Избранные циклы фантастических романов. Компиляция. Книги 1-20 (СИ)

К тому же был еще один, крайне малоприятный нюанс, связанный именно со стихийной эмпатией. Демин просто не мог сдержать рвущиеся наружу в момент пикового напряжения эмоции. Когда это касалось его корабля, подобное было даже и к лучшему. Храбрый офицер, в сражении Демин не чувствовал страха, только упоение боем, и то же самое ощущали его подчиненные. В результате его корабль был едва ли ни лучшим в секторе, да и те, кто служил с командором, предпочитали держаться именно его. Доказательством был редкий факт – когда Демин шел на повышение, получая новый корабль, команда со старого шла вместе с ним практически в полном составе. Многим офицерам это портило карьеру – некоторые уже сейчас могли бы иметь под командованием собственные корабли, но мало кто уходил, и костяк экипажа оставался одним и тем же уже давно. Однако в жизни есть не только корабли и экипажи, бывает ведь и великое множество людей, далеких от войны. Результат – никакой нормальной личной жизни. В свои пятьдесят лет (для имперца не возраст, конечно, продолжительность жизни давно зашкалила за полторы сотни, но все же цифра показательная) Демин семьей так и не обзавелся – ни одна женщина рядом с ним больше месяца не выдерживала. Командор их не осуждал, но постепенно замкнулся в себе и пристрастился к общению в сети. Даже легенду себе выдумал – мол, клерк, скучный маленький человечек, всю жизнь занимающийся мелкими бумажками. А что? Не признаваться же, что ты офицер, если подписками опутан, как рыба сетью. Чревато, знаете ли. Вот и сейчас он намерен был пофлиртовать с одной из знакомых, домохозяйкой из какого-то периферийного мира. Какого конкретно, Демин так и не узнал – женщина признаваться не хотела, а он не настаивал. В конце концов, у каждого есть право на маленькие личные секреты, и нечего лицо кривить, когда сам такой. Как способ релаксации подобное общение его устраивало, и сейчас командор намерен был отвлечься от жизненных тягот именно таким образом.
Увы, человек предполагает, а начальство располагает. Не успел Демин обменяться с подругой дежурными приветствиями, как пришлось извиняться и сворачивать разговор – в углу экрана замерцал сигнал вызова, и это, увы, было серьезно. Вице-адмирал [6] Кольм, командующий флотом сектора, был мужиком справедливым, но резким и крутым на расправу, а значит, следовало бросить все и ответить. Что Демин, собственно, и сделал, переключив каналы и получив возможность лицезреть затянутое в безукоризненный парадный мундир начальство.
– Илья Васильевич, – за вежливым обращением скрывалась, как в толстом слое ваты, сталь приказа, – я прошу вас зайти ко мне. Немедленно.
Учитывая, что Демин был у него буквально только что, получив по шее за упущенный авианосец конфедератов, эти слова звучали несколько странно. Тем не менее, приказы не обсуждают, а выполняют, и потому спустя пятнадцать минут командор уже был на базе, огромной, жутковатого вида и еще более жуткой мощи космической крепости, неспешно плывущей по орбите Великой Индии, планеты аграрной, но густо заселенной, а потому занимающей доминирующие позиции в этом окраинном секторе Империи. Еще через десять минут Демин стоял у дверей адмиральской каюты.
Дверь как дверь, ничем, кроме таблички, от других не отличалась. Адмирал не был аскетом, но и лишней роскошью себя окружать в его привычки не входило, поэтому каюты, которые он занимал, были всегда стандартными и, прямо скажем, немного обезличенными. Впрочем, уже само имя адмирала заставляло трепетать почти всех, кто, бывало, стоял у этих дверей. Впрочем, Демин, к их числу не относился – во-первых, это было не в его характере, а во-вторых, слишком давно он знал Кольма. Если конкретно, то с училища – в одной группе учились, на соседних койках спали, вместе в самоволки бегали. Так что бояться вице-адмирала в число привычек Демина не входило. Другое дело, что в рамках служебного общения он тщательно дистанцировался от старого товарища, дабы не было соблазна впасть в панибратство и тем самым подорвать его авторитет. Кольм это понимал и ценил, и его тоже можно было понять – тех, на кого он мог положиться так, как на Демина, у него под началом больше не было.
 
Стряхнув с рукава черного мундира несуществующую пылинку, командор вдавил кнопку интеркома и, получив разрешение, шагнул внутрь. Ну вот, теперь понятно, с чем связан парадный мундир Кольма. Хотя тот и не терпел у других, да и у себя тоже, неряшливости, просто так в эту жутко неудобную одежду обряжаться бы не стал. Хорошо еще, что Демин, обратив внимание на его форму, в свою очередь оделся по-парадному. Сейчас это было как нельзя кстати, потому что кроме вице-адмирала в каюте присутствовали еще трое, и все в более высоких чинах. Ну да, вон тот, с погонами генерала армии, немалая шишка в генштабе, расположился за круглым столом, радом с ним – начальник флотской разведки, полный адмирал, ну а третий, удобно устроившийся в адмиральском кресле… Вот из-за него-то, хотя он и был одет в штатское, уж точно стоило нарядиться, как на императорский прием. Это был, не много ни мало, принц Валерий, третий сын императора. Какими делами он заведует, Демин не знал, но догадывался, что чем-то очень серьезным – в семье императора бездельников не было.
Этой традиции было уже много веков. Фактически, она пошла с того самого дня, как первый император, лихой адмирал и герой с трудом выигранной войны, организовал из нескольких окраинных миров, мощное государство, в настоящее время уверенно доминирующее в этом секторе галактики.
Вообще-то Демину по всем канонам, полагалось онеметь и стоять столбом при виде столь высоких персон. Другое дело, заниматься подобной ерундой он не стал – во-первых, понимал, его вызвали не для того, чтобы проверить выправку, наверняка есть дела и важнее, и серьезнее, а во-вторых, нравы в Империи были достаточно простыми. Во всяком случае, рабское преклонение перед вышестоящими было не в чести. Империя была государством свободных людей, и подминать индивидуальность не стремилась.
Так что сейчас высокое начальство изучающе созерцало Демина, а тот, в свою очередь, не менее изучающе, хотя и более деликатно, рассматривал их. Зрелище, кстати, было внушительное – все очень высокие, крепкие, ну да ничего удивительного. Культ физической силы существовал в Империи еще с тех пор, когда она представляла собой всего лишь жалкую кучку кое-как объединенных планет фронтира. Опять же, все светловолосые – ну да это вообще отличало имперскую знать, которая формировалась когда-то из представителей нескольких весьма близких по происхождению народов, и с тех пор цвет волос, равно как и черты лица у представителей старых родов были чем-то вроде доминирующего признака. Другое дело, что и Демин мог похвастаться такой внешностью, хотя к знати не имел никакого отношения.
Между тем, собравшиеся, очевидно, остались довольны увиденным. Во всяком случае, смотрели на командора вполне благосклонно. Наконец, показав, что первичный осмотр состоялся, принц кивнул:
– Ростислав Федорович, это и есть ваш человек? Полагаю, будет не лишним, если вы нас друг другу представите.
Вот так вот. И плевать, что все и без того знают, кто есть кто. Флотский этикет – великая вещь, так что придется выслушивать.
– Благодарю, Валерий Арсентьевич, – кивнул тот. – Итак, Валерий Арсентьевич Александров…
– Без титулов, прошу вас, – принц с трудом скрыл гримасу, похоже, выслушивать дифирамбы в свой адрес ему уже порядком надоело.
– Слушаюсь. Валерий Арсентьевич у нас – руководитель службы контроля за научными разработками.
Принц простецки ухмыльнулся – очевидно, это была не единственная его функция в руководстве Империи. Однако дополнять Кольма не стал, видимо, в данном случае, того, что сказал адмирал, было вполне достаточно. А может, Кольм и сам больше ничего не знал.
– Адмирал Семяшкин, Виктор Иванович, – продолжал между тем Кольм. – Начальник разведотдела императорского флота.
Адмирал спокойно кивнул, не отводя от Демина спокойного, изучающего взгляда. Страшный человек, такой любому башку ради интересов дела смахнет и не поморщится; наслышаны, как же…