Избранные циклы фантастических романов. Компиляция. Книги 1-20 (СИ)
Линейный крейсер был красив той спокойной красотой силы, которая так свойственна немцам. Что-то в нем было… Готическое, что ли? Виктор улыбнулся и первым взошел на борт, проведя рукой по теплой броне: «Надеюсь, мы с тобой подружимся». Он уже решил, что этот корабль будет его и только его. Вообще он воспринимал корабли как живые существа, и этот конкретный крейсер внушал ему непреодолимую симпатию.
Перегонная команда сопротивления не оказала — послушно подняла руки и быстренько смылась. Правда, из корабля их не выпустили — у кого-то же надо было учиться управлять этой махиной. Корабль был полностью загружен для дальнего похода, арсеналы полны. В ангарах — четыре ударных драккара. Пожалуй, если бы на этом крейсере был экипаж, вся мятежная эскадра была бы ему на один зуб.
— Александр Павлович, — улыбнулся Виктор, спустившись на пристань. — Принимайте «Ганимед». «Витязя» сдадите старпому, но пускай он подчиняется вам непосредственно, вы лучше меня знаете, как его использовать. И подберите мне пару-тройку специалистов по трофейной технике. Я со своими людьми перебираюсь на «Орла».
— Какого орла? — не понял Айнштейн.
— Вот этого, — похлопал Виктор по броне трофейного корабля. — Этот корабль теперь будет зваться «Орел», прошу любить и жаловать.
Айнштейн молча кивнул и зашагал к своему крейсеру — помимо кадровых перестановок надо было еще руководить разграблением базы, бункеровкой крейсеров, подбором экипажей для кораблей обеспечения и еще многим. Михайлов, конечно, лидер по натуре и удачливый… адмирал. Да, пиратский адмирал, что теперь говорить, но мелочами придется заниматься ему, куда теперь деваться?
Небольшая заминка произошла только с китайским крейсером. С одной стороны, корабль, на удивление, оказался довольно приличным, во всяком случае, по меркам туземцев. Ходовые качества у него оказались вполне на уровне, даже получше, пожалуй, чем у «Снегирей», да и радиус действия неплох, а вот огневая мощь… Ну, не будем о грустном. Хотя кораблик, конечно, ухоженный, оставлять такой стремно, подрывать — жалко, а давать его кому-нибудь из старших офицеров — оскорбление. Но тут Виктору на глаза попалась принцесса, которая, все так же на правах порученца, следовала за ним. Виктор хмыкнул и на мгновение задумался…
— Кала, девочка, а как ты смотришь, если этот кораблик будет твоим?
— Положительно, — девушка тряхнула головой. — Но не справлюсь.
— Это почему?
— Знаний не хватает.
— Исправим, — Виктор усмехнулся. — Гейнц, пойдете старпомом к девушке?
— А почему бы и нет? — флегматично покачал головой Роммель. — Все лучше, чем быть непонятно кем.
— Ну и замечательно. Подберете пока экипаж из молодежи, а потом разберемся. И бегом, бегом…
Роммель откозырял и стремительно зашагал по причалу. Виктор печально улыбнулся — вот и выросли ученики, сами теперь кораблями командуют. Впрочем, справятся ли — еще вопрос.
— Поучать тебя не буду, но поаккуратнее с этим фрицем. Он — мужик наверняка опытный и знающий, но все-таки чужак.
— Понятно, — кивнула девушка. — Я возьму на борт человек пять из наших?
— Само собой, — кивнул Виктор. — И прихвати пару механиков поопытнее, все-таки техника незнакомая. Как корабль назовешь? А то эти иероглифы — тупость редкостная.
— «Единорог».
— «Единорог», — медленно, по слогам произнес Виктор, как бы смакуя слово. — Нормально — и красиво, и по-королевски. Ладно, беги, подбирай команду, незачем это пускать на самотек.
С китайской базы стартовали часов через пять, увеличив эскадру на два военных корабля и три корабля снабжения, загруженных топливом, хотя трофейные крейсера можно было назвать пока только условно-боеспособными. Незнакомые механизмы требовали времени на знакомство и привыкание, хотя разведчиков и учили обращению с подобными системами. Через полчаса, соединившись со второй половиной эскадры, также закончившей заправку и снявшейся с французской базы, все командиры кораблей и старшие офицеры дружно собрались во впечатляющей своими размерами рубке «Орла», дабы решить, что делать дальше. Вот по этому поводу у людей были заметные разногласия. Хорошо хоть времени было пока что в достатке — на обоих базах средства связи были аккуратно выведены из строя, так что, пока разберутся, что к чему, новоявленные пираты успеют скрыться.
Что возвращаться на Землю никак нельзя, все понимали и были в этом единодушны: в смутное время не пощадят. Единственно напрягало всех то, что у подавляющего большинства на Земле остались родственники, однако тут поделать пока было ничего нельзя. Оставалось только переждать, чтобы потом, когда все немного успокоится, попытаться вытащить родных, хотя, надо сказать, в использовании заложников российские спецслужбы в последние полсотни лет замечены не были.
А вот куда идти дальше? Одни хотели идти на соединение с Кошкиным, рассчитывая, что объединенная эскадра будет силой, на которую не вдруг решат пасть разевать, другие предлагали рассыпаться, потому как пытаться найти одиночный корабль сложнее, чем эскадру. Виктор, сидевший во главе стола, внимательно смотрел на них и чуть заметно улыбался — он то уже все для себя решил и обговорил с Айнштейном.
— Вот что, господа-товарищи вольные пираты, — начал он, когда спорщики немного выдохлись. Сказал он это очень спокойно, негромко, но его услышали и заткнулись. Виктор, не вставая, обвел всех взглядом и продолжил: — На соединение с Кошкиным я не пойду и остальным не советую. Мало того что он сдрейфил… Да-да, сдрейфил, — чуть повысил он голос, видя, что ему пытаются возразить. — Он рванул прочь с орбиты, даже толком не оценив обстановку. Конечно, судя по тому, что мы узнали у французов, поступил он правильно, но все-таки своего командира, что ни говори, он бросил. Честное слово, я от него такого никак не ожидал. Впрочем, бывает, запаниковал человек, свои-то, если что, пострашнее любого врага будут. Но пример показательный — любого из нас, думаю, он так же бросит, если это будет выгодно. Да вы сами недавно это наблюдали. И потом, что он нам может сейчас предложить? У него ничего нет — ни судов обеспечения, ни базы. Затаиться, как крысы, или выродиться в обычных пиратов, другого выхода с ним у нас не будет. У меня есть отлично оснащенная база на планете и примерно дивизия неплохо подготовленных солдат, да вы и сами там бывали, знаете, а недалеко отсюда, в соседнем пространстве, стоят еще два корабля обеспечения, причем я оставил им приказ подготовиться к приему эскадры. Стало быть, они уже загружены топливом. Я со своими кораблями и Александр Павлович (Айнштейн согласно кивнул головой) со своими двинемся к ним, а потом — на базу. Это даст нам и время, и возможность при нужде говорить с нашими преследователями если не на равных, то хотя бы чувствуя за спиной точку опоры. Итак, шесть боевых кораблей и оба транспорта с десантом идут со мной, остальные — решайте сами. Если захотите уйти, я дам вам один корабль обеспечения, и делайте, что хотите. А если будете со мной, то имейте в виду — командовать буду я и только я. Или полное подчинение — или убирайтесь.
Споры были недолгие — хотя многих коробила абсолютно недипломатичная прямота Виктора, но правоту его слов признали все. Единственное сомнение, высказанное старпомом одного из «Снегирей», было в том, что Кошкин и сам может захотеть воспользоваться этой базой. Виктор усмехнулся и пояснил, что они отстают по времени очень ненамного, а с судами обеспечения, заправляясь на ходу, обгонят «Кронштадт» в любом случае. Так или иначе, согласие было достигнута, и вскоре свежеиспеченная пиратская эскадра легла на курс межпространственного перехода.
Глава 6
Надоело говорить и спорить
И любить усталые глаза…
В флибустьерском дальнем, синем море
Бригантина поднимает паруса.
Уходить Виктор сначала хотел жестко — разрушая все перевалочные базы всех стран и во всех пространствах на своем пути, но, подумав, отказался от этой идеи. Конечно, в случае успеха предприятия до его базы никто не добрался бы как минимум пару лет, пока не будут восстановлены коммуникации, однако последствия, в перспективе, перевешивали плюсы этого предприятия. Мало того что против него в этом случае ополчились бы все, и велика была бы вероятность, что против наглеца будет организована международная экспедиция, причем совместными усилиями базы восстановятся быстрее. Мало того что разрушенные базы ограничивали его собственную мобильность и не давали в будущем, если удастся изобразить классического сепаратиста и отделиться, вести торговлю с теми, кто его признает (а такие будут, те же американцы первыми будут!). Мало того что базы на периферии, в отличие от баз во внутренних пространствах, где державы между собой не воюют, а о пиратах никто и не слышал, всегда в боевой готовности, хорошо охраняются и имеют вполне боеспособные экипажи, так у них еще из девяти боевых кораблей два в дело пускать пока рано, и потому есть вероятность нарваться на хорошую плюху. А еще ведь и сами базы в каждом пространстве раскиданы по всей системе. Что будет? Разве не ясно? Пока их все выпотрошишь, тебя пять раз догонят и, если не успеешь сбежать, остановят. Даже с материнской планеты помощь вызывать не будут — договорятся между собой, благо провинциальные офицеры на такие вещи смотрят проще, чем в штабах, соберутся всем кагалом и таких плюх навешают, что мама не горюй! Словом, стоило просто прорываться и если что-то по дороге и прихватывать, то только то, что действительно плохо лежит. Хорошо хоть никто, похоже, о них пока не знал и целенаправленно не преследовал.