Избранные циклы фантастических романов. Компиляция. Книги 1-20 (СИ)
А было все просто, настолько просто, что проще и не придумаешь. Восемьдесят процентов русского флота, причем наиболее боеспособные восемьдесят процентов, ушли в поход. Осталась жалкая сотня (ну или чуть больше) кораблей. А у тех же американцев, не только практически восстановивших свой флот, но и даже качественно немного усиливших его, кораблей было почти семьсот штук плюс их разнокалиберные союзнички… В общем, над Россией сейчас висело больше тысячи кораблей разных классов, готовых в любой момент продавить жиденький заслон из русских кораблей и орбитальных станций, и число готовящихся к штурму лоханок непрерывно увеличивалось. Поразительно, но только патологическая привычка американцев собирать подавляющий перевес в силах, давно переросшая все разумные пределы, удерживала их от немедленной атаки и заставляла стягивать в кулак все, что возможно, однако такое состояние будет длиться недолго. Китайцы, как обычно, заныкались, ожидая развязки и наверняка готовясь погреть руки у чужого огня, немцы деликатно отошли в сторону (оно и понятно — они союзники Империи, но с Россией поддерживают только торговые отношения, так что в драку на чьей-либо стороне им лезть не резон), а все остальные, похоже, решили сообща покончить наконец с многовековым противником. А все почему? Да потому, что русский флот, которого все-таки если не боялись, то опасались, наглухо завяз на периферии исследованных миров, на границе с Империей и теперь никуда уже не успевал, да и знать не знали там о происходящем — станции связи американцы поставили под свой контроль в первую очередь. Впрочем, к флоту были посланы четыре курьера, благополучно перехваченные по дороге, — эту возможность противник тоже предусмотрел. Три курьера погибли, четвертый почти успел уйти, когда ему все-таки пропороли борт, и только встреча с имперской эскадрой спасла его от уничтожения.
Виктор не выругался, стадия бешенства как пришла, так и ушла, уступив место следующему, еще более жуткому состоянию — холодной, расчетливой ненависти. Да, сейчас Империя и Россия были в состоянии войны, но все-таки Россия была его родиной, и тому, кто на нее покусился, придется перешагнуть через его, Виктора, труп. Многие уже пытались это сделать — и где они теперь? Кто растекся по космосу кровавыми брызгами, а кто просто тихо-мирно догнивает под кустиками. И совершенно не играло роли то, что силы были явно неравны. Очень похоже, кому-то скоро придется познакомиться со ВСЕМИ военными достижениями Империи и эти достижения его ОЧЕНЬ, СМЕРТЕЛЬНО удивят.
— Лейтенант Айнштейн, — негромко произнес Виктор. Рядом с ним почти мгновенно материализовался лейтенант-десантник в лихо заломленном черном берете. — Возьмете свой взвод, пойдете на курьере. Взвод (это уже капитану курьера) — это чтобы вам какая-нибудь дурь в голову не пришла. Проследите, чтобы они передали информацию, а сами пересядете на драккар и передадите это же Лорду-Ад… Короче, Саш, передашь отцу, чтобы оставил два десятка кораблей потихоходнее в прикрытии, этого хватит, и всей эскадрой дул к Земле, я пока постараюсь задержать этих уродов. Желательно, чтобы эскадра Полякова тоже туда выдвигалась, но она один фиг отстанет, так что можете не слишком на них оглядываться. Капитан (это опять капитану курьера), ваш корабль мои люди сейчас посмотрят, если смогут — подрихтуют двигатель, если нет — придется вам идти на том, что есть. Ничего, доберетесь, перехватывать вас уже некому. Заодно дозаправят, топливо у меня малость получше, так что домчитесь с ветерком. Задание свое выполнить обязательно, не доберетесь — на том свете найду и убью. Господа офицеры (это уже своим командирам кораблей), у вас два часа на бункеровку — и вперед, останавливаться уже не будем. Если кто отстанет — может заранее заказывать себе гроб. Поехали!
Глава 10
Артиллеристы, Сталин дал приказ!
Артиллеристы, зовет Отчизна нас!
Под грохот наших батарей,
За слезы наших матерей
За нашу Родину огонь! Огонь!
Имперская эскадра ломилась сквозь миры подобно невиданному тарану, форсируя двигатели и сметая все на своем пути. Пожалуй, никто не мог ожидать от имперцев такой прыти — да, всем было известно, что имперские корабли немного быстроходнее земных, а некоторым (не будем показывать пальцем, но это были экипажи русских кораблей, застрявших на границе Империи) теперь известно было и то, что они еще и лучше вооружены. Однако никто не знал, НАСКОЛЬКО быстроходны были имперские корабли, НАСКОЛЬКО хорошо вооружены и НАСКОЛЬКО лучше защищены, чем их визави. На этом, в принципе, и строился расчет Виктора — воспользоваться незнанием противника, появиться внезапно и устроить кровавую баню всем, кто не догадался разбежаться. Конечно, соотношение сил (во всяком случае, количественно) было совершенно не в его пользу, однако подавляющее качественное преимущество позволяло надеяться, что удастся хотя бы отвлечь американский флот от России, а там, глядишь, и Айнштейн со своими линкорами подойдет, да и Поляков, если ОЧЕНЬ поспешит, тоже может подтянуться. Впрочем, до этого надо было еще дожить.
Для начала Виктор, используя еще одну недокументированную возможность станций межпространственной связи, напрямую, минуя всех операторов (и совершенно незаметно для них, кстати), связался с Лютцовым. Видеоизображения, естественно, не было, однако по усталому голосу немца было совершенно ясно, насколько напряженная была ситуация в окрестностях Земли. Правда, новости радовали — штурм пока не начался, американцы до последнего пытались давить по дипломатическим каналам. Одновременно стало ясно, почему, как правило, осторожные американские политики решились на столь хамские действия — оказывается, в тот самый день, когда эскадра Виктора отправилась в поход, то есть спустя сутки после уничтожения израильского корабля, прошла информация о том, что русский и имперский флоты взаимно уничтожили друг друга в грандиозном сражении. Кто кого победил было, правда, неясно, но новость, видимо, была получена из надежного источника, поэтому американцы начали действовать незамедлительно. Похоже, они рассчитывали, что кто бы ни победил в том сражении, он все равно понес колоссальные потери и надолго будет теперь недееспособен. То ли Дракон подкинул американцам дезу, то ли оскорбленный Моссад расстарался, но факт оставался фактом — процесс, что называется, пошел.
Виктор заверил Лютцова, что ничего такого не было и быть не могло, и более того, не вдаваясь в нюансы, сообщил, что имперский флот очень скоро появится в Солнечной системе для серьезного и предметного разговора по поводу хамского поведения некоторых нехороших держав. «Невоспитанных детей принято пороть, а невоспитанных политиков мы намерены вешать», — заявил Виктор Лютцову и попросил в случае начала военных действий вмешаться и помочь русским продержаться до подхода помощи. Лютцов заверил, что и сам планировал боевые действия, потому как, во-первых, отлично понимал, что следующей станет Германия, а во-вторых, ни на йоту не верил в возможность сражения между русским и имперским флотами, равно как и в то, что действия американцев останутся безнаказанными. Старый лис, видимо, очень хорошо представлял, с кем имеет дело, поэтому и предпочел в свое время иметь в качестве союзника Империю, пусть она и далеко, так что тут можно было не волноваться, чем сможет — поможет. Другое дело, что и первоклассный немецкий флот был не слишком многочисленным, зато сами его действия наверняка окажутся для американцев неожиданностью, что несколько повышает шансы на успех.
Обговорив с немцем совместные действия, Виктор отдал приказ вновь заблокировать станции связи, после чего его эскадра решительно двинулась к Земле, не жалея топлива и двигателей, — главное сейчас было успеть, а все остальное было вторично, Империя торопилась. Теперь эскадра не задерживалась в пространствах, аккуратно тормозя чужие корабли — обогнать ее ни один земной корабль все равно не мог, а в другую сторону они могли идти сколько душе угодно, Виктору было все равно. Однако станции связи глушили исправно и сразу же открывали огонь по любому военному судну в этом мире, делая исключение, опять же, для русских и немцев. Дело было простое, артиллерия имперских кораблей могла, хотя и с небольшой на дальней дистанции точностью, простреливать системы практически полностью, насквозь, благо дальнобойности орудий хватало, и этот факт использовали, чтобы одновременно убить двух зайцев — хоть немного ослабить противника и одновременно потренировать артиллеристов в условиях, максимально приближенных к боевым. Виктор не без основания считал, что именно от артиллеристов будет зависеть исход сражения.