Избранные циклы фантастических романов. Компиляция. Книги 1-20 (СИ)

В ответ на предложение бросить «этого хлыща» и провести вечер в компании «настоящих мужчин» Джоанна послала щенка в далекое эротическое путешествие раньше, чем киборг успел подобрать достойный ответ на оскорбление. Подумав мимоходом, что, пожалуй, малость перестарался, воспитывая в девушке самооценку, или, если по-простому, гонор, Артур встал и все же выдал достойный комментарий на хамство. Прямым в челюсть.
Вряд ли мальчишка был согласен с его трактовкой ситуации. Во всяком случае, уклониться он попытался. Вот только последний стакан оказался явно лишним – уж больно замедленная у сопляка была реакция. Впрочем, он все равно бы не успел, и закономерно улетел в угол зала без зубов и сознания, зато с переломом. И столь же закономерно, что это послужило сигналом для остальных.
У-ух! Просто невероятно, в каком темпе закрутилась старая, добрая, одинаковая во всех мирах трактирная драка. Отшвырнув первого, кто от великой храбрости или столь же великой тупости добрался до него, Артур ловко подхватил очень удобно стоявшую дубовую лавку. Теоретически она была достаточно тяжелой, чтобы не позволить ею драться, на практике же киборг очень ловко засветил углом паршиво обструганной, но зато неплохо отполированной сотнями задниц, скамьи в лицо удачно подвернувшемуся хмырю в красной бандане. Крутанув свое оружие, он плашмя опустив его на голову второму и лихо раскрутил неподъемную деревяшку. Те, кто не успел отскочить, сбитыми кеглями разлетелись во все стороны, сбивая еду на соседних столах вместе с ее хозяевами. Сидевшие за столами, не долго думая, приняли нахалов в кулаки – и понеслось!
Свалка была яркая, зажигательная – и короткая. Буквально через минуту Артур обнаружил, что в помещении, кроме него, осталась на ногах только Джоанна, вовремя нырнувшая за спину киборга. Оттуда, кстати, она еще и ухитрилась пнуть одного из нападавших ниже пояса, да так удачно, что бедняга, посерев лицом, скрючился в углу и не подавал признаков активной жизнедеятельности. Впрочем, еще трое посетителей, ну и те шалавистые бабы, тоже ухитрились не пострадать – выказав завидные опыт и проворство, они словно растеклись по стенам, рассосались по углам и не отсвечивали, благодаря чему и не были биты. Остальные же, и люди барона, и посетители, не имеющие к ним никакого отношения, валялись на полу, находясь в разной степени потрепанности и не выказывая ни малейшего желания продолжать молодецкую потеху. Даже обидно как-то… Впрочем, киборга абсолютно не волновали чужие травмы – главное, сам в морду не получил, спутницу оборонил, а остальное непринципиально.
Однако самое интересное в тот вечер ждало Артура впереди. Он-то думал, что может понимать людей, если не женщин с их извращенными намеками на логику, то хотя бы мужчин. Но тут единственное, что пришло ему на ум, был всплывший из каких-то недр памяти слышанный в незапамятные времена стишок о непознаваемости мира:
 
 
Был этот мир глубокой тьмой окутан…
 
Да будет свет! – И появился Ньютон.
 
Но Сатана недолго ждал реванша.
 
Пришел Эйнштейн – и стало все, как раньше.
 
 
Нельзя сказать, что был стишок совсем уж в тему, но память, что обычная, человеческая, что биороботическая, штука непредсказуемая, и отследить ассоциативные цепочки возможно не всегда. Тем более в такой ситуации, которую наблюдал сейчас Артур.
Нет, вначале картинка была вполне предсказуемой. Крепко побитая рать, натужно кашляя и сипло матюгаясь, постепенно приходила в себя и расползалась к местам постоянной дислокации, в смысле, за столы. На Артура старались не смотреть, что и неудивительно – киборг хоть и выглядел несколько внушительнее любого из них, но все же он был один. Не справиться толпой с единственным противником чести никому не делает, и все это понимали. Однако молчаливое рассредоточение продолжалось ровно до того момента, как в себя пришел барон, схлопотавший по голове внушительных размеров граненой бутылкой из мутного толстого стекла.
 
Происходил барон из породы твердолобых, иначе чем объяснить победу головы над изделием стеклодувов? Залитый местным пойлом, надо сказать, весьма приличным, без запаха сивухи, он, тем не менее, жалкого впечатления не производил. Сев, барон с усилием сфокусировал взгляд на обидчике. Артур приготовился, на случай, если у того хватит глупости полезть в драку, быстро нейтрализовать противника, но тут случилось абсолютно неожиданное. Медленно поднявшись, барон… улыбнулся. А потом сказал:
– Позвольте представиться. Барон Дан Мак Артур. Благодарю за доставленное удовольствие, милорд… эээ…
Артур назвал себя, а потом начал тихо офигевать, слушая барона. Нет, ну, в самом-то деле, интерес к даме он еще мог понять. Инстинкт размножения и все такое. Но когда драку, причем с треском проигранную, по удовольствию приравнивают к ней, а то и ставят выше… Не-ет, люди – существа странные и непознаваемые. Хотя, впрочем, барон на проверку оказался славным малым, и говорил он совершенно искренне. А потом Артур с бароном гудели почти до утра, и действие алкоголя Артур нейтрализовывать не стал. Зачем? Имеет же право киборг хоть иногда поразвлечься.
Нет, поистине, все мужчины одинаковы. Даже лучшие из них. Ну это надо же так нажраться? Впрочем, сначала набить друг другу морды, а потом вместе пьянствовать – это вполне по-мужски, и мать, предупреждая об этом, была совершенно права. Хорошо еще, буянить снова не начали, а то Артур ведь этот постоялый двор разнесет по бревнышку, сил у него хватит. И где тогда, спрашивается, ночевать? Но – не разнес, контролировал себя, да и вообще, сидели они мирно, только песни орали так, что было слышно на другом конце деревни.
Кстати, среди песен иногда проскальзывали и совсем незнакомые, и пел их как раз Артур. Не сразу петь начал, конечно, но после третьей бутылки… А силен киборг пить, ничего не скажешь. Похоже, это были песни его времени, его мира. А ничего так, хотя и короткие, на баллады, которые в основном распевал оказавшийся неожиданно романтично настроенным барон, совсем не похожие. И ритм совсем другой. Зато темп бешеный, под такие уж точно не заснешь. Пожалуй, это было не хуже того концерта, что устроил Артур в замке, разве что гитары не было. Впрочем, это компенсировалось богатейшим тембром, так что слушать было интересно.
А наутро Артур был свежий и бодрый, как огурчик. Ей бы так, чтобы любые излишества и сколько хочешь – и не заметно потом совершенно. А вот барон выглядел усталым и помятым, смотрел на мир красными, как у вампира, глазами и поминутно прикладывался к фляжке – опохмелялся, болезный. Вид страдающего барона несколько улучшил настроение Джоанны, и она ехала, поглядывая на него свысока.
Да-да, они теперь ехали вместе. А почему бы и нет, если всем в одно место попасть надо? Тем более что барон, как и они сами, решил приехать заранее, чтобы успеть поселиться до того, как все места будут заняты, и цены за комнаты взлетят до небес. Интересно даже, скольким людям эта мысль пришла в голову… А то ведь и впрямь в гостиницах народу будет, как сельдей в бочке.
Эти три дня путешествия показались Джоанне самыми длинными и скучными за всю поездку. Конечно, барон, когда трезвый, оказался человеком компанейским и воспитанным, да и сопровождающие его люди выдрессированы были как надо. Однако в том-то и дело, что выдрессированы – в присутствии хозяина рот старались лишний раз не открывать, поэтому и переговаривались только между собой, причем короткими, рублеными фразами. А барон между тем говорил много, но в основном с Артуром. Соответственно и тот разговаривал с ним, и Джоанну из разговора не то чтобы исключили – просто темы были ей, по большей части, не интересны. Это Артур с его невероятной эрудицией на любую тему беседу поддерживать умел, а ей про стати неведомых экзотических пород лошадей или, к примеру, о достоинствах и недостатках охотничьих собак говорить было просто скучно.