Моя анимежизнь. Пенталогия (СИ)

– Соскучился он, – Фыркнул дед и скомандовал Хэруки, – Воспользуйся ванной на первом этаже.
– Хорошо! – Не стала она спорить и ушла в дом.
– Вам нужна помощь с краном? – Спросил я.
– Нужна. Пошли, – Ринтаро‑сенсей повел меня в ванную второго этажа. Там уже лежал нужного размера ключ и запасной кран. Вообще, правильно он называется «смеситель», но «кран» гораздо удобнее.
Под пристальным взглядом сложившего руки на груди деда, я перекрыл воду при помощи находящегося за открытой панелью стены крана. Открутил гайки, снял смеситель, взял из коробочки новые прокладки, воткнул куда надо.
– Вы не подержите, Ринтаро‑сенсей? – Попросил я о помощи. Можно конечно извернуться и справиться одной рукой и предплечьем сломанной, но зачем? Дед подержал, я закрутил гайки, вернул воду. Нормально, не течет. Потестил смеситель – полностью исправен.
– Ринтаро‑сенсей, вот не верю я, что проживший такую долгую и сложную жизнь человек не мог сделать этого сам, – По пути к выходу сказал я деду.
– Хэруки рассказывала, что ты многое умеешь, и я решил убедиться в этом, – С явной неохотой раскрыл он карты.
– Понимаю. Ринтаро‑сенсей, я всегда с радостью помогу вашей семье с чем угодно, но давайте в будущем обойдемся без проверок? Это немного обидно.
– Извини, Иоши‑кун, – Вздохнул дед, – Спасибо, что вернул мою внучку в целости и сохранности.
– Ее целостность и сохранность заботят меня ничуть не меньше, чем вас, – Заверил я деда. Мы попрощались, и я пошел домой. День определенно задался!
  
Глава 24
 
Утром воскресенья, за завтраком, Чико порадовала историей о том, как она начала обедать с другими детьми, до этого ее сторонившимися. Сердце ёкнуло от жалости, когда я представил себе грустную одинокую сестренку, но ее счастливый вид быстро это исправил. А ведь пока я не спросил о друзьях, ни единой жалобы от нее не слышал. Не хотела расстраивать братика? Надо чаще интересоваться, как у нее дела.
Сегодня мы с отцом идем знакомиться с родителями Кейташи, поэтому накануне батя договорился с Есикавой‑сан. Радостно поприветствовав пришедшую после завтрака няню, пошел звонить другу.
– Ну что, все в силе? В полдень? – На всякий случай уточнил я. Мало ли, вдруг цунами, землетрясение или нашествие Годзиллы – Япония же.
– Да, как и договаривались. Мама уже начала готовить обед, – Подтвердил он готовность.
«Не отходя от кассы», набрал еще один номер. Трубку взял якудзоид, я назвался, и через некоторое время к телефону подошел Кеиджи.
– Доброе утро! Слушай, можешь передать мою просьбу своему отцу? Копы у дома уже достали, можно как‑то рассказать им, что ублюдок в Китае?
– Хорошо, я передам, – Не стал сопротивляться Кеиджи.
– Спасибо, выручил. До завтра!
– До завтра!
Когда я вернулся в столовую, остальные еще сидели за столом, доедая тортик. Присоединился.
– Сын, торт отличный, но выглядит как‑то очень скромно. Не против, если я попрошу какого‑нибудь кондитера его немного украсить?
– Да ради бога, – Махнул я рукой. Тортики – они больше для души. Не жалко.
После чаепития немного поиграли всей толпой в «Монополию», потом мы с отцом оделись в брюки и рубашки с коротким рукавом. Батя хотел еще и пиджак, но мне удалось его отговорить – на улице реально жарко. На всякий случай я взял картридж с Golden Axe, и, сев в машину, мы поехали по заранее узнанному мной адресу. По пути заехали в какой‑то супермаркет. Я с отцом не пошел, оставшись в машине слушать AC/DC – в ней был магнитофон и вполне приличные колонки, а батя не давал добавить громкости.
Из магазина отец появился с корзиной фруктов в руках. Понятно, приветственный подарок. Продолжив путь, мы доехали до средних размеров (средний – это как бывшее место обитания Сэкеры) дома с пристроенным гаражом и совсем небольшим садом. Вполне неплохое жилище японского среднего класса. Припарковавшись, пошли к дому. Отец позвонил в звонок. Открыл нам, по всей видимости, отец Кейташи – примерно ровесник отца, без очков, выше бати сантиметров на пять, широкоплечий, черноволосый. Одет он был так же, как и мы – в рубашку и брюки. Интересно, приди мы в пиджаках, он бы нацепил свой?
 
Поклоны‑знакомство‑такая честь‑так приятно‑какой отличный подарок‑проходите пожалуйста. Отца Кейташи звали Саито Кэзуо. Когда мы вошли за ним внутрь, встретили в коридоре такого же «официального» Кейташи, стоящего рядом с симпатичной упитанной темноволосой женщиной, одетой в легкое летнее бежевое платье с подолом ниже колена. Поклоны‑это мой сын‑а это мой сын и моя жена Саито Юмико‑ой, подарок, как приятно! – проходите пожалуйста в столовую, обед уже на столе. Интерьер дома был вполне европейским.
В общей сложности путь от входа до столовой занял целых десять минут. Жесть. Боюсь, я так никогда не смогу. Достигнув столовой, уселись за стол. Мама Кейташи очень постаралась – на столе стояла куча всякого разного. Преобладали, само собой, морепродукты. Батя разошелся – отвешивал комплименты дому семьи Саито и его хозяевам, не забывая нахваливать кулинарные умения Юмико‑сан. Я поддакивал в нужные моменты – еда на самом деле была вкусной, а та часть дома, которую удалось увидеть – уютной. Еще батя не забыл упомянуть, что я говорил о Кейташи много хорошего. Воодушевленный отец друга продемонстрировал спортивные награды сына. Кейташи такой молодец, такой талантливый мальчик, надеюсь тебя ждет успех. Друг выглядел довольным. А кто бы на его месте не был? Мои достижения батя не светил, но Саито смотрят телевизор, поэтому свою порцию похвал получил и я. Да ладно вам, я просто не хотел, чтобы в доме воняло. Кроме того, получили мы и долю сочувствия в связи с мрачной историей развода. Хозяева не стеснялись костерить мамашу, а батя охотно им поддакивал.
После детей перешли к родителям. Мама Кейташи была домохозяйкой, а отец – каким‑то средней важности госслужащим. А я думал он бывший спортсмен, а Кейташи продолжает его дело – уж больно в хорошей физической форме находился Кэзуо‑сан.
В ответ они спросили о работе отца, тот гордо ответил, что является целым начальником рекламного отдела в «Хонде», не забыв скромно добавить «исполняющий обязанности». Я едва не заржал, но справился с эмоциями. Отец Кейташи оживился и похвалился купленной в прошлом году «Хондой аккорд». Мужчины решили после обеда посетить гараж, а пока отложили эту тему и перешли собственно к цели визита.
– У вас на Окинаве дом, Одзава‑сан? – Спросил Кэзуо.
– Можно сказать, что да. Нам очень повезло – нынешний владелец дома, японец американского происхождения, уже долгое время не может найти покупателя, потому что не хочет снижать цену. Неудивительно – покупать такой дом исключительно для отдыха слишком расточительно. Он кирпичный, в нем четыре спальни и две ванных комнаты.
Тут я натурально охренел. Почему я узнаю все последним?! Батя продолжил:
– Мы недавно переехали, поэтому наш старый дом пустует. К счастью, обмен своего дома на наш с небольшой доплатой с моей стороны продавец посчитал удачной сделкой. Кроме того, там останется вся необходимая мебель и посуда, так что ребятам не придется спать на циновках, – Шутканул батя. Я бы на его месте сказал «на полу», но учитывая любовь японцев к футонам…
– Сейчас юрист занимается оформлением документов в Наха (Что за Наха? Город на Окинаве?), так что через несколько дней дом перейдет к нам, – Закончил спич батя. Родители Кейташи одобрительно покивали и поздравили отца с отличной сделкой.
Воспользовавшись паузой, я тайком продемонстрировал другу вынутый из кармана картридж с игрой. Кейташи понял намек, отпросил нас у взрослых и повел в свою комнату. По пути я облегченно выдохнул – напряжно сидеть и строить из себя пай‑мальчика, пытаясь не накосячить.
– Знаешь, тебе очень повезло, что ты занимаешься бегом, – Как только Кейташи закрыл за нами дверь, заявил я.
– Почему?
– Потому что иначе с такой прекрасно готовящей матерью ты был бы жирным! – Закончил я мысль.