Избранные циклы фантастических романов. Компиляция. Книги 1-20 (СИ)

Несмотря на грозное звучание, фраза Айнштейна ни на кого особого впечатления не произвела — большинство присутствующих никогда «Ревизора» не читали, а Виктор был еще слишком занят собственной порцией шашлыка, чтобы обращать внимание на классику. Театральная же пауза, которую выдержал шеф разведки, привела лишь к тому, что Медведь, смачно потянувшись, пробасил:
— Ты, Александр Павлович, дело говори — сколько кораблей, сколько пушек, народу сколько, хорош воду в ступе толочь.
Айнштейн только возмущенно потряс головой, помянул «троглодитов семь раз неграмотных», но пояснить все же соизволил.
— Кораблей пока нет, народу тоже, но, думаю, много будет и того, и другого. Конкретики нет пока, но обратный отсчет нам, боюсь, уже начался.
— Не понял. — Виктор удивленно поднял на него глаза. — Что такое? Кому мы на сей раз на хвост наступили?
— Боюсь, «мировой общественности», — брезгливо скривился Айнштейн.
— Может, все-таки расшифруешь?
— Да легко. Последняя идея твоего Феди, я имею в виде Зингельмана, оказалась, мягко говоря, не самой удачной…
По мере рассказа Айнштейна Виктор начал понимать, что идея была действительно неудачной. При этом понял расклады, пожалуй, только он сам — остальные, воспитанные в мире, где правили совсем другие реалии, ничего особенного не видели и сейчас решительно не понимали сути проблемы и ее возможных последствий. А Виктор, помимо понимания проблемы, понимал теперь и свою ошибку. Да, Айнштейн тоже лопухнулся, но в первую очередь вина была на Викторе, который пошел на поводу у своего гения экономики.
Все дело в том, что на планете было не так много промышленности. Да, добыча и переработка урана, да, производство топлива для корабельных реакторов — это все развивалось с самого начала. А все остальное масштабами было куда пожиже. Конечно, сталь, олово, медь, алюминий… Да даже титан производили и еще много наименований чего, все отличного качества, на современнейшем оборудовании, но относительно немного по количеству. Ну да это ладно, свои потребности перекрывали с избытком и многим активно торговали, однако все высокотехнологичное производство ограничивалось мелкосерийным производством стрелкового оружия, мастерскими, на которых можно было осуществлять текущий ремонт кораблей, и трофейным доком. Ничего удивительного — изначально здесь планировались база флота и учебка для десанта, но никак не промышленный центр. Виктору тогда из кожи пришлось вылезти, чтобы хоть производство топлива убедить развернуть. Соответственно, оборудования, которое помогло бы развивать собственную промышленность, просто не было.
Выход нашли простой — пиратам было предложено не просто грабить захваченные суда, а, если корабли будут перевозить, скажем, станки или лабораторное оборудование, словом, то, что на борт пирата не вдруг и перегрузишь, и поэтому для пиратов ценности не представляет и почти всегда бросается, пригонять на базу вместе с трофейными кораблями. Пираты вначале не особенно обратили на это внимание, но потом один пригнал все-таки корабль с оборудованием для лесопереработки, и ему за это заплатили по высшему разряду. Алмазные копи, золотые прииски и прочие активно разрабатываемые месторождения самоцветов и драгметаллов давали более чем достаточные средства, чтобы не скупиться. И понеслось — пираты гнали Виктору корабли с любым нестандартным грузом. Конечно, покупали у них далеко не все, но даже то, что покупалось, с лихвой окупало затраченные усилия. И потом, то, что не покупал Виктор, то покупали другие, да и корабли иной раз Виктор выкупал — главным образом на запчасти.
И все бы замечательно, источник оборудования найден, причем очень удачный и дешевый, уже даже танковый завод строить начали, но как-то раз один из пиратов, перехватив крупный британский грузопассажирский лайнер, обнаружил не только оборудование для нефтепереработки в его трюме, но и три десятка специалистов в каютах. Оборудование Виктор, конечно, выкупил не торгуясь — нефть добыть было несложно, благо здесь в его распоряжении были и Прикаспийские, и Ближневосточные, и Тюменские, и Тимано-Печорские… Да любые месторождения были, и оборудование для бурения и добычи сделать проблемы не составляло, но перерабатывать нефть он мог только в низкооктановый бензин, керосин, грубые смазки, короче, ничего интересного. А мощный и компактный современный завод позволял синтезировать практически что угодно, поэтому заполучить его в свои руки было, без сомнения, удачей.
 
Однако со спецами был напряг, и тут выяснилось, что капитан пиратского судна — человек неглупый и предусмотрительный, то есть пленных в расход не пустил, а привез с собой, резонно рассудив, что съедят они в дороге минимум, повыкидывать их в космос он может всегда, а вот если предложить их в комплекте с заводом, то за них можно и деньгу срубить.
Виктор, если честно, был в замешательстве — с одной стороны, спецы ему нужны, но с другой, как себя вести в такой ситуации, он просто не знал. Ну и влез тут Зингельман, предложив выкупить людей у пиратов, но при условии, что в счет компенсации расходов эти самые спецы по пять лет отпашут на Виктора за фиксированную плату, практически за хлеб и крышу, заранее предупредив к тому же, что по окончании контракта идти они могут куда хотят, но возвращением их домой никто заниматься не будет, сами пусть свои проблемы решают. Виктору, которому на англичан было, в общем-то, плевать, идея показалась неплохой, и пленных выкупили у пиратов, заключив с этими самыми пленными соответствующий контракт. Тем и такие условия, по сравнению со смертью (пираты свидетелей, как правило, не оставляли), раем показались, а тех, кому не показались и кто контракт подписывать отказался, Виктор выкупать не стал, и пираты их в космос повыкидывали, на что Виктору, откровенно говоря, тоже было плевать — он за эти годы насмотрелся всякого. Только предупредил, чтобы поблизости от планеты этим не занимались.
Но лиха беда начало — такие ситуации повторялись еще несколько раз. Кого-то Виктор выкупал, кто-то начинал артачиться, а кто-то вроде бы и не артачился, но был на фиг не нужен. Зачем, спрашивается, Виктору был кинокритик или, там, художник-авангардист? Ничего полезного они не умеют, да и не хотят делать, а брать их, скажем, для работы на руднике — так сдохнут раньше, чем затраченные средства отработают. Хотя… С авангардистом он, конечно, погорячился — мужчинам на рудниках всегда не хватает женской ласки, от чего падает производительность, а художник, наверное, неплохо подошел бы, благо ужимки интересные от него так и перли. Но не срослось как-то. А раз так, то пускай летают себе по орбите между Нептуном и Плутоном, они же не врачи или, там, химики.
Но, видимо, чья то разведка (а смешно даже думать, что чужих разведчиков поблизости нет, к этому, увы, надо относиться философски) сообщила об этих сделках, и информация, случайно или намеренно, стала достоянием широкой общественности. Теперь Виктора обвиняли в работорговле и, в какой-то степени, были правы.
Конечно, общественное мнение — это мнение тех, к кому ни один серьезный человек прислушиваться не будет, однако эту тупую отрыжку дерьмократии умные люди всегда могут повернуть себе на пользу. Как, например, в данном случае. Ежу понятно, что до каждого конкретного пропавшего в космосе человека никому, кроме его родных и кредиторов, дела нет — мало ли их гибнет каждый год. Однако как повод для того, чтобы собрать флот и подгрести под себя оказавшуюся формально бесхозной (в данном случае — захваченной, или, точнее, прихватизированной, новоявленными пиратами, но это дела не меняет) базу, — самое то. Что поделаешь — издержки политической системы. Это в России или в Китае достаточно отдать команду — и все, колесо завертелось, а в так называемых «демократических» странах необходимо хотя бы формально отчитываться перед избирателями, типа «по воле народа все делается». Это, с одной стороны, снимает с реально принимающих решения часть ответственности, но с другой — приводит к потере времени. Общество, состоящее из миллионов людей с собственными целями, убеждениями и тараканами в голове, инертно по своей сути. Его, конечно, раскачают, но прежде придется приложить массу усилий. А команда Виктора фактически сделала им подарок. Теперь придется расхлебывать.