Моя анимежизнь. Пенталогия (СИ)

– Добрый день, меня зовут Одзава Иоши, для меня большая честь познакомиться с отцом моего друга.
– Мотидзуки Тайга, – с легким кивком представился он в ответ, указал рукой на стул по другую сторону стола, – Присаживайся, Одзава‑кун.
Я присел.
– Расскажи мне, как ты сломал руку, – холодно велел он.
– Неудачно погулял вечером, – пожал я плечами.
Он хмыкнул. Дверь открылась, мой недавний провожатый на кресле‑каталке вкатил в кабинет укутанного в гипс с ног до головы Сохэя, все лицо которого было покрыто гематомами. Мне поплохело. Насколько же я легко отделался в тот день. Бедняга даже задницу сам подтереть не может.
– Это был он? – спросил Мотидзуки Тайга у Сохэя.
– Да, господин, – прохрипел тот, – Меня привязали к стулу лицом к окну, так что я видел, как этот юноша лазил в моей машине, а потом вылез оттуда с бейсбольной битой и побежал к дому. Видимо, собирался спасти молодого господина, – Сохэй сделал паузу, тяжело вздохнул, – Через несколько минут, весь окровавленный, он уже убегал со всех ног от людей Оокубы.
Я ощутил, как мои уши покраснели. Такой вот я герой. Оокуба, да? Стало быть, обиженный на якудзу сыночек главы корпорации, пылая жаждой мести, нанял несколько быков, чтобы те похитили Кеиджи, дабы богатенький мальчик мог поправить самооценку. Все сходится. Ну и мразота!
Второй председатель кивнул, и Сохэя увезли. Сцепив сложенные на столе руки в замок, Мотидзуки все тем же холодным тоном сказал:
– Из‑за твоего вмешательства мой сын мог погибнуть.
– Палец резать не буду! – ответил я, откинувшись на стуле. Ничего он мне не сделает, потому что прекрасно понимает, благодаря кому его драгоценный сыночек вернулся домой.
Тайга хрюкнул.
– Начитался манги? – спросил он меня уже на таким холодным тоном.
– Вроде того, – кивнул я.
– Почему не позвонил сразу? – спросил он.
– Простите, Мотидзуки‑сама, этого я не смогу объяснить, – развел я руками.
– Дети часто совершают глупые поступки, – сделал он правильный вывод, – Что ж, я в огромном долгу перед тобой. Как я могу отплатить?
Хочу саблю, барабан и щенка‑бульдога!
– У меня три просьбы, – ответил я. Дождавшись подтверждающего кивка, спросил: – Кеиджи знает о моей роли во всем этом?
– Пока нет, – покачал головой важный якудза.
– Пусть так и остается. Не хочу, чтобы он считал себя моим должником.
Отец Кеиджи кивнул.
– Вторая просьба – хочу научиться защищать себя. Я уважаю традиции Кара‑тэ, но у меня нет времени много лет постигать философию единоборств. Нужны эффективные прикладные навыки.
– В одном из наших додзе рекрутов готовит бывший инструктор рукопашного боя японских сил самообороны. Он крайне требователен, уверен, что справишься?
– Моя воля тверда, – пафосно заявил я.
– Сына я отправлю туда же. Ему тоже не помешает научиться защищать себя.
Класс! С другом всяко веселее!
– И последняя просьба. Если у вас проводят подпольные турниры по боям без правил, хочу попасть на такой.
Тайга удивился.
– Зачем?
– Хочу посмотреть на реально крутых бойцов, которые не сдерживаются, – ответил я. Ну хочется на кровяку посмотреть, избаловали меня бои на голых кулаках в ютубе.
– Сегодня ночью. Я пришлю к твоему дому машину.
Я поморщился – заднюю давать нельзя, нужна какая‑то отмазка для бати.
– Могу ли я сказать отцу, что переночую у вас?
– Врешь отцу? – строго спросил Тайга.
– Только ради его блага. Я слишком его уважаю, чтобы заставлять беспокоиться обо мне.
Якудза с неохотой кивнул, потом спросил:
– Уверен, что это все? Другого шанса у тебя не будет.
– Это все. Все остальное у меня либо есть, либо будет в свое время, – улыбнулся я.
– В таком случае сегодня вечером будь готов.
Я встал со стула, поклонился.
– Благодарю вас за понимание, Мотидзуки‑сама.
– Благодарю тебя за спасение сына, – внезапно он встал с кресла и поклонился в ответ. Стало приятно. Сев на место, Тайга деликатно турнул меня из кабинета: – Танимура проводит тебя к друзьям.
Дверь открылась, я вышел в коридор, пошел за шрамированным якудзой. Хорошо, что мне не приходится искать дорогу самому – в таком лабиринте я бы запросто заблудился и умер от голода.
 
  
Глава 16
 
У входа в гостиную шрамированный Танимура слегка мне поклонился и свалил, предоставив открывать дверь самому. Невоспитанный урод! Я пожалуюсь молодому господину!
Открыв дверь, увидел сидящих за столом ребят. Кеиджи, весь красный, сидел рядом с Минами, которая под ехидными взглядами друзей пыталась сунуть ему в рот мармеладку, прислонившись грудью к руке. Твою мать! Пропустил душещипательную сцену встречи будущих супругов. На щеке Кеиджи был наклеен пластырь, под правым глазом – фингал. Левая рука, как и у меня, была упакована в лангету. Брат мой!
– Перелом лучевой кости без смещения! – заорал я, входя в комнату.
Кеиджи увидел меня, глаза загорелись надеждой – видимо, невеста изрядно засмущала друга.
– Перелом локтевой кости со смещением! – громко ответил он мне.
– Ха! Из двух наших рук можно собрать одну рабочую! – подытожил я.
– Если хочешь отдать мне свою руку, я только за! – ответил он с широкой улыбкой.
Я подошел к нему, он встал, пожали руки. Уселись на свои места – я оказался между Хэруки и Кеиджи. Взял свою кружку, допил остывший, но все еще вкусный чай. Все‑таки разговор со вторым председателем дался не так просто, как мне бы хотелось. В горле пересохло. На тарелке остались только мармеладки из водорослей. Похоже, в нашей компании никто их не любит.
– Как тебе мой отец? – спросил Кеиджи.
– Нормальный мужик, – пожал я плечами, – Как только кости срастутся, мы с тобой отправляемся учиться бить морды к бывшему инструктору сил самообороны.
– Что?! – воскликнул Кеиджи.
– Сказал твоему отцу, что одному мне будет скучно, – улыбнулся я ему.
– За что тебе такая честь? – подозрительно прищурился Кеиджи. Отмазка у меня была заготовлена давным‑давно:
– Благодарность за усиление политического влияния Такерады‑самы, – такое объяснение всех устроило.
– Эй, я тоже хочу учиться драться! – воскликнул Кейташи.
– Нельзя! Тебе нет смысла встречать проблемы лицом к лицу, – ответил я ему.
– Почему? – не понял он.
– Потому что ты заставишь их глотать пыль! – заржал я. Кеиджи заржал вместе со мной. Девушки укоризненно покачали головами.
– Это звучит как похвала, но почему я чувствую в твоих словах подвох?! – схватился за голову Кейташи.
– Иоши, ты уверен, что это хорошая идея? – обеспокоенно спросила Хэруки.
– Поговорим об этом потом, ладно? – ответил я ей. Она кивнула.
– Иоши, не смей переключать на себя внимание моего любимого! – надула щечки Минами.
– Справедливо, – согласился я. Обвел взглядом друзей, спросил: – Как насчет дать помолвленным возможность побыть наедине?
– И вправду! – ехидно улыбнулась Кохэку побледневшему Кеиджи, – Увидимся в школе, Мотидзуки‑кун, Минами.
Она поднялась на ноги. Вслед за ней поднялся Кейташи со словами:
– Все равно вкусных конфет не осталось. До встречи, ребята!
– До свидания, Мотидзуки‑кун, выздоравливай! Увидимся завтра, Минами! – поднялась на ноги Хэруки.
– Ребята, может… – жалобно начал Кеиджи, но я не дал ему закончить фразу.
– Укрепляйте связь, будущая уважаемая семейная чета Мотидузки, – отвесил я шутовской поклон радостно улыбающейся Минами и беспомощно глядящему на нас Кеиджи, – Увидимся!
– Спасибо, ребята! Увидимся в школе! – поблагодарила нас Минами.
После этого мы вышли в коридор, где нас уже ждал неведомо как узнавший о наших намерениях покинуть дом дворецкий. С поклоном он предложил проводить нас на выход. Мы поблагодарили. Проделав путь в обратном порядке, выйдя из калитки, раскланялись с дворецким. Надо будет узнать у Кеиджи его имя. Вдруг и вправду Себастьян? Миновав застывшего у стены дома напротив телохранителя Минами, двинулись в сторону ТЦ.