Избранные циклы фантастических романов. Компиляция. Книги 1-20 (СИ)

Процесс развивался, как в пошлом боевике. Сеть, оказавшаяся на тропе и хорошо замаскированная, взвилась вверх, едва Серов на нее наступил, на миг дезориентировав космонавта и качественно его спеленав. И тут же со всех сторон начали выскакивать одинаковые серые фигуры, хорошо видимые обычным зрением, но практически не замечаемые тепловизором. И… И, в принципе, все, поскольку сеть, сплетенная из каких-то местных волокон, рывка Серова не выдержала. То есть обычного-то человека она бы наверняка удержала, но сервоприводы скафандра оказались рассчитаны на куда большую нагрузку. В результате перед не ожидавшими такого поворота аборигенами с грохотом рухнул затянутый в металл великан, тут же, не вставая, подсек ноги ближайшему, вырвал копье у шустрика, попытавшегося его этой пародией на оружие ткнуть и тут же, воспользовавшись широким, с отточенными краями, наконечником, вскрыл незадачливого вояку от паха до горла. Рывком поднялся, наконец, на ноги и ударом кулака вдребезги разбил голову третьему. Так разбил, что мозги во все стороны полетели. И, не останавливаясь, атаковал.
Вся схватка заняла не более пяти секунд, после чего в распоряжении Серова оказались шесть трупов и двое слегка покалеченных пленных. Оба – мужского полу, практически без одежды, исключая разве что некое подобие коротких штанов, и густо вымазанные уже начавшей подсыхать серой грязью. Ковырнув ее пальцем, Серов убедился, что она обладает великолепными термоизолирующими свойствами, что и сделало возможным ее применение для обмана тепловизора, хотя, скорее всего, маскировка предназначалась для обмана зверей. Грязь, как показал анализатор, маскировала еще и запах. Голь на выдумки хитра.
Один из пленных, тот, которого Серов сбил с ног первым, пострадал довольно серьезно. Удар закованной в боевой скафандр ноги переломил ему нижнюю конечность чуть выше лодыжки. Второй лишился сознания и двух зубов. Неприятно – но не критично.
Подумав секунду, Серов занялся тем, что с покалеченной ногой. Ничего личного, просто на одной ноге далеко не упрыгаешь, а значит, выжить он и без вмешательства капитана вряд ли сможет, проводником не послужит, да и просто возни меньше – в чувство приводить не надо. Правда, он старательно притворялся то ли мертвым, то ли потерявшим сознание, вот только обмануть человека, которого пускай и не всему, зато на совесть учила держава… Серов всего-то разок хлопнул его по месту перелома – и вуаля! Воскрес! Прямо чудо, хоть в святые записывайся.
Правда, сказал он много и интересного, но Серов привычно пропустил его слова мимо ушей. Смысл голову ерундой забивать? Тем более если не понимаешь ни слова. А вот сам язык оказался весьма показателен. Компьютер, нимало не тормозя, выдал, что это фарси с незначительным вкраплением слов из разных языков. Ну, заимствования есть в любых языках, а конкретно таких слов легко нахвататься, просто один-два раза пройдясь по кабакам в любом порту, главное – основа. Так вот кто это! Выходит, не сгинули арабы. Живут, плодятся и размножаются. Интересно, которое уже это поколение? И, кстати, пацаны ведь совсем, лет по четырнадцать-шестнадцать от силы.
Угрызений совести из-за того, что прибил мальчишек, он не испытывал ни малейших. Они бы его уж точно не помиловали. И, кстати, не так уж и безнадежна была их попытка. Обездвижить, а потом в костерок. Если запекать достаточно долго, рано или поздно сдастся любой скафандр. Вот только не совсем крепкими те веревки оказались, но тут уж извините, скорбеть по этому поводу Серов не собирался.
Потратив минуты две на то, чтобы перевести компьютер в режим синхронного перевода, он, стараясь строить максимально простые фразы, спросил:
– Недавно здесь прошли двое. Мужчина и женщина. Где они?
Терпеливо выслушав ответ, который человека более впечатлительного мог и в краску вогнать, капитан вздохнул и, не мудрствуя лукаво, приступил к уточнению вопроса с помощью подручных средств. Вышло совсем даже неплохо, не пришлось даже превращать носитель информации в орущий от боли кусок мяса, мечтающий только, чтобы его добили. Три минуты, всего одна не столь уж и замысловатая процедура – и информация посыпалась, как горох из дырявого мешка. Только успевай вопросы задавать.
 
Итак, действительно потомки беглых арабов. Сколько – не знает, ибо счету не обучен, но «много», что в данном случае может равновероятно означать и пару сотен, и миллионную толпу. А что, плодятся они знатно, и размножились наверняка изрядно. Разделены на несколько племен. Ну, это нормально, чтобы люди – да не разделились? Враждуют друг с другом постоянно. И это нормально, чтобы люди – да не расплевались?
Британца с заложницей взяли как раз они. Так же, как и Серова попытались, но, в отличие от его случая, успешно. Ну и уволокли к себе, в… тут компьютер сбился, не найдя перевода, и Серов для себя решил называть это место стойбищем. Километров десять отсюда, ерунда. Там небольшой, но крутой горный кряж. Одна группа утащила, а вторая продолжила охоту, поскольку задачу добыть… тут компьютер опять сбился, на ужин они еще не выполнили. Ну вот, в общих чертах, и все, остальное – детали, не столь важные для общей картины.
Без малейшего сожаления свернув «языку» шею (а ведь сутки назад в аналогичной ситуации поступил совсем иначе, но усталость давала о себе знать, да и черствеют при подобном образе жизни быстро), Серов подошел ко второму пленному, старательно изображающему труп, и беззлобно, но сильно пнул его ногой:
– Вставай, Чингачгук, а то отправлю в Края Великой Охоты, перед гуриями отчитываться. Ну, живо!
Парнишка живо проявил несвойственную обычно в таком возрасте мудрость и ломаться не стал. Вскочил, замер, вытянувшись в струнку. Нормальное поведение нормального араба. Главное, спиной не поворачиваться – живо чем-нибудь острым ткнет. Тоже нормально… для араба.
Несколько секунд капитан раздумывал, не приобщить ли его к лежащим тут и там товарищам. В конце концов, он и сам найдет, куда идти, следы-то никто всерьез не маскировал. Однако, немного подумав, решил, что, во-первых, арабчонок все же позволит сэкономить время, избавив от распутывания петель и разглядывания земли, а во-вторых, случись что, предупредит о засаде. В неполном соответствии оборудования скафандра текущему моменту Серов уже успел убедиться, а этот – местный, для него уловки соплеменников открытая книга. Предупредит – не из-за того, что благодарен за сохраненную жизнь, а чтобы не попасть под раздачу. Так что объяснив щенку текущую политику и его место в ней, Серов дал ему легкий подзатыльник и скомандовал «Вперед!». Тот понял и шустро потрусил в нужном направлении, что от него, собственно, и требовалось.
Расстояние до стойбища, и впрямь составившее около десяти километров, они преодолели чуть более чем за час. Для абсолютно незнакомой пересеченной местности весьма неплохой результат. Серов даже не запыхался почти, в училище их еще не так гоняли. Хотя, честно признаться, бежать все же было тяжелее, чем раньше, сказывался возраст, да и весу он успел поднабрать. Стареем, пузо растет… Тем не менее получилось вполне сносно. Нечаянный же проводник и вовсе не испытывал неудобств, для него лес – дом родной.
Кстати, никаких ловушек им по дороге не попалось. Арабы то ли оказались ленивы, то ли просто не ожидали угрозы с этой стороны, хотя не могли ведь не слышать посадки второго корабля. Но – беспечность, уже многих сгубившая, правила бал и здесь. Встретился, правда, один дозорный – и упокоился под кустиком. Проводник к нему присоединился секундой позже и живой, только без сознания. Все честно.
Ну а потом открылась шикарная площадка на склоне небольшой горы, больше напоминающей холм с крутыми склонами. В ближайшем склоне десяток пещер, рядом строения в восточном стиле, бедные и примитивные. А на площадке той собралось человек двести, сплошь мужчины, одетые невзрачно, хотя и добротно. Оружия, что характерно, почти ни у кого не имелось, только несколько человек, расположившиеся поближе к центру и образовавшие практически ровный круг, могли похвастаться средневекового вида саблями, изогнутыми, словно колесо, кольчугами и небольшими круглыми щитами. Не каменный век, в общем, но ненамного лучше. А вот внутри этого круга расположилась весьма интересная икебана, живо заинтересовавшая Серова.