Избранные циклы фантастических романов. Компиляция. Книги 1-20 (СИ)

Правда, для начала пришлось разбудить Вольфгана – тот, зараза, бессовестно дрых, хотя обычно просыпался раньше всех. Хорошо, еще, сон его был чутким, и достаточно оказалось один раз негромко постучать в дверь. Интересно, кстати, это у него от рождения, или благоприобретенная вследствие, скажем так, обстоятельств привычка? Впрочем, как раз это было не так и важно, главное, после первого же стука в дверь за ней раздались приглушенные звуки, а буквально через минуту она открылась, явив взору киборга заспанного и босого, но притом одетого мага. Шустро оделся, и вот это уж точно не от рождения, оставалось только покивать одобрительно и сказать, в какое время и где они встречаются. Кстати, Вольфган опоздал, но Артур и не ожидал от него, в силу все тех же обстоятельств, пунктуальности.
А потом началась стрельба, и вот тут Вольфган Артура всерьез удивил. Не тем даже, как быстро освоил пистолет – конструкция-то не из самых сложных, аккуратности магу тоже не занимать, поэтому сборка-разборка-чистка-смазка прошли как по маслу. А вот то, что на сделанной Артуром ростовой мишени все пули легли куда требовалось, ну, кроме первой, когда Вольфган еще с оружием совсем не освоился, оказалось для обоих полной неожиданностью. Киборг даже специально к мишени подошел, проверил – вдруг датчики сбоят и зрение обманывает, тоже, кстати, человеческое действие. Однако же нет, все точно, сам Артур, конечно, мог бы и лучше, но, стоит честно признаться, ненамного. Вольфган же и вовсе стоял с открытым ртом – ему упражнения с оружием никогда толком не давались, а тут прямо талант открылся. Или, может, он себе магией помогал? Правда, сам Вольфган клялся, что ничего такого не делал, но подобное у него могло получиться и непроизвольно. Возможность этого он и сам признавал, а проверить киборг не мог из-за полного отсутствия у себя способностей к магии.
Естественно, попробовали еще, расстрелял Вольфган пять обойм, а толку? Сходимость результатов была удивительной, оставалось только поаплодировать меткому стрелку, что Артур и сделал, а потом попросил мага продемонстрировать, чему он за это время научился в плане боевых заклинаний. Тот и продемонстрировал. Хорошо продемонстрировал. В смысле, от мишени – кучка мелкого пепла да пара щепок осталась, и валун, который метрах в десяти позади нее валялся, пополам раскололо. Честно говоря, результат Артуру понравился – можно сказать, артиллерия карманная у него теперь была при себе. Конечно, до плазменной гранаты молниям Вольфгана далеко, но и то, что он умел, было уже не детскими фокусами. Правда, если верить его словам, более серьезные маги без усилий могли ударить намного сильнее, однако для ученика Вольфган показал результат, близкий к выдающемуся. Жаль только, помимо этого он пока что ничего толком не умел, ну да ерунда, знания кое-какие имелись, а опыт – дело наживное.
Словом, Артур был доволен и, когда, вернувшись в замок, узнал, что его прямо-таки жаждет видеть Карина, отнесся к этому вполне положительно. А что? Все равно поговорить надо было, ему же еще мать ее вытаскивать, а теперь он хоть точно знал, где она – архимаг оказался словоохотлив. Поразительно, как страх за собственную жизнь повышает скорость работы языка – этот умник рассказал все, о чем знал, и даже не пытался что-либо утаить. Во всяком случае, таких попыток Артур не заметил, а обмануть его было сложно. Теперь, имея достаточный объем информации, можно было устраивать полноценную спасательную операцию, а заодно и в королевстве порядок навести. Именно это Артур и хотел обсудить, тем более настроение было подходящее.
Ну что же, поговорили… Артуру даже обсуждать серьезные вопросы после этого не захотелось. Он и не стал – в конце концов, если операция изначально была отдана ему на откуп, то ему, соответственно, и решать, что и когда стоит делать, а что нет, и какая информация будет достаточной. Странно все это, по идее киборгу должно быть абсолютно безразлично отношение какой-то дикарки, но вот как-то не совсем по теории получалось. Сейчас он все больше погружался в состояние, которое люди называют меланхолией, понимал это и, что удивительно, абсолютно не желал предпринимать хоть что-то для изменения ситуации. Вот не хотелось – и все тут, а хотелось ему полежать, и чтобы никто его не теребил.
 
В результате киборг отправился к себе, не раздеваясь, только стянув изрядно надоевшие сапоги, бухнулся в койку и провалился в непонятное даже ему состояние между сном и явью. И почему-то крутилась в голове фраза одного из товарищей, погибших на той чертовой войне: «Вот потому космонавтам жениться и противопоказано». Других мыслей просто не было, что являлось даже теоретически невозможным, мозг киборга просто обязан непрерывно обрабатывать информацию. Однако, как обычно, практика шла с теорией не совсем параллельно, и Артуру на все эти несоответствия было горячо наплевать. Он просто лежал – и все, а мир существовал где-то рядом, не пересекаясь с плоскостью его бытия.
В таком непонятном состоянии его и обнаружил Вольфган. Ну как обнаружил… Зашел, даже разрешения не спросив, что было на него совсем не похоже, он к Артуру за все время и заходил-то раз десять от силы, и каждый раз вежливо, аккуратно, с извинениями, что побеспокоил. До недавнего времени он киборга вообще боялся, что и неудивительно. А вот сейчас зашел и засов ухитрился сдвинуть усилием воли. Интересно, как – магией предметы Вольфган перемещал с трудом, очень медленно, а тут вдруг щелк, и все. Однако додумать эту неожиданно ленивую мысль Артур уже не успел – Вольфган зашел в комнату, плюхнулся в стоящее в углу кресло и, закинув ногу на ногу, что тоже никогда в присутствии Артура не делал, холодно бросил:
– Хорош, герой, ох и хоро-ош…
– Поясни свою мысль, – как ни странно, появление мага позволило Артуру частично переключить свои мысли. Точнее, отключить навязчивое воспоминание и задействовать аналитические функции.
– А чего тут пояснять? Ведешь себя, как монашка, что из-под епископа вылезла.
– Та-ак, – Артур неспешно сел и с интересом посмотрел на Вольфгана. – И откуда такие глубокие познания в… монашках и епископах?
– Неважно, – эту скользкую тему маг, похоже, развивать не хотел. – Главное, что так и есть. Ты еще в петлю полезь. Ишь, барон Жермон.
– Не дождетесь, – мгновенно вспыхнувшая злость рывком изменила восприятие, и это не укрылось от Вольфгана. Похоже, именно такого эффекта щенок и добивался, во всяком случае, ухмыльнулся он довольно. Однако и радость ему доставлять не хотелось, поэтому киборг чуть расслабился и спросил: – А кто такой барон Жермон?
– О, это старая песня, ей уже неизвестно сколько тысячелетий. Про то, как некий барон уехал совершать подвиги, а его жена… развлекалась.
– Понятно. И при чем здесь я?
– А ты – как тот барон. Уехал, а дама сердца тем временем нашла себе что-то другое. Получше или нет – неизвестно, но ведь нашла.
– Какая дама сердца? Что ты ерунду говоришь?
– Ой, да ладно тебе, – махнул рукой Вольфган. – Дама сердца, не дама сердца, какая разница? Важно не название, а твое к ней отношение, его же разве слепой не увидит.
Киборг промолчал – в чем-то Вольфган был прав. Может, не на все сто процентов, но, судя по косвенным данным и анализу своего психологического состояния, Артур мог предположить, что маг весьма близок к истине. Ну, еще бы, у него свое видение мира, специфическое, и как у мага, и как у человека. Между тем Вольфган, убедившись, что одержал моральную победу, продолжил развивать успех:
– Ну а теперь сам подумай. Чего ты хотел? Вы совершенно разные, из разных времен. Плюс тебя нет постоянно. Можешь поверить мне на слово, мало какая женщина будет верно ждать не пойми кого. И была бы еще красавица, – тут Вольфган изобразил руками в воздухе нечто, долженствующее обрисовать фигуру «красавицы». Получилось нечто похожее на приснопамятную кухарку, только в груди и бедрах чуть побольше, а в талии малость поуже. – Так ведь нет, нашел кошку драную.
Киборг даже закашлялся от неожиданности и заметил, что насчет кошки, тем более драной, явно перебор. Однако Вольфган даже не стал его слушать, а просто извлек из кармана флягу с ядреным местным самогоном. Кстати, самогонные аппараты тут знали, распространены они были повсеместно, и продукт на выходе получался вполне пристойный. Это, разумеется, если смотреть с человеческой точки зрения. Поставил маг флягу на стол, повернулся и вышел. Очень интересно, и чего это он хотел сказать?