Яжмаг. Трилогия (СИ)
Подручные клоны полезли выручать родителя, но пали первыми. Гилла отделала всех! Удары и прыжки, страшные зубы, скрюченные пальцы, способные раздавить череп человека, оглушающий рёв, налитые кровью глаза, абсолютное равнодушие к боли и жёстко контролируемое безумие делали её страшным противником!
Но чёрный ангел реально оказался не по зубам даже ей. Горилла была отброшена в дальний угол, что-то сломала головой, то ли шкаф, то ли деревянную лестницу, где замерла бесформенной массой. И всё же она дала всем нам пару минут на рекогносцировку и общее согласование планов.
— Палач!
Чумной Доктор сделал шаг вперёд.
— Стань за моей спиной и сделай так, чтоб подобные эксцессы более не повторялись.
Чумной Доктор качнул кожаным клювом, развернулся к моей банде и замер, держа топор двумя руками. Белая Невесточка бросилась на помощь к горилле, пытаясь привести её в чувство. С хозяйки «Книжной лавки писателей» уже начала спадать шерсть, горилла снова превращалась в девушку.
А вот некогда чёрный Посланник практически потерял весь второй слой краски, и сейчас перед нами стоял тот, кем он был на самом деле. Серый ангел…
Если вы знаете эту легенду, можете не читать дальше. Для тех, кто не в теме, попробую рассказать максимально коротко.
Когда произошло знаменитое восстание Люцифера и кровь ангелов обоих фронтов обагрила райские кущи, меж ними нашлись те, кто пожелал остаться нейтральными в общем конфликте. То есть не принял сторону мятежников и не вступил в войско архангела Михаила. Просто, насвистывая, стоял в уголке, не помогая никому, сложив руки на груди, категорически отказываясь от проявления любого насилия, впрочем, как и любого милосердия.
Им было всё равно. А равнодушие это более чем проступок, это преступление.
И вот, когда Люцифер с остатками чёрных ангелов был низвергнут под землю, в пекло, а белые ангелы вновь воспели хвалу трону Всевышнего, оказалось, что крылья тех, кто ратовал за так называемый нейтралитет, вдруг стали серыми. Как и лицо, и руки, и вся кожа. Им не позволили остаться на небесах, но их точно так же не приняли и в аду.
Серые ангелы были прокляты всеми и растворились среди людей. Судьба их мало кому известна, и не в последнюю очередь именно потому, что просто не была интересна. Так вот сейчас перед нами стоял отголосок древней истории, частичка мифа, не Свет, не Тьма, а настоящий серый ангел…
Глава двадцать седьмая
В дни, когда разлука на час
Тянется долгие годы, сползая в вечность,
Кажется, звёзд хоровод или звездопляс
Разбавляет навязчивую бесконечность
Какой-то мелодией старых строф?
И мир в предвкушении катастроф…
— Чоткий Сотона, вот и на хрена же я ему врезал?!
— Заткнись, яжмаг, — тихо потребовал он, и что-то в его голосе заставило меня послушно сжать челюсти. — Мне нужно встретить нашего Владыку и Господина! Прекрасная девица Нонна, встаньте рядом со мной.
Наша загипнотизированная блондинка послушно сошла с трона, протопала по замурлыкавшему от счастья Фамильяру и, не выпуская из рук коварную маленькую мюклу, заняла место с правой руки от серого ангела. Он утомлённо кивнул, вновь начиная распевные призывы, более похожие на заклинания.
Мы все замерли. Никак нельзя было упустить момент, но и невозможно ударить раньше. Ждём. Просто ждём.
— Каменос. Вирос. Масминоос. Элиот. Кломпус. Калио. Демнос!
При чтении заклинания необходимо чётко выделять каждое слово и каждую букву, произнося все звуки в правильной тональности, без истерики или надрыва. Излишне эмоциональный колдун — это практически самоубийца, равно опасный как для окружающих, так и для самого себя.
— Эргион. Лиронс. Коллиоприум. Амстрегон. Луспириозус!
Разумеется, я не знал этого заклинания. И хотя некоторые слова были знакомы, но чернокнижие обычно не изучается в школе яжмагов. Там дают весьма общее образование, в первую очередь вас учат самодисциплине, медитации, основам философии, религиоведению, прикладной химии, физике, биологии, ботанике, литературе, рисованию, черчению.
Вот уже позже, когда человек более-менее сформирован как личность и способен отвечать за свои поступки, педагоги подводят его к собственно магии.
— Кроспиус. Мириониус. Энтирон. Амен, амен, амен… — торжественно закончил серый ангел, склоняя голову.
Изображение Бафомета завибрировало. Все напряглись, даже трое Хранителей в зеркале сбились в одну кучку с левого края, держась друг за друга. Как я уже, кажется, говорил, у нас был чёткий план согласованных действий. Если не говорил, то могу повторить, потому что нервничаю. Вот это очень плохо — нервозность не лучший помощник чародея.
Из центра картины потянулся чёрный дымок, и вот уже знакомый череп в ошмётках гниющей плоти насмешливо усмехнулся всем нам:
— Не ждали? А зря…
Саобнак с хрустом потянулся, разминая все позвонки. Присохшие капельки крови падали на паркет с неприятным чавкающим звуком. Бывший бомж, изрядно попортивший мне настроение в прошлый раз и, казалось бы, навеки проглоченный бездной, хрен знает каким чудом нашёл выход обратно. Причём нас никто не предупредил, хотя те же Хранители могли быть в курсе подобных вещей.
— Кстати, ваш прапрапрапрадедушка тоже мог бы посодействовать. Сидит себе на небе без дела.
Нонна даже бровью не повела на моё праведное возмущение. Ну и ладно, всё равно она под гипнозом. Демон приветливо потрепал по щеке серого ангела, после чего они слились в страстном, извращённом поцелуе. Гэндальф Белый, не удержавшись, сплюнул на пол.
Положим, искренним поцелуем двух мужчин или двух девушек сейчас никого не удивить (а он по возрасту ещё Брежнева застал, уж как тот целовался… вообще!), но когда красавец-ангел лижет облезлый череп демона в гнилые дёсны — это всё-таки ещё напрягает до брезгливости, нет?
Ну, кому как, спорить не буду. Лично мне момент показался вполне подходящим, я щёлкнул пальцами, и маленькая хитрая мюкла цапнула зубками правнучку архангела за мочку уха. Раздавшийся визг был воистину громким, карающим и освежающим одновременно!
Зеркало Дракулы опасно закачалось, серый ангел упал на колени, старина Козорезов натянул шляпу на уши, Невесточка закрыла всем телом Гиллу, Чумной Доктор уронил топор в сантиметре от собственной ноги, майор Петров без сознания рухнул на начинающего приходить в себя друга-вампира, Блендера едва не подбросило к потолку вместе с теми, кто на нём лежал.
А по мне, так… ничего. Привычное дело.
— Думал, это может меня напугать?
— Не факт, но попробовать-то стоило?
Демон гнусно ощерил пасть, коротко хохотнул и неожиданно коротким вращательным движением рук свернул шею своему Посланнику. Серый ангел даже не успел удивиться, падая на паркет лицом вверх, грудью вниз. Незавидный исход любого использованного материала, я на минуточку отвернулся, унимая приступ рвоты.
Впрочем, подобной сентиментальности не выказал более никто: крылатый мерзавец не успел обзавестись здесь друзьями. Гэндальф лишь удовлетворённо хмыкнул в усы, горянка как раз помогала подняться на ноги красавице-горилле (но не подумайте, что потом они станут подружками), теперь уже зубастый Баширов пытался вытащить с поля боя, то есть из зала, своего беспомощного напарника, и даже штатный палач, подняв двухлезвийную секиру, более клюва не повернул, хотя мог бы, всё-таки за него исполняли его работу. Но, может, оно и правильно?
Неграм также всё было по нигерийскому барабану, правнучка архангела с мраморным лицом в упор ничего не видела. Неужели она до сих пор под шведским гипнозом? А проклятый демон между делом подмигнул затаившимся Хранителям: