Избранные циклы фантастических романов. Компиляция. Книги 1-20 (СИ)

– Мимо проезжал? Так может, и дальше поедешь… мимо?
– Да так, в общем-то, и собирался, – дернул уголками губ киборг. – Я-то уеду, а вот она – нет.
– Кто? – женщина дернулась.
Она что, не видит свою дочь? Артур всмотрелся, потом настроил зрение. О-па… А ведь она практически ничего не видит. Катаракта, похоже, или что-то ей подобное. Скорее всего, только силуэты уже и различает. Как, интересно, узнала, что мужчина? Хотя чего тут гадать, женщины, наверное, здесь особенно-то и не ездят.
– Мама, это я!
Ну вот, слезы-сопли, девчонка у матери на шее висит, та уже свой воздушный кулак сбросила… Артур повернулся и отошел в сторону, аккуратно присел на удачно подвернувшуюся кочку. Ну, все, замечательно. Если еще удастся Джоанну здесь оставить, вообще здорово получится.
Спокойствие, которое Джоанна чувствовала рядом с Артуром, убаюкивало, и это было плохо. Во всяком случае, так ее всегда учила мать, да и в Академии говорили примерно то же самое. Вот только сейчас девушка ничего не могла с собой поделать, ощущения были такие, словно между ней и жизненными невзгодами выросла каменная стена. Высокая такая, мускулистая стенка. Только сейчас Джоанна начала понимать многих сверстниц, которые стремились замуж. Если это дает такое же чувство защищенности, то дело в чем-то даже и стоящее, хотя, конечно, не факт, что все мужчины именно такие. Впрочем, не с ее опытом, точнее, отсутствием такового, судить.
Очередное подтверждение своим умозаключениям девушка получила в последний день поездки, в деревне под абсолютно непоэтичным названием Пахучка. Название было в свое время дано абсолютно заслуженно, потому как совсем рядом с деревней, в те времена еще крохотной, в пять или шесть дворов, находилось небольшое болотце. Воняло оно преизрядно, особенно в жару, потому деревню так и прозвали. Прошли годы, болото давно осушили и распахали, и земля там оказалось чудо как хороша, а название осталось, намертво приклеившись к деревне. Жители ее, впрочем, и не протестовали особо, привыкли за столько поколений, разве что огрызались, тоже привычно, когда по их деревне, да и по ним самим, в приступе острословия проходился кто-нибудь из соседей. Житейская ситуация, не более.
В этих местах Джоанну хорошо знали, хотя, честно говоря, и не особенно любили. Ну, те, кто постарше – понятно, она для них была дочкой колдуньи, которую уважали, побаивались, пользовались ее услугами, но при этом старались без нужды дел с ней не иметь. Места здесь были не то чтобы дремучие, но и сосредоточием цивилизации их было не назвать. Каков район – таковы и люди, а потому на все непонятное крестьяне смотрели излишне настороженно, и мрачноватая слава матери-ведьмы поневоле распространялась и на дочь. В детстве ее это задевало, а потом то ли привыкла, то ли повзрослела и перестала обращать внимание.
Со сверстниками отношения сложились несколько по-иному. Вначале, пока были в нежном возрасте, особых проблем не было, а вот после стало заметно интереснее. Девушки Джоанну невзлюбили, считая, что она отбивает у них парней. Ну да, для них она была чужой, лишней соперницей. С парнями было малость иначе. Они, по извечной мальчишеской тяге ко всему необычному, за Джоанной не то чтобы косяками ходили, но знаки внимания все же оказывали. Притом, что она красавицей по местным меркам не была – худая и мелкая. Такая ни с вилами сено от зари до зари перекидывать не сможет, ни одновременно работать в поле, обихаживать дом да за дюжиной ребятишек приглядывать. Но – зато дочка ведьмы, а потому интересно же! Вот тогда она и познакомилась с Мареком.
Вообще, Марек в то время не представлял собой ничего особенного. Обычный голенастый, нескладный подросток. Разве что драться уже тогда умел лучше всех в деревне, схватываться с ним на кулаках побаивались даже многие взрослые. А как же, отец научил… Кстати, вот отец-то и впрямь был фигурой примечательной. Родом из Пахучки, еще совсем молодым он ушел с обозом на ярмарку и там завербовался в армию. О том, что было дальше, никто не знал, а сам он распространяться не любил, но все же, когда спустя почти двадцать лет он вернулся, незамеченным это не осталось. Меч на поясе. Дворянская цепь на шее. Жена, абсолютно непохожая на местных женщин. Сын. Ну и деньги – заработал и привез с собой он куда как немало. Вот только тягу к странствиям у него отбило напрочь, как вернулся, так и сидел безвылазно в деревне, благо дом, оставшийся от отца, был большой и крепкий. А еще, в дальних своих походах он научился драться так, как не умел здесь никто, и не брезговал, если кто-то осмеливался встать у него на пути, демонстрировать не успевшим разбежаться приемы рукопашного боя. И сына, естественно, учил, поэтому неудивительно, что тот, при отцовских деньгах и его же уроках, имел немалый вес в компании сверстников.
 
И вот этот умник положил на Джоанну глаз. Да еще и сказал ей об этом сдуру, причем от великого ума, наверное, именно так и выразился. Я, мол, на тебя глаз положил, так что собирайся, девка, и пошли на сеновал. Учитывая, что в тот момент Джоанну привлекала карьера мага, а Марек, напротив, казался ей редкостным дебилом, ничего удивительного в последовавшем ответе не было. Если конкретно, она посоветовала ему глаз взять и засунуть на место, а если он что-то хочет положить, то она ему прямо сейчас может устроить выкладку печени на траву. Ну и продемонстрировала парнишке огненный меч. Простенькая иллюзия, даже жара от него не исходило – так, видимость одна. Но Мареку хватило, во всяком случае, приставать больше не пытался. Через неделю Джоанна уехала и с тех пор незадачливого ухажера больше не видела. Даже когда к матери приезжала, как-то не пересекались.
А вот теперь, стоило ей появиться в деревне, как он тут как тут. Интересно, сам увидел или лизоблюды доложили? Вообще, у Джоанны были на вечер строго определенные планы, и общение с парнями, норовящими прижать где-нибудь в укромном уголке, в их число не входило. Если конкретно, хотелось ей погулять и потрепаться с местными девушками. Не то чтобы у них друг к другу были теплые чувства, но все же давно знакомы… Да и от кого лучше всего узнаешь сплетни, как не от заклятых подружек? Разумеется, при этом надо уметь фильтровать информацию, а то эти курицы деревенские такого наплетут, что мозги в узел запросто могут завязаться, но как раз это Джоанна умела неплохо.
Увы, пришел Марек и все испортил. Он, видимо, по извечному мужскому эгоизму считал, что весь мир крутится вокруг него. И отделаться от него не удавалось, как девушка ни старалась. Намеков, сволочь, не понимал, не хватало у него ни интеллекта, ни воспитания, чтобы понять – его вежливо, но твердо посылают. Тогда Джоанна, разозлившись, послала его уже открытым текстом. Он, зараза, только рассмеялся в ответ, и на лице его разве что крупными буквами не было написано: ломайся-ломайся, набивай себе цену, все равно моя будешь. Учитывая, что за эти годы Марек стал выше ростом, возмужал, раздался в плечах, и его даже можно было с некоторой, совсем небольшой натяжкой признать красивым, ход его мыслей был понятен. Небось, уже всех девок в деревне перепробовал, вот на свежатинку и потянуло.
Вот тогда Джоанна и ляпнула первое, что пришло в голову, лишь бы отвязался. Как ни странно, подействовало. Марек лишь внимательно посмотрел на нее и ушел, оставив Джоанну кожей чувствовать сверлящие спину, завистливые взгляды подруг. Вечер был безнадежно испорчен, и девушка, плюнув мысленно на всё и всех, отправилась к дому старосты, в котором они с Артуром остановились на ночлег. Правда, киборг здорово переплатил за комнаты, но Джоанна не протестовала – во-первых, уже немного привыкла к тому, что за нее платит мужчина, а во-вторых, решила, что если он в состоянии решать финансовые проблемы, то незачем ему и мешать. Ничего, в прошлый раз банк ограбил, в следующий, может, и вовсе королевскую сокровищницу обнесет. В любом случае, от безденежья рядом с Артуром помереть ей не грозило. Другое дело, что и в историю с ним вляпаться можно было запросто, за преступления такого уровня, если узнают, по головке не погладят. Впрочем, Артур, если что, перебьет всех, кто будет им угрожать – в его способности походя свернуть шею любому количеству врагов, девушка тоже убедилась. Ну а раз так, нечего мешать мужчине решать проблемы.