Избранные циклы фантастических романов. Компиляция. Книги 1-20 (СИ)
– Благородные доны… или как вас там. Вас приветствует Российский Императорский флот. – Переждать новую вспышку ругани и вежливо поинтересоваться: – Надеюсь, вы не очень в обиде?
Снова ругань. Да что же они там все такие невыдержанные. И порядка никакого нет. Может, ну их, пустые разговоры? Вскрыть базу, вытащить самого главного макаронника, показать ему паяльник и спросить, будет ли сотрудничать? Хотя нет, вон, уже чей-то начальственный рык глушит все остальные и требует, чтобы заткнулись. Очень своевременное решение, тем более Серов плохо знал итальянский, и не мог вычленить в творящемся в эфире гвалте ничего членораздельного, кроме разве что «дьябло». Лестное сравнение, конечно, но сейчас не до самолюбования, просто времени нет.
– Командир, а давай я в них выстрелю? – очень своевременно вмешалась Кобра. Есть, есть у нее чувство момента, ничего не скажешь. Тем более предложение, сказанное женским голосом, почему-то звучит намного страшнее.
– Я не против, но… давай подождем еще минуту, а потом, если не угомонятся, стреляй.
Намек сработал, и эфир прекратили забивать менее чем через минуту. И все тот же голос, явно принадлежащий тому, кто умеет и привык командовать, на неплохом русском поинтересовался, какого… дальше было по-итальянски и нецензурно, русским здесь потребовалось и какого… опять нецензурно, они напали на базу Европейской Ассоциации. Логичные, в общем-то, вопросы, поскольку войны еще нет. Или уже нет. В последний раз европейцам били морды лет десять назад.
– Есть видеосвязь.
Молодец Оксана, держит все под контролем, пока отец-командир переговоры ведет. И макаронники молодцы, то ли уже начали что-то налаживать, то ли не все у них сгорело.
– Врубай!
На экране, подернутом сеткой помех (паршиво работает, досталось аппаратуре серьезно), появилось черно-белое изображение. Мужское лицо, с крупными, внушающими доверие чертами. Волосы изрядно тронуты сединой, это видно, несмотря на паршивое качество связи. А вот погон не разглядеть.
– Капитан второго ранга Виктор Муссолини.
– Случайно, не родственник…
– Родственник. С кем имею честь?
– Капитан третьего ранга Серов.
– И что вам здесь надо?
– Только то, что вы у нас украли.
– Мы ничего не крали.
– На кусочки разрежу, – не стал играть в дипломатию русский. – Всех. Медленно и по очереди.
– А точнее? – похоже, на итальянца угроза не подействовала. Мужественный человек, жалко будет убивать, если что.
– Корабль «Марсель» ваш?
– Французский, но зафрахтован Британским Содружеством. Проходил здесь недавно, к нам даже не приближался.
– Замечательно. А теперь объясните мне, почему с Нового Парижа вашим представителем был сделан заказ флоту обезьян на перехват курьерского корабля, погруженного затем на борт этого самого «Марселя» и отправленного непонятно куда? И президента тамошнего запугали настолько, что когда ему стали задавать вопросы, он решил, что безопаснее грохнуть нас, чем отвечать?
– Наш человек? – искренне удивился Муссолини. – Да на кой нам…
– Ракеты! – взвыла Кобра, бросая всю энергию на двигатели и одновременно отрабатывая рулями. Корабль встал на дыбы и затрясся, как припадочный – это в автоматическом режиме заработали разом все зенитные батареи. Серов, удержавшийся в кресле только благодаря предусмотрительно не отцепленным ремням, разом врубил на полную мощность систему подавления и перехватил управление зенитками. Проклятие!
Им повезло, потому что две мощные противокорабельные ракеты оказались направлены в сторону европейской базы, а на их долю досталась мелочевка. Тех, кто стрелял, ввел в заблуждение облик фрегата. Из десятка направленных в «Фаэтон» ракет до цели дотянулись две, и первая расплескалась ослепительной кляксой на защитном поле. Вторая его все же пробила, но свыше восьмидесяти процентов энергии взрыва оно все же смогло поглотить, а оставшееся лишь относительно безвредно окатило белым пламенем внешнюю обшивку. Остальные ракеты сбили зенитки или сорвало с курса системой подавления, а те, что предназначались итальянцам, уничтожили, отработав вслед, по ясно различимым двигателям. В последний момент, правда, но сбили. А Кобра уже закладывала новый вираж, и орудийные башни фрегата шевелились, нащупывая цель.
– Командир, я его не вижу!
– Я тоже, – экраны радаров оставались пусты. – Маскируется, гад.
На самом деле, противник не просто маскировался, а очень хорошо маскировался, если его не могли засечь даже русские радары. И это наводило на грустные размышления.
– Факел!
Это Кобра выкрикнула, уже открывая огонь. И сразу противник, неосторожно показавший русским выхлоп двигателя, ответил. Вот только, потеряв возможность бить исподтишка, он утратил и шансы на победу.
С удивлением Серов обнаружил перед собой ту самую яхту, которая удивила его на космодроме. И тут же все разом встало на свои места. У гражданской яхты двигатели военного образца! Вот на что сразу же надо было сделать стойку. Не ставят такие на обычные прогулочные посудины, вояки вообще неохотно делятся продуктами высоких технологий. Но поздно было комплексовать, следовало немедленно разбираться с проблемой. А проблема-то имелась, поскольку вооружена яхта, как оказалось, была получше иного фрегата, и скорость, благодаря мощным двигателям, имела отменную. Но все равно гражданская, пускай и переоборудованная хрен знает во что, посудина и новейший боевой корабль – это две совершенно разные весовые категории. И ракет на яхте имелось мало, на второй залп уже не хватило.
Наверное, у противника был еще шанс уйти. Фрегат, конечно, имеет лучшее соотношение мощности двигателей к массе, а значит, разгоняется быстрее, но у яхты оставалась еще довольно приличная фора. К тому же русские оказались несколько ограничены в выборе оружия. Им-то были нужны пленные, которым можно задать вопросы, а значит, ракеты использовать было просто нельзя. Самое легкое из того, что имелось на «Фаэтоне», гарантированно раскалывало яхту пополам. Следовательно, артиллерия и точечные удары, а для этого необходимо сблизиться. За время, потребное на разгон, у нападавших имелся шанс затеряться где-нибудь в астероидном поясе, отрубить двигатели, так предательски их демаскировавшие, а маскировочное поле, наоборот, включить. И, естественно, не подпускать больше к пульту того пилота, что неудачным маневром допустил их обнаружение. В общем, хиленький – но шанс. Однако противник решил посоревноваться в стрельбе, и это стало его последней ошибкой.
Фрегат шел на сближение, быстро сокращая дистанцию. Кобра хаотично маневрировала – вот оно, преимущество хорошо подготовленного пилота перед компьютером. Просчитать, каков будет следующий маневр, невероятно сложно, и два залпа прошли мимо цели. А затем фрегат показал свою грозную, но до поры скрытую мощь, обрушив на яхту удар главным калибром.
Космический бой по определению скоротечен, но эта артиллерийская дуэль вышла уж вовсе короткой и неудачной. Короткой потому, что как только маскировочное поле врага оказалось разрушено, орудия «Фаэтона» разнесли яхту на куски. Почти четырехкратное превосходство в мощи бортового залпа и вдвое лучшая энерговооруженность – это не шутки. Неудачной – из-за того, что Кобра все же перестаралась, хотя в том не было ее вины. Просто вражеский пилот невовремя начал разворачиваться. Один залп – и в мешанине быстро разлетающихся обломков невозможно было найти уже ничего живого, хотя они, конечно, честно обшарили все вокруг. Самим русским прилетело в ответ один-единственный раз, но восстановившееся уже силовое поле легко выдержало удар.
– Похоже, вот кто с ниггерами договаривался, – мрачно сказала Кобра.
– Именно. А Поль, гадский папа, нас сдал. Надо было его все же того, – и Серов красноречиво чиркнул пальцем по горлу.
– Может, и не сдавал, – вступилась за толстячка Кобра. – Достаточно было проследить наш старт.
– Тогда бы они атаковали нас раньше. И потом, не зря же Поль нас сюда направил. Стрелки перевести решил. Как только детектор обманул? А сам, как распутался – так и сообщил своим кураторам.