Три рецепта для Зоюшки (СИ)

Возле двери в комнату Зои Глеб, в отличие от Алисы, замешкался. Оттуда слышались весёлые девичьи голоса, смех, и он сразу подумал, что их там наверняка не ждут. Алису ещё ладно — она всё же просто маленькая девочка, — а вот он хозяин дома. Сейчас войдёт и испортит всю малину.
Но племянница не дала ему шанса передумать — толкнула дверь, ворвалась в комнату тайфуном и воскликнула:
— Зоя, это я! Дядя Глеб выпустил меня на день раньше!
«Выпустил»… Ага, из тюрьмы практически…
В помещении на мгновение воцарилась тишина, и Глеб, заходя следом за Алисой, огляделся, ожидая увидеть бардак, но нет — всё было прилично. На застеленной постели сидели Зоя и девочка-подросток, похожая на старшую сестру как две капли воды, только ещё более светленькая — платиновая блондинка почти без бровей и ресниц. А чуть поодаль, почему-то проигнорировав стоящий рядом стул, примостилась девушка постарше. В простых синих джинсах и свободной зелёной футболке, тоже блондинка, только золотоволосая, стройная и очень красивая. Глеб даже невольно подумал, что ей бы в модели, как Альбине, но эта мысль быстро улетучилась, когда он заметил, что девчонка под его взглядом смутилась. И — боже мой! — у неё покраснели уши.
Удивительно, они же с Зоей вроде не кровные родственницы. А краснеют одинаково — ушами…
— Знакомьтесь, девочки, — мягко улыбнулась Зоя, явно не рассердившись на это внезапное вторжение. — Глеб Викторович, хозяин дома и мой работодатель. А это Алиса, его племянница, я вам о ней рассказывала. Лис, а это мои сёстры — Алла и Ангелина.
— И все мы на «А»! — восхитилась Алиса, прежде чем кто-то успел вставить ещё хотя бы одно слово. — Вот здорово! А пойдёмте, я вам дом покажу! И сад!
— На улице дождь начался… — попыталась вяло возразить Алла, но кто бы её слушал.
— Так я зимний сад имею в виду, он у нас в помещении! На первом этаже второго корпуса! Пойдёмте! — И Алиса бесцеремонно схватила за руку сначала Гелю, а затем и Аллу и потащила их к двери.
— Только недолго, девочки, — крикнула им вслед Зоя. — Вам бы пораньше спать лечь…
Глеб хмыкнул — какое там «спать»! Сейчас Алиса их так растормошит, что глаз до утра не сомкнут. Её саму бы спать потом уложить…
Тут дверь хлопнула, сообщая об уходе девчонок из комнаты, и Глеб неожиданно сообразил, что они с Зоей остались наедине. Судя по её лицу, которое из добродушно-улыбчивого моментально превратилось в смущённое, она тоже это поняла. Поёрзала на покрывале, явно не зная, продолжать ей сидеть или встать, и, пока девушка не приняла решение, Глеб принял его за неё и просто сел рядом.
Нет, а что тут такого? Подумаешь! Кровать же застелена, и вообще он Зою не трогает. Руки по швам вытянул, на колени положил, и почти не дышит, чтобы не спугнуть.
Зоя громко сглотнула, потом кашлянула и, вздохнув, негромко произнесла слегка дрожащим голосом:
— А Алла, кажется, влюбилась…
Глеб вспомнил порозовевшие уши и даже испугался. Только бы не в него!
— В кого это?
— Да в Ника… в управляющего то есть. Он же девчонок моих встречал. Правда, она пока ничего не говорила, я просто заметила, как она на него смотрела. — С каждым словом голос Зои всё сильнее крепнул — видимо, волнение уходило. — Это не удивительно, он парень привлекательный и серьёзный.
Глеба кольнуло отчётливой ревностью, и он сжал зубы, пытаясь успокоиться. Спрашивал уже про Николая… Спра-ши-вал! И Зоя сказала, что не встречается с ним. Врать она бы не стала.
— Теперь главное, чтобы Геля не начала подкалывать Эллочку, то есть Аллу, иначе начнётся скандал и полетят клочки по закоулочкам. — Зоя всё продолжала заполнять тишину — видимо, опасалась, что иначе ей будет совсем неловко. — Я пока надеюсь, что младшая ничего не заметила. Ещё Лариса звонила… моя мачеха. Я сказала ей, что девочки поживут здесь, пока она не остынет. Удивительно, что она вообще настолько разозлилась — вон, даже Алла впечатлилась… Мачеха в целом холодный человек, она не склонна к скандалам.
— Все мы склонны к скандалам, если нас довести, — усмехнулся Глеб, вспомнив Альбину, которая за пять лет ни разу не поскандалила, но за последние шесть месяцев превысила все нормы. — Может, твоя мачеха на что-то рассчитывала по отношению к этому мужчине, а Геля помешала её планам?
 
— Скорее уж, не рассчитывала, — возразила Зоя, покачав головой. — Лариса просто встречалась с ним, проводила время вместе. Муж ей не нужен — она сама говорила, что браками и мужиками наелась вдоволь. Теперь, наверное, встречи прекратятся.
— Значит, она рассчитывала на эти встречи. И не факт, что они прекратятся. Вдруг он разведётся и женится на вашей Ларисе?
Зоя молчала, словно задумавшись.
— Нет, — сказала она в конце концов. — Если бы он хотел на ней жениться — уже женился бы.
А Глеба вдруг задели эти слова, сказанные вовсе не по его поводу. Но они в очередной раз попали в точку, по самому больному месту в его отношениях с Альбиной.
Если бы он хотел на ней жениться — уже женился бы. А он придумал себе срок в пять лет, выжидал, теперь снова ждёт. Чего? Какой такой погоды у моря?
Надо поговорить откровенно сейчас, и чем раньше — тем лучше.
В тот момент Глебу казалось, что он твёрдо уверен и серьёзно настроен, однако…
 
90
Альбина
О приезде сестёр поварихи она узнала уже постфактум, и это спасло Глеба от выяснения отношений — Альбина посчитала, что выражать своё возмущение теперь всё равно бесполезно и в данной ситуации лучше промолчать и добавить себе плюсов к положительному образу. Если бы Глеб сказал заранее, она бы, конечно, не промолчала, понадеявшись, что он передумает. С другой стороны… вряд ли бы он передумал. А вот Альбина наверняка выставила бы себя в невыгодном свете. Так что всё к лучшему. Всё равно эти девчонки не собираются с ней общаться — как и она с ними — и в основном будут торчать там, где находится Алиса. Вот пусть и развлекают эту мелкую вредину.
Хотя Альбина, издалека посмотрев на старшую из сестричек, слегка встревожилась — девчонка была слишком красивая, как принцесса из сказки. Но одевалась, конечно, безвкусно. Да и откуда вкус у этой плебейки? Одежда вся дешёвая и простая, макияжа ноль. Такое может сработать в восемнадцать лет, но в двадцать восемь — уже нет.
Поэтому Альбина аккуратно следила за Глебом, ловя изменения в поведении, и… да, с ним тоже что-то было не так. Порой девушке казалось, что он собирается о чём-то ей сказать — о чём-то неприятном, — но в последний момент захлопывает рот и морщится. Настораживалась, пыталась выпытать, в чём дело, но Глеб только отмахивался. Правда, Альбина сомневалась, что это связано с поварихиными девчонками, тем более что уже через сутки заметила, как старшая крутит хвостом перед управляющим. Молодец девка, умная — замахиваться на хозяина дома не стала, поняла, что не по ней планка, переключилась на Николая. Хорошо что не на Диму — иначе Альбина, чего доброго, прибила бы её.
Дима… Всё, что она планировала в отношении него, пришлось отложить — Альбина боялась, что в самый неподходящий момент из кустов выпрыгнут их «гостьи» и помешают ей. Вот уедут — тогда она и продолжит его охмурять. Хотя Альбина была уверена, что Дима уже практически дошёл до кондиции и если его что-то и удерживает, то только природная порядочность. Ничего, справимся и с ней.
Правда, в тот момент, когда Альбина об этом рассуждала, её кололо и беспокоило какое-то несоответствие в собственных мыслях. Словно она что-то упускала из виду. Что-то важное.
Альбина всегда была дотошной, поэтому всё то время, что они с Димой практически не виделись — не считать же за встречи краткие приветственные кивки и несколько дежурных фраз? — пыталась анализировать себя. И к концу третьего дня пребывания в доме Глеба сестрёнок поварихи наконец сообразила…
Такое бывало с ней очень-очень давно, когда Альбина была ещё совсем маленькой и верила в любовь. И была привязана к родителям, которые любили её гораздо меньше своих кандидатских, а затем и докторских диссертаций. И скучала по ним, если долго не видела.