Оборотень по объявлению. Тень (СИ)

И тут я заметила движение в углу. Кого-то тащили волоком, вцепившись вдесятером в одного.Мне было не меньше жаль несчастных родителей. Они только что потеряли приемную дочь, и их зачем-то притащили сюда. Но на что рассчитывают эти ребята? Действительно верят, что уйдут отсюда живыми, даже отдай Тень им побрякушку?
Мелькнуло белое знакомое пятно на черном ухе. Гибрид волка и медведя. Мой брат.
Тень
Состояние леопарда меня беспокоило. Я уже прикипел к этой хвостатой сволочи. От страха за его жизнь я так спешил, что несколько раз обгонял Альбину и возвращался вновь, понимая ее медленный темп.Леон постоянно скатывался с моей спины, поэтому пришлось обернуться в человека у ближайшего схрона с запасной одеждой.
– Беги! Я догоню.
Не говоря уже о том, что и без всякого леопарда я бы никогда не оставил Альбину в опасности.– Если я оставлю тебя одну, Леон оторвет мне голову.
– У меня к тебе вопрос, – спросил я.
Как раз займу время и сниму камень с души.
– Какой? – Альбина протерла мокрую щеку.
Может, не лучший момент для этого, но, хотя бы, отвлечет. И ее, и меня.
Все равно я не могу быстрее пойти, и оставить Альбину не с кем. Да и помочь леопарду сейчас может только его любимый врач.
– Это же не ты все затеяла с Бродячими? Не ты все затеяла с должностью главы?
Я застыл. Не мог двигаться, как бы этого не требовала ситуация. Мне хотелось обхватить голову рукой, присесть, но я ничего не мог из этого сделать.Альбина положила одну руку на грудь, вторую на низ живота, и посмотрела на меня так раскаивающе, что я чуть кошака не уронил. – Нет! – я замотал головой. – Ты же не могла меня так подставлять! Подбородок женщины задрожал.
– Тень… Я… Боялась за тебя, – сквозь всхлипы начала Альбина, и я резко повернулся к ней.
Боль, которая пронзила в этот момент меня, не сравнима ни с одним ранением.
– Я тебе доверял.
– И я тебя не подвела, Тень! Я… я… – Альбина всхлипнула, а потом опустила голову и медленно опустилась на колени. – Прости. Я не знала, что все так получится.
У меня даже перед глазами на миг все поплыло. Я облизал пересохшие губы.
Альбина с беспокойством посмотрела на Леона в моих руках, потом с мольбой на меня:– Почему? – Только и смог я выдавить вопрос. Я действительно этого не понимал, сколько бы не вспоминал всю ту статистику из папки.
– Пожалуйста, пойдем. Леону нужна помощь. Обещаю, я отвечу на все твои вопросы. Отвечу за все.
– Тень…Я смотрел на свою подругу, которую знаю двадцать лет, и не мог осознать это. Хоть своими глазами видел, что она взяла вину на себя, в голове не укладывалось. Как так? Я посмотрел на Леона и заставил себя двинуться с места. Сначала медленно, а потом быстрее. Зашагал так стремительно, что лишь потом сообразил, что оставил Альбину одну далеко позади. Вернулся.
– Молчи.
Я не мог ее слышать. Не был готов. У меня заворот словесных кишок.
И чем больше я молчал, тем тревожней становилось дыхание женщины.
Вдруг меня словно прорвало:
– Ты что, на фоне беременности с ума сошла?
– Я сошла с ума, когда поняла, что ты с собой делаешь!
– Тебе об этом твои графики сказали?
– Нет. Я все подготовила, но сомневалась до последнего. Месяц наблюдала за тобой, и…
– И что?
– Ты же за этот месяц чуть два раза не погиб! Это хорошо, что все знали, что мы с тобой дружим, и вызывали нас с Леоном, когда тебя нашли. Я же один раз тебя еле откачала. Ты плясал на косе смерти. Как я могла на это смотреть?
Я покачал головой и пошел быстрее, а в голове все пытался найти зацепку, что все это вранье.
– Нет! Это не ты! – Я резко повернулся к Альбине.
Врач подняла на меня взгляд, полный страдания.
– Это не ты. Ты бы никогда не позволила кому-то обижать ребенка и старушку.
– Это постановка. Я заплатила.
Тут я вспомнил разоблачение того ролика, которое сделал Сеня.
– И где ты нашла этих кадров? А тех Бродячих в доме, что снимали?
– Ты забыл, что у Леона целая база с времен, когда он менял им внешность?
– Я убил всех до одного. Хочешь сказать, ты на это пошла осознанно? Ты, кто скоро станет матерью?
 
Альбина твердо посмотрела мне в глаза:
– Все пятеро – педофилы и маньяки. Как раз как будущая мать, я не раскаиваюсь.
– Но Лина?
Подбородок Альбины затрясся, она опустила взгляд, идя рядом.
– Это навсегда мой крест. Она должна была просто отыграть роль, а ты ее спасти. Я не знала, что тот туннель с ядом. Не знала.
Врач замотала головой. Мы замолчали, каждый думая о чем-то своем и шагая так быстро, как это возможно в темпе беременной женщины.
И я, действительно, месяц после принятия пилюлю провел под девизом “Никаких тормозов”.У самой больницы я вспомнил про доску “добро пожаловать”, что треснула от того, что лежала под открытым небом. Про паутину в нише с надписью. Альбина, действительно, приготовила все раньше, чем реализовала.
– А ты знала, когда все готовила, что я не потерял истинность?
– Нет.
Звук шагов подсказал – она здесь и уже в сознании.Мы как раз вошли в больницу. Я осторожно положил леопарда на каталку и оглянулся. Настя еще не очнулась?
– Помоги Альбине! Леон в звериной форме и не может обернуться.
Я узнавал ее и не узнавал одновременно.Для сверха это означало, что его жизнь держится на одной звериной регенерации. Стоит обернуться в человека, как темп чуть замедлится, и он умрет. Мы и так потеряли много времени, пока добирались до медпункта. Альбина постаралась взять себя в руки и начала готовиться: быстро умыла лицо, очистила руки и побежала одеваться в стерильную форму.
Как там обстановка?Ясно одно – мне нужно время, чтобы все это переварить. Никак не могу понять, как я отношусь к случившемуся. Куда выплеснуть злость? Негодование? Уязвленный, мне не терпелось открутить хвосты, и за забором коттеджного поселка как раз были кандидаты для этого. Надо только сделать так, чтобы родители Лины остались живы.
Я посмотрел в направлении, где чувствовал свою истинную. Так хочу увидеть ее, а она опять прячется!
Пока ждал ответа, подошел к мониторам, проверять обстановку, и увидел знакомого молодого гибрида в плену Бродячих.– Насть, покажись! Нам пока нельзя быть ближе, чем на два метра, но смотреть друг на друга-то можно!
– Черт возьми, Саша! А ты там откуда?
Ведь он точно видела, что там произошло.Позади послышался шорох, и в голове мелькнуло: Настя, только без глупостей!
Я резко обернулся, ожидая чего угодно после последних новостей. Но Настя стояла на отдалении от меня, обвешанная двумя ружьями с транквилизаторами и с чемоданчиком первой помощи в руке. А еще она сняла гипс.
– Возьми меня с собой. Я могу быть отвлекающим маневром.
– Лучше Альбине с Леоном помоги. Ты тут нужна, а там мы справимся, – сказал, прямо глядя в глаза девушки.
Я даже ожидал от нее такого, как от маленькой девочки. Но Настя неожиданно кивнула и попросила:Больше всего я сейчас опасался ее бунта. Внутренне готовился ко всему. Ведь Настя на эмоциях могла воспользоваться нашей особенностью и выключить меня, просто подойдя ближе. Так сказать, убрать препятствие без особых усилий. Взять у меня кулон и пойти на обмен.
– Спаси их, Тень. Я в тебя верю.
– Даниил, – представился я.И поставила на пол чемоданчик, сняла ружье. До этих слов я стоял сгорбившись под тяжестью ожиданий, но когда услышал, то ушла даже боль от поступка Альбины. Моя истинная в меня верила. Наверное, это самое лучшее, что может испытать мужчина – слепую веру своей женщины в него. А ведь она ни минуты во все не сомневалась, когда сомневался весь мир. Не побоялась прийти в клан со сломанной ногой. Вопреки всему, даже своим словам о свободе. Это ли не любовь?
– Что? – Настя захлопала глазами.
– Ты спрашивала меня о моем настоящем имени. Так вот – Даниил.
Я очень хотел ее обнять и поцеловать. Настя тоже порывалась подойти ближе, но мы понимали, что эту проблему мы еще не решили.