Темный контракт. Книга 2
– Доброго дня, – я протянул ладонь для рукопожатия.
– Доброго, – Роман ответил без особого энтузиазма.
Судя по потухшему взгляду, он был весь в своих мыслях и не до конца уверен, зачем он вообще прибыл на эту встречу.
Я не спешил начинать разговор. Сдержанность, спокойствие и рассудительность – именно их я сейчас олицетворял. Именно они требовались молодому Некифорову. И именно эти чувства, как нельзя лучше навевал вечерний парк.
В Питере и окрестностях очень много парков и прогуливаться по ним одно удовольствие. Дышать ароматами свежей зелени. Чувствовать дух водоёмов, в которых плещутся обычные уточки. Наблюдать, как листочки ивы опускаются к самой воде… Красота! Отдохновение для души.
Многие мегаполисы совсем забыли о красоте природы, заковав себя в бетон и холод.
– Как продвигается ваше задание? – словно волна, нахлынул на меня вопрос. – Насколько знаю, вы уже говорили с моими друзьями?
– Да, мы неплохо поболтали вчера. Узнал много нового и интересного.
– Например?
– Увы, не могу распространяться. Это всё же личный разговор. Так же, как и наша беседа сейчас, – я чуть задумался, но после небольшой паузы добавив: – Но всё же отвечу на ваш вопрос: ваши товарищи полны энтузиазма и нетерпения, чтобы вы стали помощником графа Безрукова.
Потому, как вздрогнул парень, становилось очевидно – это не совсем то, что он ожидал услышать.
– Даже как-то не верится… – протянул парень, оживая и с явным вызовом.
– И почему же, позвольте узнать? – заинтересовался я.
Парень вновь замолк. Закрылся в своих мыслях.
Вспоминая его отца, даже неудивительно, что младший Безруков не способен раскрываться. Что же… мы не спешим. Подождём – так быстрее добьёмся результата. Как говорят русские: «Тише едешь – дальше будешь».
– В академии сложные пару дней… – Некифорову потребовалась минута, чтобы собраться и высказаться. Всё же он инициировал разговор… и это нужно самому парню.
– Из-за Безрукова и госпожи Владовских? – в лоб уточнил я, а затем решил смягчить вопрос: – Или экзамены сложнее, чем вы ожидали?
– Экзамены… Да, сложные. Но ещё три дня и всё позади. У Безрукова тоже сложная неделя… После вашей дуэли, репутация Леонида пошатнулась. Ему приходится быть жёстким, чтобы её восстановить. – Некифоров даже сейчас пытался сгладить углы и оправдать товарища.
Нет, парень. Так легко ты не отделаешься. Если тебе что-то не нравится, то ты должен это сказать. Нельзя вечно подстраиваться под других! Сейчас мы проверим, есть ли у тебя яйца или нет?
– Понимаю, – я сочувственно кивнул. – Бей своих, чтобы чужие боялись.
– Нет! Вы не так поняли! – мгновенно взвился студент. И его словно прорвало: – Просто за последние дни у него было ещё несколько дуэлей. Мне пришлось со всем этим помогать… Кроме того, у них с Катариной какая-то размолвка, так что мне приходится между ними быть посыльным. Сегодня полдня Владовских утешал, а она так и не может объяснить, в чём, собственно, проблема. Безруков тоже не лучше… Я их не понимаю. Всё навалилось.
Неплохо. Мои труды уже создали напряжённость в отношении троицы друзей. Теперь осталось развить данный конфликт своим «участием» и «помощью».
– А-а-а… прошу прощения, неправильно понял. Друзьям, действительно, нужно помогать в сложные времена. Ведь эти двое для тебя как семья. Сложно не заметить, как вы дружны… Вы для вашего трио настоящий клей, что держит компанию вместе.
– Вы так думаете? – даже растерялся парень от такого напора.
– Конечно! – повысил я поток эмоций. – Вспоминая дуэль и наши посиделки – именно вы всегда помогали товарищам. И полагаю, в будущем будете так же полезны. Ведь для помощника, знать, чего хочет его патрон и суметь это исполнить – первоочередной талант! А за это они платят тебе благодарностью. Всегда помогают тебе и заботятся. Не так ли?
– Ну да… – полный фальшивого согласия кивок и улыбка. Парень и сам понимает, насколько мало его ценят.
– Вот и прекрасно! Рад, что вам, Роман, это по душе… Значит, я могу рекомендовать вашему отцу устраивать вас с Безруковым после выпуска в одно место. Пожалуй, завтра с утра и отчитаюсь!
– Так скоро? – даже растерялся парень. – Возможно, стоит ещё изучить ситуацию? Да и…
Я не мог не заметить, как дёрганно парень перебирает пальцами, выбивая беззвучный мотив. Романа явно напрягало такое скорое решение вопроса. Его вообще напрягала ситуация, как и то, что никто не спросил его мнения: а хочет ли он себе подобной участи? Вот только он никак не мог решиться.
– А чего тянуть? Для того, чтобы всё организовать, потребуется немало времени! Вашему отцу нужно будет связаться со своими старыми знакомыми. Затем согласовать всё это с Безруковым. Обговорить с академией… – я тяжело вздохнул. – Или, может, есть что-то еще, о чём я не знаю?
Я дал парню шанс. И если он хочет что-то изменить, то должен принять решение сам. Нельзя сваливать решение собственной судьбы на других.
Кулаки парня сжались. Он балансировал на грани. А я уже начал прикидывать, как переиграть ситуацию, если Роман примет неправильное решение. Ещё пара дней в напряжённой обстановке подозрительности и ревности, тогда парень точно дозреет. Так что это терпимо.
– Я не хочу… – прозвучало это едва различимо. Но я услышал. Однако проигнорировал, шурша галькой под ногами. И парню пришлось повторить громче и чётче: – Я не хочу становиться помощником графа! Не хочу!
В этот раз прозвучало твёрдо и решительно. Отлично, вот и трещина, что расколет монолит дружбы. Знаменуя такое событие, я остановился и обернулся к парню, выражая удивление и поинтересовался:
– Да? И почему же?
– Ну… Леонид мой друг. И я хочу с ним дружить и после окончания академии… Но не под его началом. Это было бы неправильным. Я хочу… – парень вновь замялся, но второй раз решил рискнуть и нырнуть в омут с головой: – Я не хочу быть военным! Я хочу быть дипломатом! А на службу я иду только ради отца. Да и он не станет слушать других вариантов…
Джекпот! Вот значит, что по-настоящему грызло младшего Некифорова. Шикарно! Это даже лучше, чем я мог рассчитывать. Теперь парень в моих руках со всеми потрохами!
– Вы думаете, отец расстроится? – страх, нет, чуть ли не панику прочитал я в глазах парня, что больше всего боялся разочаровать отца.
– Отец хочет для вас лучшего будущего. И только вы, Роман, должны решать, что для вас действительно лучше… об остальном не беспокойся, я договорюсь, – успокоил я собеседника, делая незамысловатую установку, что парень принял правильное решение. Более того, плавно перешёл на «ты», словно мы стали ближе, связанные общей тайной.
Более того, теперь я должен ассоциироваться у Некифорова младшего не с угрозой, а поддержкой. Я специально не стал заключать даже подобие контракта, чтобы не подорвать едва уловимую нить доверия.
Сейчас шла слишком тонкая игра.
Один из необходимых параметров разжигания конфликтов – дать одной из сторон поддержку извне, к которой можно обратиться за помощью или советом. В худшем случае заключить союз против появившегося противника.
Таким союзником может стать семья. Вот только это уже мне невыгодно. Сейчас я выступал такой поддержкой. У меня на парня имелись свои, долгоиграющие планы.
А контракт… что контракт? По нему я должен свести на нет общение с графом. Никаких моментов, что молодой Некифоров должен вернуться в семью, там нет.
Ну а то, что они поверили мне на слово про планы главы рода Некифоровых – это уже их проблемы.
Но вербовать парня ещё рано. Требовалось закончить накалять ситуацию, и я задумчиво протянул:
– Вот только…
– Что? – мгновенно среагировал Роман на вскользь брошенные слова.
– Вот только боюсь, что Безруков может не понять подобного, – задумчиво протянул я.
– Нет! Он поймёт… наверное, – не совсем веря собственным словам, протянул парень. – Он мой друг, который… – и вновь долгая пауза. – Ему может не понравиться, что я больше не буду ему помогать? Как это делал всё время…