Избранные циклы фантастических романов. Компиляция. Книги 1-20 (СИ)
Дом старосты не стали даже и искать, просто рванули прямиком к местному сельсовету, где и обнаружили лениво вышедшего на крыльцо офицера, судя по возрасту и выражению лица, из «вечных лейтенантов», и несколько солдат. Их, не останавливаясь, перерезали одной короткой очередью, после чего рванули дальше, проходя деревеньку насквозь. Тратить время на поиск остальных немцев не стали – все равно они, если не дураки, предпочтут залечь и не высовываться. Ну а если дураки – вылезут сами. Только уже практически за околицей обнаружилась телега, в которую орлы с винтовками и белыми повязками на рукавах гражданских пиджаков закидывали какие-то мешки. Они даже не поняли, что к чему, когда идущая следом за бронемашиной «двойка», чуть довернув, вмяла их в чернозем, и лишь чудом уцелевшая лошадь умчалась прочь, волоча за собой переломанные оглобли. Все, начало положено!
Во второй точке, где по плану Мартынова им следовало засветиться, все оказалось не то чтобы сложнее, а, скорее, намного муторнее. Фрицев здесь не было, а полицаи, суетливо вышедшие для встречи хозяев, рванули прочь как тараканы, оставив на земле пару трупов. Зато староста…
Колоритный был мужик – среднего роста, плечистый, самую малость пузатый и с круглой, будто луна, физиономией, усиленной снизу окладистой бородой без единого седого волоса. Под черным пиджаком из хорошей, кстати, шерсти (как они во всем этом не спарятся, интересно) поддета совершенно идиотского вида жилетка. Хромовые сапоги самого пижонского вида. И, судя по всему, он совершенно не боялся нагрянувших без приглашения гостей.
По уму стоило бы просто гнать дальше. Ну, может, зацепить слегка танком избу этого самого старосты. Именно что слегка – ни «единички», ни «двойка» проходить сквозь стены добротных, ладно срубленных домов не приспособлены. Это вам не «тигры» с «пантерами» и даже не пошлая «четверка», их бревнами-кирпичами и покорежить может. Так что зацепить для лучшей памяти и ломиться дальше. Однако Сергей решил посмотреть на старосту поближе – и тут же об этом пожалел.
Так на него давненько не орали. Это, значит, в захваченной-то деревне. Староста орал самозабвенно, призывая на головы тех, кто учинил безобразие, за которое потом ему, старосте, отчитываться перед немцами, громы и молнии. Сергей подумал даже, что мужик сошел с ума. А потом вдруг понял: нет, все с этим бородачом нормально, просто он реагирует в соответствии со своими представлениями о жизни.
Как-то раз еще там, в своем времени, Хромов был свидетелем весьма интересной ситуации. Женщина, приехавшая из крупного города в центре России, стояла, уронив челюсть и выпучив глаза от ничем, в общем-то, не примечательного зрелища. И всего-то подъехал огромный внедорожник, из тех, что покупают люди, способные выложить пять-шесть миллионов на новую игрушку, не глядя. Открылась дверь, и из сияющего белой кожей салона вылез хозяин. А следом за ним выпрыгнула собака – самая обычная дворняга абсолютно неаристократичной внешности. И вот это обстоятельство вызвало у дамы культурный шок.
У них, если верить ее словам, собака – признак статуса хозяина. То есть понятно, если в машине бультерьер, ротвейлер или, к примеру, чихуахуа. Да бог с ним, овчарка на крайний случай тоже сгодится. Но дворняга…
И не укладывалось в ее куцых мозгах, что собака далеко не для всех людей статус. Это друг, компаньон, просто защитник… Вон, у мэра, это Сергей точно знал, собак аж две штуки. Причем одна – такая же беспородная гавкалка, притащенная когда-то сыном этого самого мэра. Правда, тогда и он мэром еще не стал, и псина была еще неуклюжим и забавным щенком, но не это главное. Суть в том, что кому-то статус застилает глаза, а кто-то просто живет и не парится. Конкретно же этот человек, вполне может статься, и впрямь неглупый и грамотный, на вопросах своего статуса был помешан. И, как следствие, просто не понимал, что остальным горячо плевать на его представления о мире и занимаемых в нем местах.
Подобное, наверное, следует лечить. Вот только у Сергея не было при себе галоперидола [77]. Его здесь, наверное, вообще еще не изобрели. И из доступных лекарств оставалось только одно…
Выстрел из маузера прозвучал неожиданно резко. Староста рухнул с громким оханьем, а Сергей, повернувшись, зашагал к бронетранспортеру. Ловко забрался внутрь и махнул рукой – погнали, мол. Крутанулись гусеницы, и машина вновь рванула по дороге. Староста остался лежать. Возможно, простреленная нога вернет ему душевное спокойствие. А может, и нет – тогда партизаны рано или поздно его повесят. Тоже, если вдуматься, лекарство от психоза, причем самое радикальное.
Два дня спустя все они, расположившись буквально в паре сотен метров от окраины города, рассматривали конечную цель их путешествия. Город. Очередной. Сколько их в этом мире они успели повидать… Чуть больше предыдущего, а так – одно и то же. Никаких достопримечательностей, разве что небольшой железнодорожный узел, даже с депо, который, собственно, и планировалось сейчас разрушить. Вот уж шуму-то будет! В общем, то, что нужно.
Правда, и оборона выглядела покрепче, чем раньше. Гарнизон вполне полноценный, человек пятьдесят, не меньше, пара скорострельных зениток у станции. Еще вышки с пулеметами. Тот еще орешек, и если не получится выпотрошить фрицев, застав их врасплох, придется рвать когти. Хотя, с другой стороны, это тоже вариант, поскольку основная цель – наделать шуму – будет достигнута в любом случае. Но все равно, хотелось бы покрошить немцев побольше – за последнее время Сергей успел проникнуться острым желанием убивать немцев при первой возможности и потому разрушить здесь все считал едва ли не делом чести.
В голове раздался грохот. Это начали рушиться грандиозные планы… А все потому, что взвился из-за длинного и высокого не по чину здания депо могучий столб дыма, и выползло из его ворот на всеобщее обозрение широкое, тупое, неуклюжее даже на вид рыло бронированного вагона, увенчанного артиллерийскими башнями, второе…
– Бронепоезд, – с каким-то непонятным восхищением выдали стоящие рядом проводники. Хором, что интересно. Мехвод с «двойки», тоже с интересом взирающий на поле грядущей битвы, крепко выругался, забыв, что среди них дама интеллигентного воспитания, и тут же закашлялся, скрывая смущение.
А ведь было от чего ему ругаться, было. Стальная каракатица на рельсах только в видимых отсюда броневагонах несла навскидку штук пять орудий, и это она еще не полностью вылезла. Хорошо еще, заметили до того, как начали атаку, а не то хреново было бы. На бронепоезде не только орудия, там еще и экипажа человек сто, а может, даже больше. Впрочем, и меньше тоже может быть – в бронепоездах Сергей разбирался, как свинья в апельсинах. Не интересовался он ими в той жизни. И, получается, зря.
– Оригинально, – хмыкнул позади Селиверстов.
Сергей обернулся:
– Что ты там увидел?
– То, чего не видел раньше, – парень отложил в сторону бинокль. – Ты, старшой, раньше бронепоездов не видел, что ли?
– Видел, – не моргнув глазом соврал Хромов. Точнее, не соврал, просто не стал уточнять, что разве что в кино их наблюдал. – Просто не интересовался особо. Не мой профиль.
– А-а… Ну, так я тебе скажу, бронепоезд не немецкий, а вполне наш. И вагоны характерные, и башни.
– Угу. Похоже, от Т-28…
– Да. Я такие на бронепоезде один раз только видел. Служить пришлось на одном, три месяца, пока в пехоту не перевели. Тот попроще был.
– За что перевели?
– Подрался с одним… резвым. Чуть до трибунала не дошло, хорошо, лейтенант, который дело вел, нормальный попался. Сумел как-то дело повернуть, что только из экипажа списали. Но не в том суть. Откуда он у немцев?
– Трофей, вестимо, – Сергей безразлично пожал плечами. – Танков они вон сколько захватили – почему бы и на бронепоезд лапу не наложить? Хреново только, что встретили мы его здесь и сейчас, ну да, видать, такова наша планида.