Избранные циклы фантастических романов. Компиляция. Книги 1-20 (СИ)

Первый же камень угодил в хрупкий балансир головной лодки, вдребезги разнеся эту жалкую конструкцию. От удара мгновенно потерявшая остойчивость лодка перевернулась, и ругань оказавшихся в воде туземцев долетела до корабля, несмотря на расстояние. Экипаж корабля приветствовал удачный выстрел бодрыми криками, а киборг уже закладывал в камнемет следующий снаряд. Правда, второй выстрел оказался менее удачен – лодку приподняло на волне и камень угодил в воду перед ее носом. Правда, этот промах дал экипажу лодки лишь короткую отсрочку – следующий камень ударил точно в нос их посудине, разнеся ее в щепки. Еще один выстрел – и промах. Почти. Камень пролетел над следующей в очереди лодкой, попутно снеся головы нескольким сидящим в ней воинам. Лодка тут же вильнула в сторону, очевидно, уцелевшим вот так, за здорово живешь, погибать не хотелось. Но к тому моменту, как камнемет был снова взведен, остальные лодки рывком приблизились. Было видно, как напрягаются гребцы – проскочить сквозь обстрел было их единственным шансом, а долго находиться под градом камней дураков нет. То, что им еще придется лезть на высокий борт корабля, дикарей, похоже, не смущало. Артура, кстати, тоже. Нагнувшись, он подхватил с площадки и установил в камнемет не обычный снаряд, а деревянный ящик, набитый короткими, похожими на арбалетные, стрелами. Хмыкнул в очередной раз, обозвал их разделяющимися боеголовками, и сделал очередной выстрел.
Оружие ближнего боя не подвело. Дальность полета стрел, как пояснил между делом Артур, меньше, чем у камней, но зато вблизи они эффективнее. Так и получилось. Экипаж угодившей под удар лодки буквально смело, и это было, похоже, последней каплей. Остальные туземцы решили не испытывать судьбу и начали шустро разворачивать свои посудины. Уже вслед им киборг сделал последний выстрел, накрыв стрелами чуть приотставшую лодку и выкосив не менее половины экипажа, после чего бой можно было считать законченным. Джоанне на миг стало даже обидно, что ей так и не позволили всем продемонстрировать собственное мастерство, но Артур, когда она вечером призналась, сказал, что все в порядке. Главное – результат, а раз он есть, то все участники работали правильно. Оставалось утешиться и идти спать – все равно делать сегодня было уже нечего.
Артур
Остаток времени перед отплытием Артур посвятил двум процедурам: отдыху и очередному самотестированию. Отдых понравился, ему вообще нравилось валяться кверху пузом, а вот результаты тестирования – не очень. По всему выходило, что самопроизвольно запустился генератор инфразвука и, если верить Джоанне, уже не в первый раз. А главное, он, Артур, не заметил этого. Как такое могло быть непонятно, это противоречило всем заложенным в киборга техническим решениям и программам, но из песни, как известно, слов не выкинешь. Оставалось принять это как данность и усилить самоконтроль, завязав на него резервные системы проверки. А то сегодня инфразвук, а завтра что? Самоликвидатор? Как еще Джоанну-то не перепугал до смерти…
Джоанна… Эх, девочка-блондиночка, и что с тобой делать, спрашивается? Вроде бы и тащить за собой опасно, причем, в первую очередь, для нее самой, и более надежного спутника не сыскать… Оставалось развести руками и в очередной раз отложить решение задачи «на потом». С точки зрения холодной логики киборга это было неправильно в принципе, но, во-первых, он уже столько формально-неправильного сделал, что шагом больше, шагом меньше, уже ничего не меняло, а во-вторых, и в этом Артур мог признаться только самому себе, ему не хотелось оставаться без спутницы. Не хотелось – и все, и плевать на заложенные в давным-давно уже ничего не решающую программу ограничения.
Зато корабль ему понравился. Капитан постарался, и денег, похоже, жалеть не стал – помимо мачты он отчистил дно от густо покрывавших его ракушек и выкрасил, в тот же цвет, но по новой. Защита, конечно, сомнительная, куда хуже медного листа, но капитан клялся и божился, что на днище нанесено свежее заклинание, не дающее мелкой морской нечисти использовать его в качестве дома. Ню-ню. Артур магии не особенно доверял, ну да пускай ее, хотя все же металлическая обшивка была бы надежнее.
 
А еще корабль, как он и приказывал, отдраили до блеска. Видать, не хотели терять денежного нанимателя и постарались исполнить его пожелания. Это радовало – на маленьком корабле, да еще в условиях антисанитарии, в два счета может развиться любая эпидемия. Киборгу, конечно, плевать, а вот Джоанне… И потом, фатальных потерь в команде тоже стоило избегать – управлять этим корытом в одиночку он все равно не сможет, это тоже приходилось учитывать.
В целом плавание их проходило даже лучше, чем ожидал Артур. «Нарвал» шел достаточно ходко и терять скорость не собирался, видать, заклинание и впрямь действовало, экипаж был неплох, а боцман, седой вислоусый старикан с носом заядлого пьяницы, оказался кладезем историй из местного фольклора, причем, что интересно, не только морского. Кстати об экипаже. Что с ним что-то нечисто, Артур заметил еще в порту и довольно быстро разобрался в этом вопросе. Результат был интересным, хотя и не то чтобы совсем уж неожиданным – за свою долгую жизнь киборг наблюдал расклады и поинтереснее.
Дело в том, что все члены экипажа были представителями одного клана. Когда-то большой и могущественный, он обладал немалым влиянием в своей стране, но время безжалостно. Дряхлеют и люди, и крепости, начал вырождаться и клан, медленно, незаметно и в то же время неотвратимо. Слишком увлекались его члены играми в интриги и слишком мало вкладывали сил в будущее. А еще они забыли старую истину: чтобы старые гербы ярко сияли, их надо время от времени золотить. Финансовый крах ускорил падение тех, перед кем вставали даже короли.
Новый глава клана, маркиз де’Вальдес, занял свое неудобное кресло не по собственной воле. Однако и деваться было некуда – старший, пускай и двоюродный, брат отправился в мир иной после бесславного (потому что проигранного) поединка с каким-то умником из королевской свиты. Поговаривали, что тот является напарником короля не только на торжественных выходах, но и в иных, куда более интимных делах, однако даже если слухи были правдой, это непотребство не перечеркивало главного – королевский любимчик оказался первоклассным бойцом. А с его смертью де’Вальдес становился последним из прямых потомков основателя клана, и других претендентов на это место попросту не было.
Надо сказать, благородным маркиз был только по отцовской линии. Матерью его была дочь зажиточного купца – отец всегда наплевательски относился к титулам. Более того, он был достаточно умен, видел, что творится в родовом гнезде, и вовремя свалил. Занялся коммерцией, со временем сам заделался владельцем корабля, преуспел, но, увы, довольно быстро упокоился в родовом склепе, подхватив невесть где тропическую малярию.
Его жену клан не принял, что женщину не особенно расстроило. Удачно сочетая в себе красоту и недюжинный ум, она спокойно вела жизнь богатой вдовы, растила сына и управляла довольно приличных размеров торговым домом, который создал покойный муж, выгодно распорядившийся ее приданым. Словом, плевать ей было на бедную, да к тому же и не кровную родню. Может, конечно, и грызла ее где-то в глубине души обида, но никто об этом так и не узнал.
К сожалению, идиллию поломала эпидемия, которую лечили только огнем. В седой древности, по слухам, целители и безо всякой магии справлялись с практически любыми болезнями, но где те времена и где те целители? В результате де’Вальдес, по отцовскому примеру с малолетства ходивший в море, вернувшись, обнаружил на месте родного города пепелище. И как на заказ в тот же момент склеил ласты дядюшка…
Вот и стал юнец, у которого молоко на губах не обсохло, главой древнего клана. Унаследовав от матери цинизм, от отца деловую хватку и от обоих умение принимать решения и отвечать за их последствия, он быстро освоился и в два счета отделался от наиболее одиозных и мешающих ему деятелей. Как отделался? Ну, тут уж как получилось. Кого в монастырь, а кого и в мир иной – сентиментальностью, особенно памятуя отношение этих людей к своей матери, юный глава клана не страдал. А потом собрал вокруг себя людей, которым доверял, и предложил не просиживать штаны, а заняться делом. Он знал море и законы торговли, имел корабль, тот самый «Нарвал», следовательно, выбора, чем заниматься, у него особенно и на было. Народ подумал – и согласился.