Моя анимежизнь. Пенталогия (СИ)

– Ничего страшного. Это я должен извиняться, что не встретил вас на пороге своего дома, как и подобает верному стороннику Либерально‑Демократической партии Японии. У нас немного тесновато, но для меня будет честью, если вы разделите с нами десерт.
– С удовольствием приму ваше приглашение, Одзава‑доно, – еще раз поклонился Такерада. Это уже становится комичным. После этого он обратился ко мне: – Одзава‑кун, могу я попросить тебя выслушать просьбу моей дочери?
– С удовольствием, Такерада‑сама, – поклонился и я. Сказал девушке: – Идите за мной, Такерада‑семпай.
Вот такой вот я воспитанный юноша. Мы поднялись ко мне в комнату, я закрыл дверь, вопросительно уставился на нее.
– Извини, Одзава‑сан, я просто не могла ждать начала учебы. Все утро я уговаривала отца съездить к вам. Хорошо, что у президентов клубов есть адреса всех участников, – виновато улыбнулась она, – Ты ведь уже написал «Биочервя»?
– Могла и позвонить, Такерада‑семпай. У нас тут вообще‑то семейный день, – укоризненно ответил я ей.
– Я боялась услышать, что ты ничего не написал… – выдала она объяснение.
Офигеть. А сейчас, значит, не боишься? Мысленно погладив себя по голове за предусмотрительность, достал из ящика в столе написанную вчера главу, глаза Сакуры‑семпая заблестели, она жадно вытянула ручки. Мне захотелось похулиганить.
– Не так быстро! – убрав листочки за спину, сказал я, – За свою беспардонность тебе придется заплатить своим телом!
Она отпрянула, покраснела, потупилась, сцепила перед собой ручки. Какая прелесть!
– Я готова… Только будь нежен, хорошо? Это мой первый раз… – едва слышно прошептала она.
Офигеть! Ты готова даже на это?! Ладно, не переживай, я не настолько плохой человек.
– Я имел ввиду не это! За каждую новую главу будешь час сидеть на телефоне вместо Аоки‑сан. Я могу писать прямо во время приема звонков, а вот ей нужно работать вместе с дедом. Не потащит же она его в литературный клуб.
Такерада‑семпай покраснела еще сильнее, закрыла лицо руками:
– Так бы и сказал сразу! Теперь я чувствую себя испорченной! Никто не возьмет меня замуж!
Ржака!
– Не переживай, я никому не расскажу. Прости, что выразился двусмысленно! – отвесил ей глубокий поклон.
Через некоторое время она успокоилась и вернула привычный облик скромной воспитанной девушки. Я вручил ей главу ранобе, и мы спустились в гостиную. Взрослые как раз кушали тортик, отец хвастался кулинарными дарованиями сына. Я принес с кухни еще пару стульев и посуду, и мы с Такерадой‑семпай присоединились к чаепитию. Все дружно выразили мне «респект» за вкусный торт. Потом разговор перешел на политические темы, мужчины дружно ругали конкурентов Такерады. Потом он извинился, попрощался, и они с доченькой покинули дом. Очередная порция поклонов.
«Праздник детей» окончательно трансформировался в «Вечер восхваления великого Иоши и его не менее великого отца, без чьего умелого воспитания Иоши бы никогда не достиг таких успехов, а теперь в их дом ходят ВОТ ТАКИЕ ЛЮДИ». Потом дед взял где‑то лист бумаги и сложил из него что‑то похожее на самурайский шлем, протянув мне. Принял подарок с поклоном и вымученной улыбкой. Я люблю, когда меня хвалят, но весь этот визит деда с бабкой дался мне тяжело. Было душно и мерзко. Где вы были, когда ваш сын вкалывал без продыху, выплачивая мамаше кучи денег просто чтобы иметь возможность увидеть дочь? Где вы были, когда мамаша снимала бдсм‑порнуху с собой в главной роли прямо при дочери? Где вы были, когда прошлый Иоши вскрывал вены от безысходности? «Наяривали» на поруганную семейную честь? Может, это и нормально для японцев, но не для меня. Сопротивляясь юношескому максимализму, терпел это все. Со своим уставом в чужой монастырь не ходят.
– Да, сразу видно, какой родитель воспитывал какого ребенка. Ничего, Чико‑тян, теперь твоим воспитанием займется достойный человек! – выдала бабка прямо в лицо сестренке со слащавой улыбкой. Я порвался, встал со стула, низко поклонился:
– Простите, у меня есть неотложные дела, вынужден вас покинуть.
 
Не дождавшись ответа, выскочил в коридор, быстро обулся, схватил зонтик, из гостиной слышался бубнеж отца, мол, все оговорено и заранее спланировано. Делает хорошую мину при плохой игре, как и ожидалось от высокоуровневого корпоративного дрона. Я вышел из дома. На крыльце с наслаждением вдохнул пахнущий озоном влажный воздух. Хорошо. Надеюсь, батя не сдаст меня в детдом за этот маленький демарш. Надо тренировать терпение. Пока я школьник, такие реакции могут простить, но во взрослой жизни со мной никто не станет иметь дел в таком жестко регламентированном обществе, где любое взаимодействие происходит строго по «методичкам».
– Как ты, Сакамото‑сан? – спросил я котика, войдя в теплицу. Он мявкнул и подошел ко мне, я погладил.
– Лучше бы меня заперли с тобой, – грустно улыбнулся я котику. Тот фыркнул, – Я собираюсь немного прогуляться, хочешь со мной?
Котик отвернулся и ушел в коробочку. Видимо, нет.
Покинув теплицу, я пошел вдоль дороги по «своей» стороне берега. Интересно, Хэруки проводит этот день веселее меня? Надеюсь, что это так. Как бы убить время? Мой взгляд упал на вывеску бани. Скидка в дождливые дни все еще актуальна. Пойдет! Давненько я здесь не был. В кармане брюк нашел немного мелочи. Как раз хватало на поход в баню, и даже на шоколадное молоко из автомата. Богиня, это моя награда за долгое терпение компании батиных родителей?
Зашел в баню, разделся, сложил вещи в камеру хранения, прошел в «помывочную». Сегодня здесь было более людно – Золотая Неделя же, но не настолько, как я опасался – видимо, многие остались дома с детьми, отмечая «праздник детей». Помылся в душе и пошел к гигаванне‑минибассейну.
– Одзава‑кун! – услышал я знакомый голос. Вглядевшись в клубы пара, разглядел сидящего по шею в водичке легендарного рыбака Мацууру Кичиро. Анимемир тесен!
– Одзава‑кун, давай сюда, рядом со мной как раз есть местечко! – позвал он меня. Почему бы и нет? Мацуура прикольный дед.
По воде добредя до него, поздоровался с поклоном, он махнул рукой:
– На рыбалке и в бане все равны!
Симпатия к старому рыбаку стала еще сильнее. Уселся рядом с ним, положил на голову смоченную холодной водой тряпочку. Такая же украшала лысину Мацууры‑самы.
– Нет ничего лучше горячей ванны с травами в дождливый день. Согласен со мной, Одзава‑кун?
– Безусловно, Мацуура‑сенсей, – с улыбкой кивнул я ему.
– Так уж прямо и «сенсей», – заскромничал явно польщенный легендарный рыбак.
– Отец рассказал мне, что подобную форель последний раз ловили вы, и это было 15 лет назад.
– Твой отец хороший человек. Я всегда это знал. Наш рыболовный клуб – одни из немногих, кто ему поверил. Поэтому мы и не стали исключать его из наших рядов. Увы, реального влияния у нас нет, просто небольшой мужской клуб. Ох и ругалась на меня бабка, – дед поежился.
Я не выдержал и заржал, дед снисходительно улыбнулся:
– Зато какое у нее было лицо, когда мы недавно смотрели новости! – теперь он заржал вместе со мной. Вот бы моим дедушкой был этот  старик.
– Кстати, если хочешь, можешь попробовать присоединиться к нашему клубу. У тебя неплохой потенциал. Но по протекции я не принимаю никого! – строго указал он на меня пальцем, – Придется пройти такие же испытания, как и другие! Впрочем, одно из них – соблюдать уважение к рыбацким приметам – ты уже прошел! Знаешь, все участники клуба подтвердили эффективность плевков на наживку.
– А какие другие испытания? – заинтересовался я. Обожаю квестовые цепочки!
– Не так быстро! Рыбак должен быть терпелив, так что испытания не пройти за день. К слову, твой отец справился за два с половиной года!
Охренеть!
– Когда придет время, ты получишь первое задание через своего отца. Другие задания мы будем передавать через него же. С нетерпением буду ждать твоих успехов на пути становления истинного рыбака! – торжественно закончил он, попрощался и покинул баню.