Оборотень по объявлению. Тень (СИ)

– А Тень молодец, – грустно вздохнул гибрид. – Дочь у него, сын тоже там гостит. Даже наши известные на весь мир сверхов врачи, и те, съезжают к Бродячим. Может, мне с Верой тоже переехать?
– Конечно. Твой зятек по тебе очень скучает. Иногда слышу, как воет по ночам, – съерничал леопард, раздраженно ища что-то дальше.
Дима оттолкнулся спиной от двери и подошел ближе в леопарду:
– Да что ты там с таким видом ищешь?
Леон резко вскинул голову:
– Дашь взять твою кровь?
– Много? – Дима невольно подался головой назад.
– Много! – врач встал на ноги и сделал шаг к гибриду.
– Зачем?
– Для тестов.
– На тему?
– Я все успокоиться не могу.
– По поводу?
– Саши и Леси. Ладно, Настя – она человек! Но что с твоим парнем происходило – совершенно необъяснимо. Я столько лет что только не перепробовал, пока не понял, что невозможно бороться с истинностью. А тут вдруг он запал на другую, а его истинная от него отказалась?
– Она побывала на грани жизни и смерти. Может, поэтому?
– И? Знаешь, сколько сверхов там были?
– Плюс гормональные подростковые бури. Ты что, не помнишь, как это – в первый раз переживать любовь? Это нам всем пары встретились во взрослом возрасте, а у моих детей такого выбора не было.
Леон заметался по кабинету и стал тереть левый висок так, будто пытался ускорить ход шестеренок в голове.
– Выбора не было. Выбора не было. Может, дело в том, что они в детстве нашли истинных? Надо поискать информацию о подобных случаях в мире. По стране таких данных нет.
– А зачем просил мою кровь?
– Мысль была!
– Какая?
– Что это из-за обстоятельств формирования близнецов. Ведь твоя кровь, фактически, сделала из биологического материала людей – оборотней.
– Одного. Настя – человек.
– Да-да, одного. Но это не меняет обстоятельств дела.
– Док тогда все проверял.
– Вот именно! Твой Док мне совсем не внушает доверия. Тем более он умер до рождения близнецов.
– Ты тоже не ангел.
– Вот именно поэтому я могу представить, что твой Док мог добавить что-то в ту сыворотку, которой спас Веру. Но во всех документах, что сохранились после твоего горе-врача, об этом ни слова.
– Ты поэтому хочешь взять у меня кровь?
– У тебя и Саши! Если предположить, что есть ген истинности, а у близнецов случилась в нем поломка, то ответ может быть в твоей крови или твоего сына.
– Даже не думай. Я тебе запрещаю!
– Если это так, это настоящее открытие! – Леон будто не слышал Диму.
– Если это так, то это настоящая катастрофа для всего мира сверхов.
– Мы должны знать точно. Можно потом засекретить.
– Ты же знаешь, что все тайное обязательно становится явным.
– А ты не боишься, что когда-нибудь твои внуки столкнуться с такой же проблемой?
– И чем им поможет знание, что у них поломка?
– От них не будут требовать того, что от Саши и Леси.
– Вот! Леси! Ты про нее забыл? У нее нет моей крови. Да и Док использовал мою кровь для помощи гибридам, сильно пострадавшим в изоляторе, когда мы формировали клан. Если бы было что-то не так, это давно проявилось бы. Так что вся твоя теория – бред.
– В твоем геноме, может, и нет поломки. А вот в близнецах из-за двойного отцовства – легко!
– А про Лесю что скажешь?
– Как я могу сказать точно без исследований? Да и с ними никто не поручится. Но…
– Хватит. Остановись. Мои дети и так настрадались. Еще быть подопытными кроликами не хватало.
Леон и Дима застыли друг напротив друга. Взгляды – полные упорства и упрямства.
Леопард решил, что он точно докопается до истины. Глава гибридов – что не даст ему это сделать.
– Ладно. Мне и без этого есть чем заняться. Альбине скоро рожать, а у Бродячих еще не все медоборудование есть, – сказал врач.
– Я подарю несколько кувезов от имени нашего клана.
– Правильно. Твоей дочери может скоро пригодиться.
– Что? – Дима сразу забыл о всех спорах с леопардом. – Ты что-то знаешь? Настя… беременна?
– А ты что такой испуганный? Дедом быть не хочешь? – Леон забавлялся ситуацией.
Дима нащупал рукой стул, пододвинул его и шлепнулся на него:
 
– Вот теперь говори, что знаешь.
– А я что? Я ничего!
– Леон! Ты же знаешь, как я люблю, когда тянут за хвост.
– Да что я такого сказал? Просто предположил, никаких фактов! Ребята-то молодые, горячие, ночи громкие…
Гибрид вскочил на ноги, а Леон выскочил в дверь, как нашкодивший кот.
– Потом вещи соберу! – крикнул он, убегая.
– А бардак кто собирать будет? – в ответ попытался достучаться Дима.
Но леопард был уже далеко.
– Кошак! Как всегда – нашкодит, а другие разгребают. – Глава гибридов снова опустился на стул. – Но что про ребенка? Нет, так не пойдет.
Дима достал телефон и набрал Веру:
– Дорогая, собирайся. Мы едем навестить детей.
Так он будет дедом или нет? Надо выяснить!
Я вышла балкон второго этажа дома и почувствовала запах дыма. Кто-то будто резину жег!Настя
– Глава, может, проще катком было переехать? Воняет жутко! – услышала я голос Птахи.
– Еще можно порезать, утопить, разрубить топором, распилить бензопилой, залить кислотой, натереть на терке, – порыв ветра донес рассуждения Скалы.
Мне стало настолько любопытно, что я сняла банный халат и переоделась в уличную одежду. Тихо спустилась по ступеням вниз. Немного прихрамывая, пошла как можно бесшумней, потому что ходьба на цыпочках мне перестала даваться.Кого они это так?
Я не стала громыхать дверью, а подошла к окну одной из комнат на первом этаже. Оно выходило на место, где сейчас происходило все самое интересное.
– Ты что там смотришь? – раздалось тихое сзади.Тень толкал палкой что-то небольшое в костре. Это мелкое коптило так, что скрывало звезды.
Я вздрогнула.
– Сашка! Напугал.
Брат проследил за моим взглядом и усмехнулся:
– Тень кроссовки сжигает.
– Зачем?
Я совершенно не понимала сакрального смысла сжигания обуви.
– В них кто-то умер?
Сашка подавился смехом. Мне было приятно видеть, что он не разучился смеяться, а то после ухода Леси он будто разучился радоваться.
– Нет. Просто это та самая обувь, в которой ты обещала уйти от Тени, как только заживет нога.
Я сначала дернулась, чтобы бежать и спасать свою обувь мечты, но потом поняла, что поздно.
– Но мы же вместе! Зачем? – Мне было так жалко кроссовки, просто до слез.
Брат понимающе хмыкнул:
– Я бы тоже сжег.
Я не знаю, о чем с ним говорила Леся, но она смогла вытащить его из шкуры. Главы дали Саше второй шанс, а Тень обещал присматривать за ним. Да и я сама не могла бы сейчас со спокойным сердцем отпустить брата из клана. Хоть он всем и говорил, что все в порядке, я видела, что это не так.Мне казалось, что сейчас в Сашиных глазах можно было увидеть эпицентр торнадо, хотя внешне он был абсолютно спокоен.
– Ты действительно так отпустишь Лесю? – решилась я на болючий вопрос.
Саша моргнул. Эпицентр в его глазах стал закручиваться еще сильнее.
– Я должен, – наконец ответил он.
Мне хотелось спросить: “А сможешь?”, но я знала, что этим вопросом могу причинить сильную боль.
– Она, правда, стала пахнуть по-другому?Я видела Лесин взгляд, когда она уходила. Это был словно другой сверх. Мне казалось, даже ее запах изменился.
Кадык Саши дернулся, будто он сглотнул.
– Тебе не понравился это запах?
Я знаю, что у оборотней естественный аромат – одно из главных, что привлекает в паре. Как и голос.
Брат отвернулся от окна и пошел на выход, и, когда я уже думала, что он не ответит, до ушей донеслось:
– Наоборот. Как никогда раньше.
Может, у них будет еще шанс? Или, хотя бы, их раны затянутся настолько, что они смогут найти новое счастье?Мне хотелось крикнуть, чтобы он остановился. Чтобы рассказал, а как раньше – не нравился? Чтобы пояснил, что он имеет в виду. Но Саше это причинило бы боль, а я не собиралась ковыряться в глубокой ране.