Яжмаг. Трилогия (СИ)

Я бросился туда со всех ног и едва ли не упал на колени перед железной решёткой, закрывающей нишу в стене, где томился мой домашний демон. Он поднял на меня усталые круглые глаза:
— Пришёл, нашёл. Но мог забыть, не приходить, не находить…
— Я тебя убью.
— Своей рукой? Да ты герой, — насмешливо хмыкнул он, взглядом указывая на толстые прутья решётки. — Сперва достань! Потом уже грози мне Нонной в неглиже.
— Не понял? — неуверенно затупил я.
Мой котодемон хлопнул себя лапкой по лбу, вынужденно признавая, что увлёкся и перешагнул некие красные линии, столь любимо очерченные нашим правительством. Ну то есть не только ими, у меня они тоже есть. И уж кому-кому, но Фамильяру это дело прекрасно известно…
— Где ключ, где замок, как тебя вытащить?
Увы, но решётка была цельнолитая, словно это место заранее подготавливали для того, чтоб заключённый НИКОГДА не вышел на волю. А у меня, как на грех, не было ни одного токсичного заклинания, ни волшебного перстня, ни энергетического посоха, ничего.
— Ничего… — автоматически подтвердил я, хватаясь за железные прутья руками.
Я не знаю, какая сила в меня вселилась, но, похоже, они начали поддаваться. Мне было больно, очень, казалось, ещё чуть-чуть, и мышцы рук просто начнут рваться по ниточкам. Мой мозг попытался отключить болевые рецепторы, вызывая в подсознании картинки прошлых поцелуев с Нонной, сиренево-мятный вкус её губ, томный запах её волос, что-то ещё вроде касания её груди моего предплечья.
И нет, не то чтоб боль уходила совсем, но она существенно приглушалась…
Фамильяр остановил меня отрезвляющим ударом лапки по лицу:
— Хозяин всё решил разрушить? Нет чтобы котика послушать. — После чего он ужом проскользнул между толстых прутьев, которые мне, несмотря на все старания, удалось раздвинуть не более чем на пару сантиметров. Ну не сука-а ли?!
Я обнял его, прижимая к груди, как самое дорогое существо на свете. На секундочку мне даже показалось, что и в его глазах мелькнула большущая круглая слеза, но это вряд ли. Ведь всем известно, что демоны несентиментальны. А уж чего-чего, но слёз ты из них тем более даже палкой не выбьешь…
— Что там творится наверху? Бой или сдача на слуху? Хозяин выручит ли Нонну или всё по х… или по ху…
— Не выражайся. — Я отвесил ему воспитательный подзатыльник.
Каковой кот принял едва ли не с мазохистским наслаждением, после чего вырос до размеров крупной рыси, вздыбил шерсть, оскалил клыки и обнажил когти в полной готовности ринуться в бой! Я даже не сразу понял, в чём, собственно, причина? А без причины Фамильяр зубы не показывает.
— Пор-р-рву в кровавейшую жижу, лишь только подойди поближе!
Я спиной почувствовал, о ком он говорит, но оборачиваться не стал.
— Из-за тебя, яжмаг, одни проблемы… — Сзади стукнул топор, упираясь лезвием в пол.
— Ошибаетесь, товарищ палач. Именно моя скромная личность представляет сейчас наименьшую проблему для всего мира.
— Какого… творится там наверху?
— Что вверху, то же и внизу, — почти дословно цитируя Гермеса Трисмегиста, ответил я, успокаивающе гладя по загривку домашнего котодемона. Фамильяр выгнулся и довольно заурчал.
Чумной Доктор за моей спиной нервно переступил с ноги на ногу. Пришлось объясниться:
— Все собираются драться против всех. Гилла не уступит Хранителям, Гэндальф и Невесточка защищают Нонну, а белый ангел (прошу прощения, что ни разу не спросил его имени и чина) пришёл подбить на бунт Клуб отверженных магов, там, кстати, ещё оборотни, вампиры, некроманты и всякая разная шелупонь, готовая драться за кого угодно. Да, майор Петров там тоже есть. И Баширов с ним. Баширов и Петров! Я уже почти поверил этой дебильной истории в Солсбери. Если эти парни так давно вне закона, то уверяю, они способны на всё.
Фамильяр, мурлыча, уменьшился в рост двухмесячного котёнка и грелся у меня на груди.
 
— Ты знал. Но не сказал нам, а ведь всё было возможно предотвратить. Что мешает мне снести твою башку прямо сейчас?
Я неопределённо передёрнул плечами. Ну так-то, чоткий Сотона, ничего не мешает, но смысл? Кому я нужен и важен мёртвым? Или мою бедную голову можно отнести наверх, дабы все наконец-то успокоились, прекратив междоусобицы? Да не фига…
— Спроси: настал и твой черёд? Тебе советует твой кот.
В самом деле, почему бы и не спросить? Фамильяр как-то обмолвился, что наш Чумной Доктор может быть просто нанятым сотрудником из того же пекла, а следовательно, знает намного больше, чем говорит. Пора делиться информацией.
— А вам самому известно, кто такой этот ангел?
— Нет.
— Что ж, я и не особо надеялся на вашу честность…
— Дьявол тебя раздери, Мценский! — впервые сорвался штатный палач Хранителей. — Его называют Посланник. Он не из наших и, скорее всего, не из ваших. Откуда вылез, неизвестно. Чего хотел, было непонятно до сегодняшнего дня! Я пытался за ним следить, но это ни к чему не привело. Мерзавец слишком осторожен, к тому же когда он уходит в тень, то сразу же исчезает там бесследно.
— А-а, это как у…
— Вот только намекни на «Дозоры», и я точно дам тебе в морду!
Мой чёрный котодемон мгновенно вырос в рост бенгальского тигра, практически свалив меня на каменный пол, но всей массой тела закрывая от Чумного Доктора. Где бы ни было, Фамильяр всегда считает меня под своей защитой, а не наоборот.
Подобное отношение, кстати, весьма редко встречается у домашних демонов. Обычно они предают хозяина при первой же возможности, и это вполне себе справедливо, если стать на позицию их точки зрения. В конце концов, любой чародей, которому служит мелкий демон, взял себе слугу силой и контролирует каждый его шаг, иначе просто не выжить.
Так вот способен ли после этого так называемый слуга, находящийся в самом настоящем рабстве, искренне любить своего господина? Вопрос риторический. Отвечать не надо. Все и так всё понимают. Особенно мой Фамильяр…
— Яжмаг вне закона Ярослав ибн Гауда Мценский, — тихо начал палач, вновь переходя на «вы». — Если сейчас я позволю вам уйти, то чью сторону вы примете наверху?
— Свою, — так же честно ответил я, встретив его взгляд.
— Принято.
Судя по всему, он и не ожидал иного ответа. Или же, наоборот, любой иной ответ был бы неправильным, вселяя опасные сомнения, от которых было бы проще избавиться сразу, с помощью того же двухлезвийного римского топора. То есть в одно движение по горизонтали.
Быть может, впервые за всё время нашего малоприятного знакомства мы встали друг напротив друга как союзники, а не враги. Нет, он не предложил мне пятистраничный договор о сотрудничестве, но также и я не собирался брататься с этим типом перед лицом общего противника. Тем более даже не предполагая, кто этот противник. А неизвестная опасность по факту самая противная, так ведь?
В общем, между нами был заключён негласный пакт, предполагающий взаимную помощь и ненападение, по крайней мере, до того часа, когда мы сможем без проблем разойтись в разные стороны. Или что-то приблизительно типа этого.
Потому что любому идиоту понятно: как только мы разгрёбемся с ситуацией, которая не устраивает нас обоих, вновь встанет вопрос о сугубо нашем конфликте. И вот уже тут никуда не денешься, нигде не спрячешься, ничего не решишь дипломатическими переговорами. Как говорил бессмертный Дункан Маклауд, в живых останется только один!
— Мы вместе до того момента, опасного эквивалента, пока реально не рванёт то, что нас душит и гнетёт, — резюмировал мой графоманствующий котодемон, который существенно прибавил в размерах, вырастая до крупного уссурийского тигра, выпуская себе впечатляющие клыки и когти размером с мою ладонь. — А там пусть всё решает рок! Но это каждому урок…
Я вкратце рассказал Чумному Доктору обо всём, чему был свидетелем, подробно перечислил участников и примерные силы со всех трёх сторон, чётко и заранее обозначил полный нейтралитет правнучки архангела. Она пришла сюда со мной исключительно за котом, ничего большего, как ничего личного.