Оборотень по объявлению. Тень (СИ)

Настя Как можно быть таким родным незнакомцем? Привычный запах Тени приобрел новые оттенки терпкости. Мне хотелось вдыхать аромат его кожи снова и снова, хотя я никогда не была повернута на запахах. Движения гибрида были по-прежнему уверенные, но уже не оберегающие. Другие. Смелые, по-хозяйски властные, но ни капли не болезненные. Взгляд сверха стал абсолютно иной – немного пугающий, будоражущий, цепляющий внимание так, что я не могла отвести свой.
Я боролась с собой только в одном: хотелось закрыть глаза, чтобы лучше прочувствовать удовольствие прикосновений и поцелуев, и в то же время хотелось не пропустить ни единой эмоции на лице Тени. Не знала, что наемник взглядом умеет делать комплименты, и мне это так понравится. Не ожидала, что его прикосновения – настолько приятны, что я не захочу останавливаться. Не думала, что его поцелуи разбудят во мне жадность.
Я так кайфовала от Тени. Все, что между нами происходило, казалось правильным, словно восход солнца. Он держал мою шею во время поцелуя крепко, но не больно. Прикасался там, где мне хотелось, словно читал мысли. Сделал так, что я молила его идти дальше. Где-то на краю сознания вспыхивали воспоминания о том, как я рвалась к свободе, о том, как Тень говорил, что отпустит меня и в то же время твердил, что пути из его спальни нет.
Я не слушала эти голоса, игнорировала, словно они были шепотом ада.
Идите прочь! Все потом. Я встречусь со всеми проблемами завтра, а пока я попробую взрослую жизнь на вкус. В момент, когда небольшой отголосок боли прошелся по телу, я поняла – это правильно – познать первый раз не с кем-нибудь, а с ним – моим Тенью. Попробовать подняться с ним хотя бы не на вершину, а на середину. И пусть это было впервые, я на подсознательном уровне понимала, что гибрид внимателен к моему удовольствию. Словно музыкант, что настраивал инструмент, сверх внимательно прислушивался к мелодии нашей страсти. И когда уже больше не мог сдержаться, я смогла наблюдать Тень в немой эйфории наслаждения. Я смотрела жадно. Мне хотелось запечатлеть это навсегда. Снять. Прокручивать вновь и вновь.
Но когда он вдруг резко опустил голову и посмотрел вперед пустым взглядом, а потом шлепнулся на меня без чувств, я сама чуть не умерла от страха.
– Тень! – позвала я отчаянно. – Тень!
Он не дышал. Не знаю где я нашла силы, чтобы сдвинуть с себя огромного наемника. Где нашла смелость и силы, чтобы бежать по коридорам с больной ногой, по пути кутаясь в покрывало. Где нашла ум, чтобы не орать на весь клан о беде, а вломиться к Альбине и быстро изложить суть. Доктор быстро позвала двух своих помощников.
Каталка. Тень. Палата. Однотонное и бездушное пиликание медицинских приборов.
Следующие пять минут, пока сердце Тени не билось, а врач старалась вернуть гибрида снова и снова, я сжимала руку наемника.
– Вернись, Тень. Вернись. Пожалуйста, – повторяла я снова и снова. – Отпусти его. Тебя ударит током!
– Ну и пусть! Альбина щелкнула меня по лбу:
– Очнись! Шаг назад, иначе выгоню! – приказным тоном сказала она.
– Это я. Это все я. Все из-за меня, – шептала я.
Альбина вытолкала меня. Лисичка закрыла перед носом дверь.
У меня в груди будто появилась черная дыра. Я не слышала звука своего сердца. Я слышала лишь однотонный звук медицинского оборудования из палаты, говорящий, что у Тени нет пульса.
У людей после шести минут остановки сердца в мозгу начинаются неисправимые изменения. А что у сверхов? Судьба тоже отсчитывает последние секунды надежды?
Нет.
Не может быть. Не-е-ет! Я рывком открыла дверь палаты в момент, когда Альбина в отчаянии опустила голову и руки.
– Нет! – я почти рухнула на грудь Тени, утыканную присосками, и сжала его крепко-крепко: – Не отпущу!
Медицинские приборы изменили звук.
Пульс!
Он есть!
Сердце Тени снова билось.
  
Глава 14. 
 
Кладбище сверхов. Саша третьи сутки подряд сидел в усыпальнице Лины. Не ел, не пил, не говорил. Родители не оставляли попыток привести сына в чувство, но он словно закрылся от всего мира.
 
– Он себя наказывает, – тихо сказала Вера, выйдя на воздух, в очередной раз оставив рядом с сыном контейнер еды и забрав старый нетронутый.
– Иди домой. Я вытащу его любой ценой. Не хватало еще, чтобы он наделал глупостей, – решительно сказал Дима, развернулся и вошел обратно в склеп. Сел рядом с сыном на каменную скамью. – Знаешь, Тень там чуть не умер в клане Бродячих. Твоей сестре очень нужна помощь. Мы с матерью, сами понимаешь, там все только испортим, а ты можешь оказаться крайне полезным.
Саша смотрел прямо перед собой, лишь иногда моргая.
– У Бродячих стычка на стычке сейчас. Им очень пригодилась бы твоя помощь, – продолжил отец.
– Я ничем не способен помочь Насте, – без эмоций в голосе ответил Саша.
– Еще как можешь! У тебя отличные организационные способности! Даже без зверя ты знаешь, как всех построить. Тени твои знания очень пригодились бы. Я слышал, что он рьяно взялся за чистку рядом Бродячих, и многим это пришлось не по вкусу. Ты нужен своей сестре. Она может быть в опасности. До сих пор непонятно, кто подставил Тень.
– Я могу только навредить. – Саша указал кивком головы на могильный камень Лины.
– Брось! Это несчастный случай. Ты не должен себя винить.
– А кого винить? Лину? – Саша вдруг задумчиво посмотрел на обстановку склепа и спросил: – Пап, а кто поставил этот склеп? У Лины же скромная семья, и, насколько я знаю, приемная.
Дима задумчиво посмотрел на стены. Материал отделки, и правда, был дорогим.
– Родители готовы отдать последнее ради своих детей, даже приемных, – с горечью сказал Дима.
Саша нахмурился.
– Но я не видел родителей Лины, участвующих в ее поиске. Только сейчас понял, что это мы с Настей и другими сверхами рыскали по каждой подворотне, а ее мама с папой лишь ждали вестей дома.
Глава гибридов задумался. Кажется, сын был прав.
– Я знаю эту семью. Они хорошие и надежные оборотни. Мы с ними еще со времен изолятора. Они всегда хотели ребенка. Наверное, это все стресс. Они просто отрицали ее пропажу, не хотели верить в худшее и ждали ее дома. Знаешь, у каждого своя реакция на несчастье, – Дима с пониманием похлопал сына по плечу.
Ведь у Саши тоже своя реакция на потерю.
– А в больнице? Помнишь, они приходили всего раз в день! – вдруг подскочил на месте сын.
– У них есть работа. Они навещали дочь каждый день. Не обязательно сидеть у двери, чтобы показать преданность. Им бы тут же сказали о любом изменении состояния Лины.
Саша напряженно думал и ничего не говорил в течение нескольких минут. Глава гибридов тоже думал. – Откуда у них деньги на такой склеп? Тебе не кажется, что они получили их за продажу Лины Бродячим? – спросил Саша.
Дима теперь напрягся не меньше сына:
– Я проверю их счета.
– А я прослежу. Через два часа стало понятно, что приемная семья Лины уехала из клана, не оставив ни единой вести. Последний раз их видели на похоронах девочки.
История захоронений показывала странное. По всем данным склеп для Лины построил Леон.
– Пап, а леопард всем своим бывшим больным места на кладбище обустраивает? – с жестокой иронией спросил Саша, за что получил осуждающий взгляд отца.
– Нет.
– Тогда что это?
– Думаю, это из-за особого отношения Альбины к Лине. Мама девочки, будучи при схватках, постучалась в ворота нашего клана. Она знала, что Тень украл известного акушера-гинеколога для того, чтобы обеспечить безопасные роды Веры, чтобы вы с сестрой точно увидели мир. Плод был крупным для маленькой мамы-рыси, а роды тяжелыми. Альбина до сих пор считает, что ей тогда не хватило знаний о сверхах и опыта, чтобы спасти роженицу. Я же думаю, что только благодаря ей Лина осталась жива. Девочка не дышала, когда родилась, а Альбина все не сдавалась, пока легкие ребенка не раскрылись. Лине сразу подобрали новую семью, но Аля присматривала за девочкой.