Моя анимежизнь. Пенталогия (СИ)

Эта парочка, как бы цинично это не звучало – самая меньшая из проблем. По сути, нас просто связывали совместные активности. Ядро анимежизни – это наша четверка. Теперь ядро расколото, я могу общаться отдельно с Хэруки и отдельно с Кейташи, но это ведь совсем другое. Почему в Японии не существует домашнего обучения? Японцы считают, что самая важная часть школы – социализация. Вот они, последствия моей.
На большой перемене ловко задоджил поход в столовую приготовленным бенто. Пускай ребята социализируются, а мне хватит. Хорошо, что подвернулась олимпиада – теперь можно использовать подготовку к ней в качестве отговорки для Ватанабе‑сенсей. В математическом я ни с кем сближаться не собираюсь и пофигу, если меня посчитают мудаком.
– Непросто вам, да? – Поставила коробочку с бенто на мою парту и уселась напротив Кейко.
– Здравствуй, жилетка! – Обрадовался я ее появлению.
– Ну уж нет! Хочешь поплакаться – ищи кого‑нибудь другого! – Ткнув в мою сторону палочками, заявила она и сперла из моей коробочки кусочек марлина, прожевала и прокомментировала: – Вкусно!
– Хочешь, поменяемся? – Тут же предложил соскучившийся по кацудонам я. А рис везде одинаковый. Кейко согласилась.
– А неплохо! – Похвалил я котлетки, – Сама готовишь?
– Мама, – Покачала головой Кейко.
– Как думаешь, такая гнетущая атмосфера надолго?
Староста задумчиво постучала пальчиком по щечке, направив взор на потолок:
– Я надеюсь на школьный фестиваль. Подготовка всех отвлечет.
– Было бы здорово, – Вздохнул я.
– Кстати, ты знаешь, что альманах литературного клуба многие теперь называют «про́клятым»?
Я подавился рисом и закашлялся. Кейко постучала меня по спине. Помогло.
– Это из‑за фильма?
– Его смотрело не так много человек, так что вряд ли, – Покачала она головой, – Зато многие видели, что альманах был последним подарком в жизни несчастного Нарухито. Некоторые девчонки уже решают, каким соперницам подарить альманах, и сколько копий для этого нужно.
Я невольно хрюкнул.
После уроков пошел поговорить с Араки‑сенсеем, давая ребятам время попрощаться.
– Араки‑сенсей, у меня к вам просьба.
– Да? Поговорим по пути к учительской, не против?
Я не был против, и мы вышли в коридор.
– Можем поступить так – я буду приходить в математический клуб и решать выданные вами задания. Если ошибок не будет – я могу идти домой?
– Примерно так и работает подготовка к олимпиаде, – Улыбнулся Араки‑сенсей.
– Тогда я сейчас проведаю ребят из литературного клуба, а потом приду к вам, хорошо?
– Хорошо.
Какой покладистый.
* * *
В литературном клубе атмосфера получше – ребята вполне искренне нам сочувствовали, но волновались. Они все лично знали Акиру, а еще слышали гуляющие по школе слухи о лежащем на альманахе проклятии.
– Даже не подозревала, что он на такое способен! – Вздыхала Сакура‑семпай, – Бедная Фукуда‑сан!
А вот за это – огромное спасибо!
– Он казался таким жизнерадостным! Не переживай, Иоши, даже я не смогла бы предсказать такой исход! – Поддержала меня бывалая гадалка Киоко.
Исида ограничился солидным кивком, как бы выражая солидарность.
– Спасибо! – Поклонился я, – За альманах не переживайте – даже если кто‑то испугается «проклятия», – Изобразил я кавычки пальцами, – И предупредит родителей, школа – все равно лишь малая часть потенциальных читателей, а до фестиваля слухи все равно не успеют разойтись достаточно широко. А еще я очень просил, чтобы момент вручения Нарухито альманаха не попал в репортаж.
– И он не попал! – Поддакнула Хэруки.
– Кстати! – Опомнилась Сакура‑семпай, подошла к стоящей у стены небольшой коробке, подняла, потешно пискнув от напряжения, и поставила на стол. Открыв, достала оттуда толстенную – страниц на четыреста – темно‑синего цвета книгу в твердой обложке.
– Та‑да! – Улыбнулась она, подняв альманах над головой, и демонстрируя нам оттиснутое золотыми иероглифами название «Альманах литературного клуба школы Уцуномия Йохоку. Сентябрь 1989».
 
– Его решили сделать не номерным, – Не дожидаясь вопросов, прокомментировала Сакура‑семпай.
– Дай подержать! – Тут же попросил я, – И почему мы получили дело наших рук только сейчас?
– Всего пять экземпляров, – Протянула мне книгу Такерада‑семпай, после чего раздала копии остальным.
Обложка на ощупь была приятной, пролистал страницы – бумага белоснежная, плотная, печать – приятно‑качественная. Школа явно не поскупилась. Так, содержание.
1. Аоки Хэруки «Аоки Ринтаро: Путь Бонсая».
2. Исида Кайоши, стихотворения.
3. Такерада Сакура «Блеск твоих глаз».
Я хохотнул и успокаивающе махнул рукой ребятам, мол не обращайте внимания.
4. Мурата Киоко, стихотворения.
5. Одзава Иоши «Звездные врата».
Я либо хедлайнер, либо тот, кого прочитают самые жадные по принципу «Что оплочено, должно быть проглочено». Ну и посмотреть, чего там доченька губернатора пишет, думаю, тоже многим будет интересно.
– Простите, ребята, у меня дела в математическом клубе, поэтому не возражаете, если я почитаю альманах дома? – Засобирался я.
Ребята не возражали, я попрощался со всеми и покинул литературный клуб. Я планировал его окончательно «задвинуть» ради экономии времени, отделываясь книжкой раз в полгода, но теперь передумал – в литературном клубе хорошо и спокойно. Буду ходить туда, как и прежде.
В клубе Араки‑сенсея царили тишина, порядок и дисциплина – математика, мать ее. Из всех клубов, где я побывал, этот был самым многолюдным – почти полтора десятка разнополых учеников разных лет обучения. И как Араки‑сенсей со всеми справляется? Я представился, выразил надежду, что мы поладим, и занял заботливо приготовленное для меня место. Араки‑сенсей сгрузил мне на стол десятка три листочков. Нехилое начало! Ладно, «Автоучеба» вкл.
Через час я поднял руку. Мог бы гораздо быстрее, но это уже будет прямо подозрительно. Араки‑сенсей заметил и довольно кивнул, видимо, ожидая, что мне нужна помощь. Поднявшись, подошел ко мне.
– Я закончил, – Пояснил я, дождавшись, пока он дойдет. Улыбки как не бывало.
– Ты уверен? Даже я бы потратил гораздо больше времени!
– Уверен, – Пожал плечами я, – Это же легкотня.
А чего мне, калькулятору на ножках.
– Нужно проверить, – Справедливо заметил математик, забрал листочки и пошел проверять на свое рабочее место. Присутствующие школьники недоуменно‑насмешливо косились на меня, не отвлекаясь, впрочем, надолго от решения собственных задачек – неплохо их Араки‑сенсей выдрессировал. Или это искренняя любовь к предмету?
Проверка заняла десять минут – тесты же, только ответы сверить по листочку.
– Все правильно, – Удивленно подвел он итог.
– Значит, я могу идти? – Обрадовался я.
– Иди, – Кивнул задумчиво глядящий на меня классрук, – До свидания, Одзава‑кун.
– До свидания, Араки‑сенсей, – Поклон педагогу, – До свидания, – Поклон «математикам». Вот такой я хороший мальчик!
Теперь в литературный клуб – может, Хэруки еще там? Увы, дверь заперта. Ребята не дурней меня, и свободное время ценят. Отцепив велосипед, отправился домой – до встречи с музыкантами времени еще полно, успею приготовить ужин бате и Чико. Остановившись у минимаркета, прислонил велик к стене – я ненадолго, да и не будет же жулик угонять велосипед прямо из‑под камеры наблюдения, с недавних пор установленной над входом в магазин.
Так, курочка по акции! Мое любимое!
Расплатившись, вышел из минимаркета и страшно расстроился – на камеру «жулику» оказалось плевать. Япония – ОЧЕНЬ безопасная страна, кстати.
– Можно позвонить от вас в полицию? – Попросил я продавщицу. Она ожидаемо сказала, что такими полномочиями не владеет и сходила за менеджером, которым оказался мой старый знакомый мужик средних лет – он подарил мне дисконтную карту давным‑давно. Выслушав мою историю, он блеснул глазками и заверил, что такой демонстративный угон велосипеда «на глазах» у гордой сети минимаркетов – все равно, что плевок в лицо, поэтому он всячески меня поддержит, и мы позвонили в полицию.