Избранные циклы фантастических романов. Компиляция. Книги 1-20 (СИ)

– Они пришли чуть позже, чем я ожидал, – не оборачиваясь, бросил Артур. – Честно говоря, думал, они будут здесь вчера вечером.
– Ты знал, что они придут?
– Ну разумеется. Сын герцога остался здесь, Суринам так и не ответил – естественно, они забеспокоились. Послали отряд проверить – он не вернулся. Стало быть, что-то случилось, вот они и развернули сюда всю армию, благо ушли недалеко. Все логично. Только почему они так медленно шли?
– Дождь. Тот ливень, который тогда нас едва не залил. Там, внизу, дорога идет по низинам, и ее наверняка развезло.
– Логично, – подумав какую-то долю секунды, откликнулся киборг. – Ты можешь определить, кто заявился к нам в гости?
– Я не вижу гербов, – вздохнула Карина.
– Человеческое зрение несовершенно, – кивнул Артур и снял с шеи большой черный предмет, сделанный из неизвестного, очень приятного на ощупь материала, похожий на две скрепленные параллельно широкие трубки. – Это бинокль. Вот смотри, как им управлять…
Справиться с биноклем и впрямь оказалось просто, и, разобравшись в том, какой винт и куда надо крутить, Карина с трудом удержалась от того, чтобы не взвизгнуть, совсем как деревенская девчонка при виде тряпичной куклы. Прямо перед собой, как на ладони, она видела неспешно приближающуюся к замку железную змею пехоты, закованных в латы всадников, сидящих на таких же бронированных лошадях, шлемы, увенчанные плюмажами, и щиты, украшенные гербами. По ним она, кстати, и впрямь быстро определила, кто есть кто. Геральдика – наука, приличествующая благородным и к изучению обязательная, поэтому для нее не составило труда определить, что к стенам замка собрались чуть ли не все вассалы герцога Адамса, можно сказать, цвет его рыцарства. Да и сам он приперся, держась, правда, чуть позади остального воинства. Все это девушка и поведала Артуру, который довольно кивнул:
– Я примерно так все это себе и представлял. Маги есть?
На это девушка ответить ничего не смогла, и киборг, как ей показалось, чуть разочарованно пожал плечами. Подумав секунду, Карина спросила:
– А те… пушки, которые мы видели. Почему они не стреляют?
– Рано. Пускай они подойдут сюда, и, когда будут внутри кольца, можно будет накрыть их всех разом. Хотя я бы предпочел поговорить с герцогом.
– До сражения или после? – полюбопытствовала Карина.
– Вместо, – тоном, не терпящим возражений, ответил киборг.
– Но… почему?
– Ты свою мать спасти хочешь? Это одна из причин, по которой орудия еще молчат. Не самая главная, но зато тебе понятная. Все, не мешай. Дай вон бинокль своему товарищу, а то он уже скоро закипит от нетерпения.
Пришлось и впрямь поделиться биноклем с Вольфганом, который приник к нему столь же жадно, как и она сама. Вольфган, кстати, и обнаружил среди врагов одного мага – по его словам, из числа тех, что были здесь при штурме. Киборг молча кивнул, внимательно рассматривая войско, – его глазам бинокль, похоже, был не нужен. Но вот то, что он взял стоящую до того в углу непонятного вида палку из металла и дерева, увенчанную трубкой вроде тех, из которых был сделан бинокль, только побольше, от глаз девушки не укрылось. Впрочем, он не стал смотреть через эту трубку, просто повернул на этом непонятном, но явно смертоносном предмете какой-то винт и поставил оружие на место.
Между тем армия численностью не менее пяти тысяч человек медленно, но неуклонно занимала позиции, те самые, с которых несколько дней назад пошла на решающий штурм.
Артур, по-прежнему бесстрастно разглядывавший их, внезапно презрительно усмехнулся:
– Как я вижу, регресс затронул не только обычную жизнь, но и армию.
– Что? – не поняла Карина.
– Воевать разучились, – перевел киборг. – Мало того, что у них полным-полно тяжелой пехоты, так они ее даже на телеги посадить не догадались, те на своих двоих топали. Про мобильность я молчу, но с такими распаренными рожами вряд ли эти вояки пойдут на штурм. К тому же я почему-то упорно не вижу у них ни штурмовых лестниц, ни осадных машин. Они что, собираются стену зубами грызть, бобры-переростки?
 
– Зачем им это? – удивилась Карина. – Сейчас маги проломят стену – и они просто ворвутся в замок.
– Прямо так уж и проломят? – насмешливо прищурился Артур.
– В прошлый раз проломили, а ведь она была защищена заклинаниями. Да и маг наш там был.
Киборг не стал возражать, просто некоторое время опять рассматривал противника, а потом внезапно повернулся к Вольфгану:
– С какой дистанции они били в прошлый раз? И откуда могут работать вообще?
Вольфган показал. Киборг кивнул и небрежно прокомментировал:
– Очень впечатляет.
– В смысле?
Однако киборг не ответил, потому что события начали развиваться неожиданно быстро. От вражеского строя, стоящего и непонятно чего ожидающего, отделился всадник и понесся к замку. Артур прищурился:
– Он что, идиот?
– Почему?
– Да потому, что я его сейчас положу.
– Это герольд.
– И что, он бессмертен?
– В герольдов не стреляют. Они ведут переговоры.
– И кто сказал такую чушь? Еще как стреляют, – презрительно усмехнулся Артур, однако стрелять не стал. Вместо этого он принялся внимательно рассматривать всадника, а посмотреть и впрямь было на что. Одет он был по последней моде – черно-красная, в точном соответствии с законами геральдики, одежда цветов сюзерена тем не менее смотрелась достаточно эффектно. Яркие обтягивающие лосины на уровне бедер расширялись, словно разбухая. Короткие сапоги с загнутыми вверх носами не имели даже намека на шпоры. Камзол был в облипку и украшен великолепным, блестящим под солнцем бронзовым медальоном, начищенным, как чертов глаз. На плечах длинный красный плащ. Венчал все это великолепие берет с пышным белым пером. В общем, дорого был одет герольд и красиво. Горло киборга издало вдруг странный звук. Карина удивленно посмотрела на Артура и вдруг с удивлением поняла, что тот с трудом сдерживается, чтобы не рассмеяться.
– Ты чего? – удивлению Карины не было предела. Герольд был одет соответственно должности, и герцог, будучи человеком небедным, постарался на славу. Такая одежда не у каждого дворянина есть, и это общепринято – одежда слуг указывает, помимо прочего, еще и на достаток их хозяина. Чего тут, интересно, смешного? Конечно, можно было герольду и цепь на шею, разумеется, не золотую, дворянскую, а серебряную выдать, но в походе подобными мелочами частенько пренебрегают.
Киборг смеяться перестал моментально и, как он это умел делать, мгновенно поменял выражение лица на безразлично отстраненное, после чего пояснил: в то время, когда его создавали, одевались совсем иначе. Его повседневный комбинезон – тому пример. А подобно этому герольду могли одеваться разве что… Ну, тут киборг замялся на миг, а потом расписал, какими постельными наклонностями должен обладать человек, который так одевается. Тут уж настал черед удивляться Карине – ведь это было совершенно естественно. В герольды, музыканты и певцы таких и выбирали. Считалось, что у них лучше голос… Тут уж пришел черед киборгу сделать удивленные глаза и сказать, что вот ведь, ничего не меняется, после чего он замолчал и надолго задумался, не перестав, правда, наблюдать и слушать. Это его умение одновременно делать несколько требующих внимания дел Карину одновременно заставляло завидовать и бесило, поскольку очень сложно было понять, что же беспокоит Артура на самом деле. Она, которой киборг благосклонно кивает, или, к примеру, мужик, у которого лошадь захромала.
Между тем герольд, вдоволь покрасовавшись и убедившись, что его заметили, протрубил в фанфару, которую киборг, поскребя в ухе, назвал дудкой, и громко заорал о том, что прибыл его высочество герцог Адамс и требует, чтобы перед ним открыли ворота. Голос у него и впрямь был красивый, зычный, отлично поставленный. Киборг слушал, как обычно, с благосклонной улыбкой, которую вряд ли могли рассмотреть с той стороны… А потом вдруг одним быстрым, плавным и каким-то слитным движением поднял свое непонятное оружие. Хлопок – и оно вернулось на место, а один из всадников, отделившийся было от основной группы, нелепо взмахнул руками и рухнул под копыта собственной лошади.