Избранные циклы фантастических романов. Компиляция. Книги 1-20 (СИ)
Служить в наземном штабе в качестве живого символа успеха и знамени для обывателей (и наверняка в будущем — мишени для насмешек сослуживцев) Виктор не хотел категорически. Все-таки вольная жизнь серьезно изменила его характер и подорвала с детства вбиваемую дисциплину. А вот космос — это уже интереснее, тем более что на Земле он лишился того, что в избытке имел в той, прошлой жизни: ветра в ушах, чувства опасности, постоянного адреналина в крови. Но, с другой стороны, на некоторое время он станет для всех, включая Кошкина, обузой именно вследствие своей неопытности. Да и, по чести говоря, бумажки Виктор ненавидел. Поэтому он лихорадочно искал другую возможность. Кошкин, надо сказать, его понял и посоветовал Виктору на некоторое время исчезнуть из под пристального взгляда и журналюг, и сослуживцев. Последнее было тем более актуально, что как-то очень скоро после их триумфального возвращения аж два адмирала слетели с должностей, причем оба они были еще не старыми и в отставку пока не собирались. А ведь у каждого адмирала — своя группа поддержки, и, связав их отставку со своим возвращением, Виктор аж испугался, представив количество вновь обретенных врагов.
Виктор тогда в ситуацию въехал незамедлительно, взял отпуск, благо накопилось за эти годы изрядно, собрал манатки (ну да нищему собраться — только подпоясаться) и дернул на родину, к матери. Мать, конечно, он сразу по возвращении на Землю навестил, но то было недолго, сутки примерно — высокое начальство ждать не будет. А тут приехал аж на два месяца — демографическую ситуацию улучшать, как смеялся потом Айнштейн. Да уж, дома он был героем, не тем надутым пацаном, что хвастался необмятым мундиром пять лет назад, а именно героем, которого воспринимали не только девчонки, но и видавшие виды мужчины и даже старики. Вместо мальчишеского задора — спокойная взвешенность в словах и в движениях, лицо — тоже всегда спокойное, не дающее понять, что за мысли крутятся в голове, глаза… Глаза — отдельный разговор. Как-то ему сказали, что у него глаза убийцы. Виктор только усмехнулся тогда, но позже долго думал и понял, что имел в виду говоривший. Глаза, которые ничего не выражают, глаза убийцы и есть. И оттаивают они только в разговоре с матерью, сестрой да на могиле отца, которого свалил инфаркт, когда сын пропал вместе со своим злополучным крейсером. Он тогда долго сидел с матерью в полутемной комнате, рассказывал обо всем… И мать все поняла, положила его голову, как в детстве, себе на колени, гладила по волосам, шептала что-то успокаивающее. Так он и уснул тогда, но утром почувствовал, что стало легче, перестали сниться ночами странные и страшные сны и не нужна была больше водка, чтоб забыться.
Через два месяца, когда Виктор вернулся в столицу, перед Кошкиным был уже совсем другой человек. Пребывание дома оказалось лучше всяких курортов, и теперь это был уже не тот усталый и затравленный, рано начавший седеть ветеран и даже не любознательный и раздолбаистый лейтенант, которого он знал до полета. Перед адмиралом стоял молодой, здоровый мужчина с веселым блеском в глазах и вечной готовностью к авантюрам. Тот, кто на уши ставил не самые маленькие королевства и чьим именем одни называли детей, а другие их пугали. Одним словом, человек, который как раз и был ему нужен.
И вот теперь, после длинного вступления в кухонном разговоре под плюшки, Кошкин и перешел к вопросу, который Виктора должен был заинтересовать. И заинтересовал ведь — знал старый котяра, на что давить и чем соблазнять. Пожалуй, Мефистофель рядом с ним смотрелся бы если не учеником, то максимум на равных.
А предложение было и вправду интересное. Итак, что имеется? Имеется исследованный мир у черта на куличиках, причем удержать этот мир, мягко говоря, затруднительно. Если быть до конца честным и откровенным, дальняя разведка России да и других стран давно уже себя изжила. Открыто, исследовано и осваивается столько миров, что ресурсов банально не хватает, а значит, новый мир как бы и не нужен вовсе. А с другой стороны, уходить оттуда — это признать поражение, причем после того, как все было разрекламировано и подано общественности, поражение, чреватое проблемами. Как в сказке:
— Медведя поймал!
— Так сюда веди!
— Да он не идет!
— Ну так сам иди!
— Да он не пускает!
И получается, что эскадру там держать нельзя — и дорого, и силы распыляются, а уйти — значит все потерять. А ведь подлые янкесы не дремлют — экспедиция, которая должна создать там постоянную базу, уже готовится к старту. Единственный вариант: объявить тот мир своей территорией, тогда любая высадка вероятного противника — это война, к которой никто не готов и, по большому счету, которую никто не хочет. Но, опять же, где взять ресурсы для контроля целой планеты?
С другой стороны, есть практически готовая база с подготовленной армией и сильнейшими пророссийскими настроениями, хотя Россия там и ассоциируется с одним-единственным, вполне конкретным человеком. Ну и, наконец, имеется этот самый человек, которого девать, в общем-то, некуда и которому деваться тоже некуда. Человек, знающий местные условия, да вдобавок имеющий за плечами военную силу, может многое, поэтому у кого-то из генерального штаба возникла мудрая идея: а не дать ли этому человеку старый крейсер, который все равно девать некуда, да и не назначить ли его военным комиссаром вновь занятой территории? А армию, полицию и все остальное сформировать из местных кадров, тем более что против американцев они, как показала практика, вполне даже адекватны. Управленцев, естественно, ну и советников всяких придется взять с собой, но массовку набрать на месте не так и сложно.
Над этим Виктор задумался. Конечно, его не оставляют без присмотра, все эти советники будут, естественно, приглядывать за новоявленным гаулейтером, чтобы не зарвался да чудить не задумал, но в целом очень и очень неплохой вариант. И многие проблемы решаются сразу, хотя, конечно, многие и добавляются. Но в целом перспективы огромны, а значит, стоит попробовать, да и удовлетворяет всех такое решение — Виктор, если попадет в струю, сделает карьеру, а начальство спровадит его куда подальше, чтобы не мельтешил перед носом. Виктор в принципе с самого начала предполагал, что с ним поступят по принципу «С глаз долой — из сердца вон», но данный вариант был настолько перспективен (хотя и непредсказуем), что он даже растерялся. Поэтому Виктор дожевал плюшку и для солидности попросил сутки на размышление. Время подумать ему, разумеется, дали — до утра. А за окном уже начинался рассвет…
Глава 2
Добро пожаловать за край
Холодных, скучных дней…
Следующая неделя была переполнена событиями. Для начала Виктор, поспав пару часов и приняв в качестве стимулятора кружку крепчайшего кофе с коньяком, отправился вместе с Кошкиным на встречу с будущим начальством. Как ни удивительно, но отправились они не в генштаб, не в штаб-квартиру разведки и даже не в управление госбезопасности, располагавшееся, по старой традиции, на Лубянке, а в совершенно для Виктора не знакомое здание на Смольной, что у Речного вокзала. Там как раз незадолго до этого снесли вконец обветшавший бизнес-центр и отстроили что-то не совсем понятное — здание было невысоким, что для Москвы уже само по себе удивительно, каким-то массивным и немного грубоватым. Что в нем располагалось, тоже было непонятно, ибо то непонятное учреждение, при ближайшем рассмотрении оказавшееся какой-то третьесортной службой из управления снабжения дальней разведки, здесь располагаться попросту не могло. Хотя бы даже потому, что было это нерационально с точки зрения сохранения государственной тайны — еще один объект, который надо охранять, да еще и в жилом массиве, должен был добавить головной боли службе безопасности, а не эффективности в работе. Впрочем, пути начальства неисповедимы.
Оказалось, весьма даже исповедимы. Пять этажей сверху — да, управление снабжения, действительно небольшое по значению подразделение, занимавшееся учетом списанного по срокам армейского имущества. Классический пример бюрократии — по коридорам с кипами бумаг (Боже, еще и бумаги — им что, электронных документов недостаточно? Или сюда прогресс так и не добрался?) мотаются здоровенные лбы и, реже, весьма симпатичные девчата, причем все как один — в не самых маленьких званиях, так что Виктор со своими погонами почувствовал себя как бы даже и неловко. Вот где делается карьера! И не надо сутками стоять на вахте, прокладывать курс в поле астероидов, сходиться с противниками в космическом бою или падать с орбиты в десантных капсулах навстречу тянущимся к тебе зенитным трассам.