Развод. Другая семья мужа (СИ)

— Вы обвиняетесь в похищении ребенка и в покушении на убийство двух лиц, — монотонно сообщил полицейский, положив руку на плечо Верховцева и придавливая его к месту, чтобы не дергался.
— Папа! — в проход протиснулся Назар, подбегая ко мне и утыкаясь в живот лицом. — Ты меня спас!
Он перевел внимание на себя, и мы временно отвлеклись от Бориса. Я поймал убитый взгляд брата, понимая его чувства. В свое время он отказался от этого мальчика, поэтому немудрено, что тот принимает его за постороннего человека и проходит мимо. Но и с моей стороны было неправильно позволять племяннику называть меня отцом. Он уже привык к этой мысли, а что теперь? Меня оправдывает только то, что я не знал, выйдет ли мой брат из комы.
— С тобой все в порядке? — я подхватил Назара на руки, оглядывая лицо.
Он кивнул и снова прижался ко мне. Все и правда было кончено. Так я думал, пока в доме не появилась Милана.
— Пустите меня к ребенку! — заверещала она, как припадочная, и ринулась ко мне.
Какой идиот ее сюда пропустил? Я прижал к себе Назара, не зная, как быть. Вроде как она мать, но будет преступлением подпустить к ней ребенка. Неожиданно все решилось само собой, когда Назар прижался ко мне еще сильнее и спрятался у меня в руках от собственной матери.
— Папа, пожалуйста, не отдавай меня ей, — зашептал он мне горячо на ухо, дрожа всем телом. — Она отдала меня бандитам. Они скрутили мне руки и привезли сюда на машине с мешком на голове. Я ее боюсь. Она плохая. Мама меня не любит.
У меня сжалось горло, и сердце в груди дрогнуло от жалости к маленькому мальчику, которого обидела та, кто, по всем человеческим законам, должна была защищать.
— Я ни за что не отдам тебя ей, не бойся, — пообещал я ему и погладил по голове.
Милана задергалась на месте, приходя к своей привычной истерике.
— Назар, иди ко мне! — потребовала визгливо. — Ты должен меня слушаться!
— Тебе никто ничего не должен, — я посмотрел на нее с яростью, желая всей душой, чтобы мои глаза ее больше никогда не видели. — Хорошо, что ты здесь, полиция как раз арестует вас двоих с Верховцевым за похищение ребенка.
— Арестует?! Меня?! Ты с дубу рухнул, Вардан?! Моего сына похитили! Я приехала его спасать! — била она себя в грудь, исходясь визгом. — Отдай мне ребенка!
— Хватит этого спектакля, Милана, — вступил в разговор Онур, глядя на нее с презрением. — Твоя игра окончена. Пожалей сына и оставь о себе у него нормальные воспоминания.
— Нормальные? — верещала она. — Я нормальная! Я мать, у которой похитили ребенка! Имею право на истерику!
— Яна?! — услышал я хриплый голос Верховцева, который круглыми глазами смотрел на открытую дверь кабинета, в проеме которого появилась его дочь. — Ты… Ты…
— Да, папа, я жива. Ты удивлен? Сочувствую тебе, меня убить не удалось, и с акциями ничего не вышло. Надо было стараться лучше.
Яна держалась стойко, несмотря на обстоятельства, но меня интересовал другой вопрос. Если она тут, то где, черт побери, моя Олеся?!
 Глава 53 
Вардан Кафаров
Яна с полным разочарованием смотрела на своего отца, кто задумал избавиться от единственной родной дочери. Верховцев готов был идти по головам других людей, лишь бы добраться до всех акций компании. Он окончательно потерял контроль, раз посягнул на жизнь Яны.
 
Его ждала тюрьма.
Только за покушение на жизнь и похищение маленького ребенка — суд влепит не меньше двадцати лет в колонии строгого режима! Он заслуженно сядет за решетку!
— Где Олеся? — я спросил у Яны и видел, как ее зрачки расширились и она сфокусировала взгляд на мне. Никому был непонятен тот ужас, который испытывала Яна. Родной отец жаждал смерти своему дитя ради наживы. Тут у любого крыша бы поехала. Она заморгала своими ресницами растерянно, но нашла в себе силы ответить.
— Я… Точно, я оставила ее в машине с твоей охраной. С ней все в порядке.
Я кинул и только в этот момент смог выдохнуть. Мне хотелось ее уберечь от всех опасностей. Олеся была белой розой, которую нужно оберегать, иначе я мог бы ее лишиться. Но без моей жены мне не видать счастья. Только с ней я мог дышать полной грудью.
Зря я тогда смолчал. Она бы не угодила к Борису в сети и не подверглась тем испытаниям. Жизнь Олеси висела каждый день на волоске, ведь неизвестно, до чего бы додумался Верховцев в итоге. А сейчас этот мудак договаривался насчет убийства моей любимой из-за сраных акций!
Сломал бы его голыми руками, но заметил, как побледнела Яна, глядя на меня, и отмахнулся от своей идеи. Подруге Олеси сейчас только не хватало устраивать похороны своему отцу по моей вине.
— Я привезла из его кабинета папку с договорами, на которых он подписывался владельцем компании и совершал нелегальные сделки с инвесторами. Это поможет его засадить за мошенничество, — затараторила Яна.
Я опустил Назара на ноги и расправил плечи. Посмотрел на Яну.
— Ты все правильно сделала. — Я почувствовал, что она вся напряжена, как натянутая струна. Ее тело била мелкая дрожь, а взгляд ее глаз был отравлен отчаянием. Я прижал к себе Яну погладил ее по спине. — Спасибо тебе за то, что все это время была рядом с Лесей. Она нуждалась в такой верной подруге, как ты.
Всегда сильная и независимая Яна вдруг расплакалась у меня на плече. На нее навалилась вся та боль, от которой она постоянно бежала. Они с Лесей боролись против трудностей. Старались так, словно их кто-то проверял на прочность.
И я не желал, чтобы Яна попала под лавину правды и сломалась. Онур был влюблен в свою жену и не пошел бы налево, но до их свадьбы получился Назар. Сейчас этот невинный ребенок нуждался в семье, где бы его любили, а не пользовались как игрушкой для достижения своих корыстных целей. Сможет ли Яна принять в свою семью этого мальчика? А самое главное — понять Онура и быть с ним?
— Вардан! Это мой сын! Верни его, немедленно! — верещала Милана за моей спиной. Она выглядела ужасающе для ребенка, с растрепанными волосами и с перекошенной физиономией. Назар с испугу прижался к ногам Яны, и та перевела на него свой взгляд. На ее лице появился немой вопрос, словно она сама себя спрашивала: “А смогу ли я быть ему ближе родной матери?”.
Рука Яны оказалась на плече у мальчика, и она шагнула вперед, прикрывая его собой.
— Ты не получишь его никогда! — твердо высказалась Яна. — Собственного сына отдала похитителям, чтобы стать ближе к Вардану! Ты угодишь за решетку!
Милана раскрыла рот от полного возмущения и уже хотела накричать на Яну, но ее перебил голос Леси. Она зашла во входную дверь дома и увидела нас в межкомнатной двери от места, где сейчас допрашивали Верховцева.