Избранные циклы фантастических романов. Компиляция. Книги 1-20 (СИ)

Хуже всего было на второй день. В первый она еще шла, вначале благодаря собственным силам, а под конец исключительно на гордости и силе воли. Устала так, что вечером даже есть не хотелось. Их конвоиры и не настаивали, но Ингвар, которому ради ужина развязали руки, взял ее за плечо, тряхнул и страшным-страшным голосом прошипел: «Ешь!» Она подчинилась, и, хотя первые куски наскоро сваренной на костре каши с мясом какого-то экзотического петуха, подстреленного по дороге, не лезли в горло, постепенно Иллия вошла во вкус. А потом она не заснула, а буквально провалилась в беспамятство, стоило ее голове коснуться охапки листьев, брошенных на землю вместо постели.
Зато утром она поняла, что вчера были еще цветочки. Болело буквально все! Добро бы еще только ноги – это хотя бы выглядело как раз просто и понятно. Но вот ноги-то как раз и не болели – они ощущались, как деревянные, чужие, непослушные… Зато все остальное, и, в первую очередь, спина ныло дико, и девушке пришлось собрать в кулак всю свою волю, чтоб не заорать от боли.
Конвоирам было наплевать, их задача пригнать пленных, куда скажут, и только. На помощь, как ни странно, опять пришел Ингвар, изобразивший нечто вроде массажа. На скорую руку, конечно, однако после того, как сильные и на удивление жесткие руки парня прошлись по мышцам ног, к ним вернулись чувствительность и подвижность. Так что, позавтракав, Иллия поправила изрядно отсыревшую одежду, кое-как вбила ноги в такие же отсыревшие сапоги и двинулась вперед.
Разумеется, такой темп, как накануне, она держать не смогла, да и на ночлег они остановились заметно раньше. Самое обидное, что не только привыкшие к дальним переходам конвоиры чувствовали себя хорошо, но и Ингвар тоже. Ну, он-то, может, и не хорошо, но, во всяком случае, сносно. Падать не собирался, шел ровно и даже по сторонам глазеть успевал. И это притом, что руки ему связали, хорошо еще, спереди. Похоже, конвоиры, поглазев на то, как он владеет оружием, если не испугались парня, то, во всяком случае, отдали должное его возможностям и слегка зауважали. Так что руки ему освобождали только на привале, и то ненадолго, а на ночь еще и дополнительно привязывали к дереву, чтоб не сбежал.
Более-менее Иллия восстановилась только на четвертый день. Теперь собственные ноги уже не казались ей бесполезными кусками мяса, хотя ныли по-прежнему основательно. Конвоиры же ругались – если б не задержка на второй день пути, то к вечеру они были бы уже на месте. Кстати, вполне может статься, и так бы успели – дорога стала сухой, каменистой, они вошли в предгорья. Однако теперь начал вдруг сдавать Ингвар. В общем, они вновь заночевали под открытым небом, благо ночи здесь стояли теплые.
Откровенно говоря, Иллия вперед тоже не рвалась. Было у нее по этому поводу какое-то нехорошее предчувствие. К тому же конвоиры между собой переговаривались, пленных особо не стесняясь, а девушку когда-то учили и слушать, и анализировать. Не слишком усердно она училась, да и наставники рвением не горели, отрабатывая уроки с ней как тяжелую и бесполезную повинность. Тем не менее в голове кое-что все равно осталось и сейчас вдруг, как ни странно, пригодилось. А услышанное в разговорах как-то не вдохновляло. Совсем.
По всему выходило, что тот, кто послал этих людей, не вполне нормальный. Псих, если по-простому. Но псих богатый, могущественный, хорошо платящий за преданность, да еще и маг в придачу. Странный маг, чем он занимается, эти двое не говорили – похоже, всерьез боялись даже имя лишний раз упоминать. Однако, опять же из обмолвок, Иллия сделала вывод – некромант.
Вообще, некроманты – это персонажи сказок. С другой стороны, принц на белом коне, с которым прекрасная дева бежит из отчего дома, тоже сказочный персонаж. И вот он, принц, рядом. Правда, не такой уж и прекрасный (хотя ничего, вполне так ничего), да и не на коне, а на корабле, да и не сбежала она, а ее увезли… Нет, тут другая сказка подходит. О принце, спасающем свою принцессу. Тоже, правда, с натяжкой, но все же. Так что раз уж ты оказалась в центре сказки, не удивляйся, что можешь встретиться и с другими персонажами. В том числе, кстати, весьма страшненькими.
 
Однако страхи страхами, а усталость усталостью. Иллия не заметила даже, как погрузилась в сон. Что ей снилось… Да что-то было, конечно, вот только она этого не запомнила, поскольку чья-то крепкая рука буквально выдернула ее обратно, в жестокую реальность. И приятным это пробуждение было не назвать.
– Умп-ф-ф… – большего через зажимающую рот ладонь сказать не получилось.
– Молчи, дура, – по голосу Иллия моментально узнала одного из конвоиров. – С тебя не убудет. Давно хотел благородную попробовать…
Отчаянно извиваясь, девушка попыталась оттолкнуть его, замолотила кулачками, но тот, не чувствуя ее ударов, навалился сверху, разорвал свободной рукой ворот ее рубахи и… обмяк. Мгновение спустя его приподняло и отшвырнуло в сторону, и в свете догорающего костра принцесса узнала Ингвара.
Он был страшен в этот миг. Неверные отблески огня искажали черты лица, и в них проступало что-то первобытное, жуткое. Веревок на руках не было, зато имелся камень, измазанный чем-то темным. Лишь через несколько секунд Иллия поняла, что это кровь и что булыжником ее спутник банально проломил конвоиру башку. Но к тому моменту, как она это сообразила, все опять поменялось.
Второй конвоир тоже проснулся, услышав возню, а соображал он быстро. Секунды не прошло – и вот он на ногах, без сапог, но с мечом в руке. Ингвар развернулся к нему, и лица его видно не было, но голос звучал насмешливо.
– Помнится, вы хотели поучить меня искусству фехтования?
– Обойдешься, щенок, – конвоир мягко шагнул вперед, легко уклонился от брошенного Ингваром камня и сделал выпад, быстрый, но осторожный.
– Ну вот, так я и думал, – Ингвар легко уклонился и шагнул влево, сохраняя дистанцию. – Тогда уж не взыщите – жалеть вас не буду.
– Напугал, – презрительно ощерился конвоир и рубанул, на сей раз уже по-настоящему.
Дальнейшее Иллия видела, но не вполне поняла, как все происходило. Меч еще только начал движение, а Ингвар вдруг качнулся вперед. Словно распластавшись по земле, он скользнул к противнику, резко сократив дистанцию, поднырнул ему под руку и нанес быстрый, резкий удар. Один-единственный.
Конвоир замер. Пару секунд он стоял, будто в параличе, а потом всем телом рухнул на землю. И что-то подсказывало замершей от страха Иллии, что в этом теле не больше жизни, чем в валяющихся рядом камнях. Зазвенел выпавший из разжавшейся ладони меч.
– Ур-род, – Ингвар презрительно сплюнул. – Жил скотиной – и сдох, как свинья.
– Это как ты его? – неожиданно для самой себя безразлично спросила Иллия.
– Надо знать, куда и как бить, остальное просто, – отмахнулся парень.
– Тоже дядя Ричард научил?
– Нет, отец…
И тут Иллию словно прорвало. Вначале защипало в глазах, потом по щекам покатились крупные, словно горошины, слезы. И, наконец, она, не выдержав, разрыдалась. А секунду спустя Ингвар обнял ее за плечи, прижал к себе и зашептал в ухо:
– Все-все-все, спокойно-спокойно. Все уже прошло, я рядом. Тихо-тихо-тихо…
В ответ Иллия разрыдалась еще громче, обхватив обеими руками Ингвара за шею, моментально промочив слезами насквозь его и без того не слишком чистую рубаху и прижавшись, словно в поисках укрытия. Но это были уже самые обычные слезы. Просто… женщинам надо иногда поплакать.
Ингвар
Вообще, очень многое можно узнать и понять, слушая чужие разговоры. Особенно если твой слух пусть ненамного, но все же острее, чем у обычных людей. Тоже эльфийское наследие, спасибо матери. А конвоиры разговаривали между собой, не в пути – там в основном были чисто деловые реплики по поводу неожиданно вздувшегося из-за дождя ручья или какой-то особо ядовитой змеюки – а на отдыхе. Они тоже люди, им скучно бывает. А человек, умеющий слушать и слышать, многое сможет понять и на основе этой информации построить линию поведения.