орган в штанах — ракетой, а ногти превращаются в отточенные бритвы.
Я резал медленно, зигзагообразно. Смотрел вампиру в глаза. Тот был совершенно спокоен. Я мог бы не пробовать на вкус его кровь, по глазам всё понял; но я всё же коснулся капли кончиком языка.
Вечное блаженство пить кровь вампира!
Сколько я выпил красного нектара, перед тем, как изменился сам, повзрослел — перестав иссушать вампиров до дна. Я не высасывал вампиров, я из них пил, словно склонялся к быстрому ручью, где текла живая вода. Я пил, пил, пил — пока вампир не умирал, а я не насыщался и не впадал в блаженство.