Развод. Другая семья мужа (СИ)

— Это ужасно! Но мы этого так не оставим! Я скажу папе и он Вардана сгноит!
Я подняла безжизненный взгляд на Яну и увидела в ней уверенность в собственных словах. От ужаса я заледенела.
Если отец Яны узнает о том, что Вардан нагулял пятилетнего сына вне брака, то мой муж не сможет ему противостоять и будет уничтожен. Отец Яны — опасный человек со связями в криминальном мире. Он давно подбирается к холдингу моего мужа, еще с того времени, как он дружил с родителями Вардана и Онура, но они не хотели брать его в партнеры, а Вардан — тем более.
— Яна, я подам на развод, и нам не придется говорить обо всем твоему отцу.
В палату вернулся Вардан, и на лице его было написано, что он буквально слышал наш разговор и совсем не доволен услышанным.
— Я сказал тебе, Леся, что не будет никакого развода. Не разноси глупые сплетни о нашем браке. — Он встал в выжидающую позу.
— О каких ты сплетнях говоришь, ты себя слышишь? Вардан, как ты мог так поступить с Лесей? Вы же были примером идеальной семьи для нас с Онуром. Я думала, что вы с Онуром исключения из правил и не будете похожи на гулящих от своих жен олигархов. Вас же воспитали родители, которые любили друг друга до самой смерти!
У Яны сорвался голос на имени своего мужа. По ее щека скатилась слезинка от боли.
Бедная моя подруга. Ее любимый и брат моего мужа Онур лежит в коме три года. Из памяти не стереть тот день, когда мы узнали об избиении Онура на улице. Какие-то бандиты напали на него и избили чуть ли не до полусмерти. И только из-за своего упорства Вардан не позволил отключить от жизнеобеспечения, и по сей день он заботится о брате в коме.
У меня сердце от счастья сжалось, когда Яна всего несколько дней назад сообщила, что врачи отметили мозговую активность у Онура, появился шанс, что к ней вернется муж.
— Леся не должна была узнать о моем сыне так рано. Но раз так случилось, то она примет его и будет продолжать дальше жить своей жизнью в моем доме!
 Глава 10 
Олеся Кафарова
— Ты должен уйти, Вардан, — твердо сказала Яна, тогда как у меня уже не было сил продолжать этот бесполезный, бессмысленный спор, который ни к чему не приведет. — Ты что, не видишь, как ей плохо? Две капельницы лекарства вливают! Она ребенка может потерять!
— Леся… — муж звал меня, не обращая никакого внимания на слова Яны, но я не реагировала и отвернулась. Пусть он уходит. Нам нечего обсуждать.
Его действия говорят гораздо больше, чем ненужные слова, каждое из которых — вранье!
— Уходи, Вардан, — настаивала Яна, — будь же благоразумным, ей от твоего присутствия плохо. Позже придешь, я пока побуду с ней.
И это была правда. Мне стало лучше физически, а морально я умирала. Если муж сейчас уйдет, я хотя бы смогу спокойно выдохнуть и не чувствовать камня на сердце, который на меня давит со всей силы.
Не знаю, каким чудом, но Яне удалось избавиться от Вардана, он ушел с твердым обещанием вернуться, и вот тогда слезы ручьем потекли из моих глаз.
— О господи, моя хорошая, какой же он негодяй, как же он мог так поступить! До сих пор не могу поверить, что это наш Вардан! Вот если бы Онур был в сознании, он бы ему треснул по башке, чтобы мозги вернулись на место! — подруга ругалась на моего мужа и обнимала меня, вытирала слезы, а я просто лежала и не шевелилась, из-за капельницы даже не получалось удобно лечь, и Яна помогла мне перевернуться на бок, поправила подушку и накрыла ноги одеялом.
 
У меня стали стучать зубы друг о друга, тело забилось в ознобе, до меня медленно доходило, что же случилось за последние часы.
И я понимала, что слишком слаба, чтобы бороться с таким властным и жестоким человеком, как мой муж.
— Что же мне делать, Яна? — я тихо простонала, встречая ее сочувственный взгляд. — Он же вообще своей вины не видит! Ведет себя так, как будто ничего не случилось. Видела бы ты эту Милану. Такое ощущение, что это она законная супруга, а не я. Еще и работу мою унизила. Дала мне понять, что я прислуга и должность воспитателя ниже плинтуса!
— Да что она о себе возомнила? У тебя уважаемая профессия, одна из самых важных в мире. Я серьезно! А сколько лет ты отдала на обучение в университете! А у нее есть какое-то образование или она только и умеет, что чужих мужей уводить и у тех денег клянчить? Как она вообще выглядит?
— Крашеная блондинка с большим бюстом и накачанными губами, такая типичная Барби, как вспомню ее, так передергивает.
— Сделанная ботоксом! Позор этому Вардану! Променял тебя, красавицу, на дуру пластиковую! — возмутилась Яна и скрестила руки на груди. — А я думала, что он не такой. Все мужики — козлы!
— Да, я больше никому и никогда не поверю. Если уж Вардан, которого я считала просто идеальным, обманывал меня в течение всего нашего брака, а я даже ничего не замечала, как я им вообще могу верить? Рожу ребенка и буду жить только им. — Я положила руку на живот и погладила его через одежду. — А с Варданом разведусь. Правда, мне нужно будет много денег на адвоката, придется потратить все свои сбережения.
— Даже думать забудь, чтобы тратить эти деньги, — воспротивилась Яна моей идее, — тебе понадобятся деньги на ребенка, а пока ты должна перевестись в другую больницу, чтобы Вардан тебя не нашел и не донимал. Отдохнешь и спокойно будешь заниматься разводом.
Идея Яны мне понравилась, но был один нюанс.
— Вардан не успокоится, он меня найдет. Он пройдет по всем больницам и найдет меня, сделать это будет просто, если он будет искать именно в гинекологических отделениях.
— Ты права. Тогда мы поедем ко мне на вторую квартиру. Вардан не знает о ней, папа недавно подарил мне новую квартиру, снова откупился, — она выглядела недовольной, — считает, что мне не нужно хоронить себя и жить в ожидании, пока очнется Онур, он хочет, чтобы я развелась с ним. Ты представляешь? Да как у него только язык повернулся?
— Да, папа у тебя человек непростой, — протянула я, — наверное, не стеснялся в выражениях.
— Не то слово. Короче, теперь у меня новая квартирка, куда мы можем поехать. Я пойду поговорю с твоим лечащим врачом, узнаю, нужно ли тебе здесь тухнуть. Капельницы и препараты, если тебе пропишут, можно и дома делать, наймем медсестру, а покой мы тебе обеспечим.
— Спасибо, моя хорошая, — растрогалась я, чуть не плача, она проявляла ко мне столько заботы, как родная сестра.
Если бы сюда пришла мама, она бы залила меня всю слезами и жалела, папа бы злился, проклинал Вардана, а Яна вела себя так, как надо, в меру с сочувствием, в меру по-деловому, и это держало меня на плаву.
Она сходила к врачу и договорилась о том, что я могу написать отказ от госпитализации и продолжить лежать на сохранении дома, только должна обеспечить себе полный покой и преимущественно находиться в постели. Я бы и не стала активничать, сохранить этого ребенка было очень важно.