Избранные циклы фантастических романов. Компиляция. Книги 1-20 (СИ)

Разумеется, Артура не особенно интересовал этот банк. Денег у него было еще более чем достаточно, и в других обстоятельствах он бы, наверное, проехал мимо, а при нужде справиться с задачей в одиночку ему было бы даже проще. Однако он все же решил задержаться и, как ни странно, из-за Джоанны. Почему? Да все просто, ему надо было, чтобы девушка хотя бы раз побывала «в деле».
Честно говоря, на эту идею Артура натолкнуло изменение поведения спутницы после того, как он ее вооружил. Глядя на то, как резко изменилась ее самооценка, он быстро провел анализ происходящего и решил, что для еще большего улучшения ее душевного состояния требуется, чтобы у Джоанны были свои деньги. Не выданные им, волей-неволей заставляющие чувствовать зависимость от спутника, а собственноручно заработанные. Ну а раз так, визит в банк становился вполне оправдан, тем более торопиться было, как считал киборг, некуда. Все равно он намерен был в этом городе отдохнуть денек, не без основания полагая – уж здесь-то искать его точно не будут. Вот и прогулялись ночью, раздобыли цацек-бряцек – уж кто-кто, а Артур моментально определил, что в эффектно вскрытом Джоанной сейфе хранится, помимо денег, куча драгоценных камней, сапфиров и рубинов, причем, что интересно, необработанных. Похоже, кто-то сдал в банк на хранение добычу с каких-то приисков, и теперь банк влетел на кругленькую сумму. Тем более, уходя, Артур подпалил там все – огонь шикарно заметает следы, а о местных криминалистах можно было говорить только и исключительно с иронией.
Как ни странно, выплывшие вдруг дополнительные заботы о спутнице Артура не напрягали и настроение ему не портили. Это было нелогично, однако за последнее время нелогичностей накопилось уже столько, что Артур перестал обращать на них внимание. Одной больше, одной меньше – да какая, в сущности, разница? По поводу же моральной составляющей, как и в прошлый раз, и вовсе не было каких-либо сомнений – грабить врага абсолютно не аморально. Хотя, надо сказать, если бы банк оказался собственностью других людей, Артур бы не расстроился и экспроприацию не отменил. Ну, не было в его программах каких-либо запретов на этот счет, не было, и все тут. И это, как полагал киборг, являлось не ошибкой программистов, а вполне сознательной политикой военных. Не любили они финансистов всех мастей, вот и не закладывали в боевые машины запретов на их ликвидацию. Просто очень уж любили, ну прямо обожали люди с деньгами лезть во власть, абсолютно не понимая, что рулить страной или, к примеру, править законы – это совсем не то же самое, что управление бизнесом, пускай даже очень крупным. И вообще, опыт из финансовой сферы в политическую переносить чревато. От этого порой случались всевозможные казусы с жутковатыми последствиями. Взять, к примеру, начало эпохи имперских войн – там ведь, если вдуматься, именно такие непонятливые и виноваты были, хотя военные, отлично знающие, как это неприятно, когда на мостике твоего корабля рвутся вражеские снаряды, и пытались всеми силами избежать вооруженной конфронтации. А ведь как все безобидно, казалось бы, начиналось…
Президентом Земной Федерации был тогда избран человек с редкой фамилией Смит. Вполне законно, кстати, избран, без подтасовок – уж больно много посулил, доказав при этом, что умеет исполнять свои обещания. Как? А в этом ему помогли колоссальные деньги, которые вокруг него вертелись. И поначалу все шло просто замечательно, народ его чуть ли не на руках носил, поскольку опытный финансист, тесно связанный с банковскими кругами, сумел резко, практически скачком поднять уровень жизни населения. И ни у кого не хватило при этом ума посмотреть, какое же прошлое даже не у самого президента, а у его семьи, и сделать далеко идущих выводов, ибо корни многих грядущих неприятностей следовало искать как раз в прошлом.
Дело в том, что на тот момент в освоенном человечеством космосе существовало два основных полюса – Земная Федерация и Империя. Именно так, с большой буквы и без названия. Сосуществовали они, в общем-то, мирно – два хищника, примерно равные по силе, не желали ссориться, и потому мелкие конфликты разрешались, что называется, в рабочем порядке. Однако эта парочка находилась отнюдь не в гордом одиночестве – вокруг них была куча мелких государств, из тех, что труба пониже, дым пожиже. И вот они-то мутили воду вовсю, постоянно конфликтуя и воюя между собой, благо гигантам в большинстве случаев было все равно, у них своих проблем хватало, и отвлекаться на мелочи никто не собирался. И все могло продолжаться так до бесконечности, если бы ни один нюанс: президент Смит ненавидел Империю.
 
Вообще, если вдуматься, ненавидеть Империю лично ему было не за что. Ненависть была, можно сказать, генетической – когда-то давно планета, на которой жили предки Смита, была атакована войсками Союза Исламских государств и обратилась к Империи за помощью. Вернее, сначала ее правители обратились к федерации, но там промолчали – связываться с плохо вооруженными, но многочисленными и наглыми фанатиками никто не хотел. К тому же у них был очередной политический кризис, и это беспокоило правительство Земной Федерации горазда больше, чем проблемы зачуханной периферийной планеты. А вот Империя ответила – благодаря нешуточной мощи своих эскадр, она могла себе позволить относиться к исламистам с пренебрежением. Вот только ответ был несколько не таким, который ожидали услышать.
Помогать кому-то от широты душевной имперцы не хотели принципиально – это было противно всей политики Империи. А планета, не имеющая за душой практически ничего, кроме банковской системы и торговых домов, не могла предложить что-либо, всерьез нужное имперцам. Поэтому предложение Империи было простым и незамысловатым: входите в состав нашего государства, и будет вам счастье. Это, кстати, было довольно щедрым предложением. К тому же статус протектората автоматически позволял защитить жителей планеты, не прилагая к тому усилий – нападение на имперскую провинцию означало войну, а драться с огромным и сильным государством исламисты в тот момент совершенно не жаждали. Вот только самих жителей планеты, точнее, ее правящую верхушку, такой поворот не устраивал совершенно. Нет, в состав Империи они войти были не против, но при этом желали сохранить в неприкосновенности свой национальный состав, традиции, финансовую систему. Империи же все это было не нужно – зачем чужой этнос, если есть свой? Ассимиляция, ассимиляция и еще раз ассимиляция – это был девиз Империи с момента ее создания. И, естественно, никакого полноправного статуса, пока не закончится карантин на три поколения. В общем, не договорились.
Правда, всего через две недели, когда войска Союза Исламских государств, разгромив слабый флот обороняющихся, начали высадку на планету, ее жители были согласны уже на все. Но – поздно, именно тогда император и сказал свою историческую фразу: «Империя не торгуется и не предлагает дважды». Это был приговор, и с обреченной планеты удалось вырваться немногим. Одной из таких счастливиц была и бабушка Смита, Ноэми Нордяян.
Самое интересное, что тех, кто уничтожил ее семью, она ненавидела намного меньше, чем тех, кто отказался класть своих солдат, чтобы их защитить. При этом достаточно простая мысль о том, что нечего было вначале на армии экономить, а потом рожу кривить, в голову ее как-то не поместилась. В результате, став взрослой и получив образование (довольно посредственное, надо сказать), она попробовала свои силы в политике. Правда, ее быстро признали невменяемой, и дни свои политик-неудачник окончила в уютном доме с мягкими стенами, но успела заразить ненавистью дочь, а та, в свою очередь, ее внука, и все попытки отца, человека неглупого и уравновешенного, исправить ситуацию уже не смогли. У Смита вдобавок, на воспитание наложилась зависть к уверенным в себе и никого не боящимся имперцам – сам он был осторожен, если не сказать трусоват, а Империя как раз находилась в зените могущества, и ее граждане, чувствуя за спиной мощь огромного государства, могли себе позволить не бояться никого.