Наследие Чёрного Мага (СИ)

Кажется, заминка немного подорвала Миру:
– Мы идём или нет? – недосказанное «пока я вас в реке не утопила» так и висело в воздухе. – Эй, придурок, вставай, хватит позорить нас, – хе-хе, а ведь год назад она сказала бы не «нас», а «меня».
Позже 
Идти до храма пришлось больше часа, слишком много людей было на улицах, как и слишком много желающих сфотографироваться или взять автограф – это сильно замедляло продвижение и начинало раздражать, но ничего не поделаешь, нужно расплачиваться за получаемые бонусы в виде дополнительных заказов, желающих вступить в гильдию волшебников и всякое по мелочи, известное только Макарову и Мэв, я в бюрократию не лезу, ну её в задницу Астарота. Заодно снова стал заметен один факт – чем крупнее город, тем меньше людей волнует демонизм девочек, городская суета и более качественное образование оставляют не так уж много просторов для выдумок. Да, у гильдии остаётся неоднозначная репутация, однако, когда в дело вступают деньги, большинству становится похрену у кого сколько рогов или хвостов, а вот в деревнях и маленьких поселениях всё наоборот, там могут и вилы исподтишка всадить, два месяца назад так оно и было, когда Миру чуть не лишили глаза. Проблемой бы это не стало, всё-таки современная медицина достаточно развита, чтобы сделать полнофункциональный искусственный глаз, как у Эльзы, про свои возможности вообще молчу, но приятного всё равно мало.
М-да, жажда денег победила и здесь, в нашем случае это хорошо, главное, чтобы местный капитализм не принял те уродливые формы из моего первого мира, иначе кому-то в Земном Крае станет грустно… впрочем, у меня есть возможность задавить эту возможность в зародыше, хоть на что-то сгодится ручной Тартар, ибо к тем ребятам вопросов не будет. А пока… пока можно пользоваться плодами нынешней системы, чтобы, например, помочь Мире преодолеть фобию на личный демонизм, потому как принятие себя поможет ей в общении с другими людьми, ведь несмотря на имеющийся прогресс, моя пурпурная демоница по-прежнему боится, что кто-то может обидеть её, оттого по привычке выпускает иголки. Само собой Мира не перестанет быть дерзкой пошлячкой-пацанкой, обожающей темы ниже пояса и развратный стиль в одежде, но так она сможет нормально общаться в гильдии, большего и не нужно.
Тем временем, пока я заканчивал мысль, мы подошли к монументальному сооружению не уступающему размахом Собору Кардии – исполинский белый кафедральный собор с налётом готики построили и здесь.
– Ты не говорила, что храм Астры такой большой, – Эльза впечатлилась.
– Когда «деревня на болоте» не стала огромным городом, – всего-то девяносто шесть тысяч человек, – здесь был обычный деревенский храм… – Мира оказалась под ещё большим впечатлением, чем Эль.
– Центральный храм больше, – гордо заявила святая, мать её, дева. – Раньше там давали печенье и молоко, – вот и причина её походов в храм, ибо сие одно из любимых лакомств Мэв. Она же ходила в храм жрать сладкое на халяву!
Пока мои демонессы перекидывались фразами, я подошёл ближе к храму и коснулся пальцами белого камня на стене, снова заметив одну странность, точь-в-точь как у Кардии – здание не излучало божественной силы, это просто монументальная пафосная постройка, не более, но вот чего здесь взаправду было в достатке, так это отголосков боли и страданий невинных, видимо, эхо случившейся чернухи не развеялось. В общем, это такой же храм бога Света, как из меня говорящий кролик-мясоед.
Пока я обдумывал ситуацию, пока провёл парочку тестов на сокрытие магии, девочки как раз закончили очередное препирательство, переключившись на сугубо женское поливание отходами парня-фанатика, даже не понявшего, что его обливают этими самыми помоями. Приятно слушать, как несостоявшегося конкурента смешивают с отходами жизнедеятельности, есть в этом некий шарм, поглаживающий и без того раздутое самомнение одного скромного чернокнижника с дырявым чердаком.
 
Чуть позже балаган был прекращён Эльзой, что-то прошептавшую Мире на ушко, отчего наша злоязыкая волшебница успокоилась и взяла эмоции под контроль, тем самым лишив меня отличного шоу. Эх-х. Зато мы пафосно вошли в храм, если так можно назвать храм с пятнадцатиметровыми дверями, открывающимися для посетителей при помощи несложных заклинаний, работающих в пассивном режиме. Внутри храм Люменора был ещё более патетичным, чем снаружи: магические канделябры и подсвечники светили более ярко, чем положено для столь маленьких источников света; скамьи для прихожан и пол блестели от чистоты; проложенные между множеством колон белоснежные дорожки будто только что отгрузили прямо с конвейерной ленты ближайшей фабрики, судя по свечению они были почищены наложенными заклинаниями бытового типа – это сделало из них простенький магический предмет. В конце зала, за трибуной, стоял здоровенный мужик за два метра ростом в матовых белых латах, читал какую-то религиозную муть для немногочисленных прихожан и практически полностью игнорировал нас, хотя и держал в поле зрения, пока не знаю, по привычке или из-за ставшей нервной паствы, кои только пальцами в нас не тыкали.
Судя по одежде, немногочисленные в это время дня прихожане из коренных жителей, вон как смотрят на нас, особенно на приобнявшихся за талии Миру с Эльзой, нарочито провоцирующих местных на агрессию и необдуманные поступки. Стоит отметить, им это удаётся, более старшее поколение готово взлететь на личной тяге, пробив своды храма, даже не подозревая, как раззадоривают и веселят названных сестёр.
– Рыцарь Сигизмунд, – располагающе улыбаясь, гигачад в латах кивнул парню сразу, как мы дошли до скамьи в первом ряду, – госпожа Вермиллион, госпожа Мираджейн, госпожа Эльза и господин Сандро, чем храм Владыки Света может помочь вам?
– Я хотела посмотреть на храм, – осматриваясь аки любопытный ребёнок, ответила Мэв. – У вас очень красиво! – а сама смотрит на реакцию окружающих и внутренне ржёт как лошадь.
– Сама Святая Дева оценила старания по возвращении в эти края мира и спокойствия, это радует сердце старого воина, – бр-р-р, ему бы оратором работать, так располагающе ставить голос, играть лицом, улыбаться. Опасный хрен, с таким час поговоришь и белое станет чёрным, а чёрное белым. Видел таких, общался, очень страшные люди с чудовищной харизмой, им не нужно никого убеждать, люди сами убедят себя… а ещё я не могу прочитать его, ни язык тела, ни эмоции. Очень опасен, ещё и Светом Бога шибает так, что даже в таком состоянии может уложить Эльзу и Миру без особых усилий, вот уж точно святой воин, он бы в одиночку справился с той обрезанной армией Альберта, с таким уровнем близкого к Святости Света ему достаточно пройти рядом, чтобы низшая нежить осыпалась прахом.
– С чего бы церковникам заботиться о простых людях? – Мира начала язвить, отчего сидящие позади прихожане ещё больше вознегодовали, не выдержала всё-таки.
– Должно быть, в вас говорит то несчастье, – гневно засопев, моя радость кивнула. Приобнять бы её, но меня настойчиво просили не вмешиваться, пришлось дать слово, тем более Эльза справляется не хуже. – Я могу понять вашу злость, госпожа, меня тоже предавали те, кого я считал семьёй, – люди в зале ахнули, Сигизмунд так вообще язык проглотил и тихо охреневал. – Это очень тяжело, когда тебя бьют в спину те, кому ты больше всего доверял, – вроде бы не врёт, не могу точно прочитать.