Наследие Чёрного Мага (СИ)

– Зря ты бросил вызов Призракам, старый дурак.
***
Люси 
Шок, отвращение, сочувствие, стали одни из многих чувств, оставшихся после встречи с мужчиной по имени Коби и его женой, где девушки узнали сложную и тяжёлую историю о некогда знаменитом писателе и его отношениях с сыном. Люси слышала о Зекуа Мелоне, он был знаменитым писателем, некоторые называли его лучшим в этом веке, у него были все шансы попасть в Королевскую Библиотеку, однако… Зекуа пропал на несколько лет, никто не знал, где он, жив ли, пока писатель не вернулся после трёх лет тайной работы на герцога. Каби – Заказчик и сын Зекуа в одном лице, описывал отношения с отцом… сложными, они часто ругались, особенно после возвращения Зекуа, ведь пока все беспокоились и переживали, он спокойно и тихо работал на нынешнего герцога Эверли, написал для него книгу под названием Daybreak – свою худшую книгу, ставшую пятном позора на репутации эксцентричного писателя.
По словам Каби, сына Зекуа, книга была поистине ужасной, отец отрубил себе руку топором почти сразу, как вернулся от Эверли, а затем, спустя несколько дней после очередной ссоры, покончил с собой то ли от стыда за ужасную книгу, то ли из-за начавшегося безумия. Точных ответов Каби не знал, а те, кто мог докопаться до правды, не желали портить отношения с тогда ещё могущественным герцогским домом, имеющим ветви по всему полуострову. Ныне, годы спустя, Каби решил нанять волшебников, чтобы они прокрались в особняк Эверли и уничтожили Daybreak, стерев факт существования позора на памяти отца, с коим мужчина не смог нормально проститься.
Это напомнило Люси о её проблемах с отцом и тому, до чего он дошёл, желая, чтобы все действовали исключительно так, как хочет он. Немногочисленная прислуга продолжала твердить, что молодая госпожа просто забыла, каким внимательным и заботливым был Джуд Хартфилий в те времена, когда была жива его супруга Лейла. Люси отчаянно пыталась вспомнить что-то хорошее, однако, к своему стыду признала, как сложно вспомнить лицо матери, про улыбки и заботу вечно недовольного и холодного отца говорить не приходилось. Иногда Люси казалось, будто слуги намеренно лгали, чтобы не омрачать её жизнь в золотой клетке для дорогой куклы, но уж точно не дочери, каковой она приходится ему по документам, ибо в кровном родстве с каждым годам Люси сомневалась всё больше и больше.
Утонув в размышлениях, девушка пропустила большую часть пути, пока её не начали тормошить, как оказалось, они уже добрались до Сиротсумэ, небольшого городка рядом с Магнолией, и почти дошли до трёхэтажного поместья Эверли идеально квадратной формы, огороженного столь же совершенно квадратным бетонным забором. За действующим герцогом Эверли давно тянулась слава эксцентричного человека с помешательством на симметрии, сегодня Люси смогла воочию убедиться в верности гуляющих по стране слухов.
– Ай! – взвизгнула Люси, с обидой глянув на Миру, заодно заметив, что сейчас их группа зашла в городской парк. – Зачем щипаться?
Мира, как обычно, едко усмехнулась, гордясь проделанной пакостью:
– По-другому ты не реагировала.
– За попу зачем?!
– В следующий раз приложу молнией или Обидной Сферой, – последнее заклинание было модифицированной Стрелой Тьмы, Мира гордо рассказывала, какая Сфера липкая и жгучая. – Хочешь?
– Обойдусь, – с недовольством буркнула Хартфилия.
– Как хочешь, – Мираджейн развела руки. – Шарли, повтори для спящих.
Пребывающая в человеческой форме эксидка пошарила в походной сумке, достав из неё лист-объявление:
 
– В поместье герцога Эверли требуются горничные, обязательные требования: рост не ниже среднего, блондинка, красивая.
Люси закатила глаза, чего-то иного от герцога можно было ожидать.
– Не смотри на меня так, – Шарли старалась делать вид, будто её здесь нет. – Это не моя идея.
– А я не блондинка, – робко добавила Венди.
– Да ладно вам, – усмехнулась Мираджейн. – Думаете, три шикарные блондинки не смогут вертеть каким-то мужиком?
– Как ты вертишь Сандро? – иногда Люси казалось, словно эксиды специально говорят так, чтобы вызвать у людей яркие эмоции, в основном связанные с желанием постукать инопланетную кошку.
Мираджейн опустила плечи и придала лицу страдальческий вид:
– С ним не получается, этот псих не контролируется! – пожаловалась платиновая блондинка. – Я столько раз просила помочь подшутить над Мавис! А он не хочет страховать, пока я буду надевать на неё обувь… Когда она заснёт!
– Давайте вернёмся к заданию? – настояла Шарли. – Как мы пойдём на работу? Вас двоих весь Фиор знает, а мы идём к Эверли! Тем самым Эверли, разбитым полтора месяца назад.
– Ты недооцениваешь старшую сестрёнку, – Мира выгнула грудь колесом. – Сестрёнка училась коварству у мужа!
Глядя на подругу, остальные вздохнули, кто-то тише, кто-кто громче, но исключений не было.
– Ну вас, – деланно обидевшись, Мираджейн превратилась в блондинку, чем-то отдалённо похожую на себя. – Посмотрите на эту красотку!
– Я не умею превращаться, – напомнила Люси о важной детали. – Это сложно. Пройти со своим лицом у меня не получится, Себастьян знает меня, мы встречались несколько раз, отец ведёт с ним бизнес.
– Не переживай, – горделивая ухмылка платиновой блондинки стала злобной, – я учла этот момент, – в руке волшебницы появилась склянка с тошнотно-мутной жижей.
Люси с тревогой посмотрела на жидкость и не своим голосом спросила:
– Что это за гадость? – девушка не скрыла отвращения. – Я не буду пить это!
– Будешь, если не хочешь оставить нас с Шарли в особняке стрёмного властного мужчины, – зная Мираджейн, Люси начала беспокоиться за герцога. – Если серьёзно, это зелье Чужой Личины, не совсем законное, немного забытое.
– Насколько незаконное? – обеспокоенно спросила Шарли. – Насколько нас могут посадить за нарушение магического законодательства?
– Не переживай, – Мира вновь стала самодовольной. – Всего-то от двадцати до пожизненного!
Волшебницы выпучили глаза.
– Я не хочу лишиться красоты в тюрьме! – возмутилась Люси. – Она не вечная!
– Меня арестуют, как соучастницу, – пискнула Венди. – Посадят в одну камеру с Мирой…
– Венди, говори, что тебя заставили, – настояла Шарли. – Тогда отделаешь выговором.
– Хе-хе-хе-хе, – Мираджейн злобно захохотала. – Это законы Драгна, в Фиоре их нет, про зелье специально забыли, а потом потёрли документы.
– Мира! – зазвучало всеобщее возмущение.
– Ха-ха-ха-ха! – хохоча, бывшая Штраусс схватилась за живот. – Как я понимаю Сандро! Ха-ха-ха-ха!