Избранные циклы фантастических романов. Компиляция. Книги 1-20 (СИ)

Знали они, стоит признать, немного. Просто в их городке стоял немецкий гарнизон, сейчас находящийся в состоянии «низкого старта». О том, что где-то неподалеку гуляет сильный отряд окруженцев (Хромов с Альбертом переглянулись и невольно фыркнули), немцы знали и, откровенно говоря, побаивались. Вернее, сначала-то им плевать было, как же, победоносный вермахт и все такое, но потом, видимо, информации накопилось достаточно, чтобы сообразить: неполную сотню «зольдатен» без намека на бронетехнику русские, случись им завернуть на огонек, намотают на гусеницы походя. Обстановка, соответственно, царила нервозная, а ведь надо было в городе и окрестностях еще и за порядком следить!
В понятие слежения за порядком входил и перехват таких групп беженцев, что встретилась им здесь и сейчас. Обнаружили ее с воздуха – ну да, в отличие от спаянного дисциплиной и имеющего опытного командира отряда Мартынова, эти тащились абы как и о маскировке особо не задумывались. Вот их и заметили, после чего с немецкой педантичностью доложили куда следует. И командующему гарнизоном майору требовалось как-то отреагировать. Он и отреагировал, вполне адекватно, кстати. Вместо того, чтобы распылять силы, выделяя для отлова надежных солдат, он отправил лейтенанта с унтером и группу свеженабранных полицаев. Все равно ни на что особое они не годились. Ну а те без особых проблем выследили не маскирующихся толком беженцев, догнали едва плетущихся людей да накрыли их на стоянке, благо тем и защищаться-то нечем было. Несколько винтовок у красноармейцев не в счет, те и за оружие-то схватиться не успели. Вот и вся история…
Двумя часами позже Сергей докладывал о происшедшем Мартынову и прочей честной компании, стараясь делать это максимально четко и точно, ничего не добавляя от себя. Видимо, получилось неплохо – полковник лишь кивал одобрительно. Да и остальные, включая местных кадров, тоже не выказывали особого неодобрения. Только под конец один, здоровенный, как лось, младший лейтенант из пехоты, поинтересовался, а как же слова о том, что никого не надо спасать. Хромов в ответ лишь пожал плечами:
– Я их вытащил, конечно. Вот только мнения своего не изменил. Они абсолютно бесполезный для нас балласт, гиря на ногах.
– И что, у тебя есть предложения?
– Конечно, – Хромов усмехнулся. – Дать им оружие из наших запасов. У нас его хватает. Вон, хотя бы с этого боя оставшееся. Два десятка стволов – не комар чихнул. Пускай забирают – и шагают на все четыре стороны.
– И что с ними дальше будет?
– Думаю, если не испугаются, то они имеют неплохой шанс организовать партизанский отряд. Как показывает опыт Великой Отечественной, перспектива у такого рода движения неплохая.
– Чей опыт? – Кириленко влез, как всегда, невовремя. Но, зараза, наблюдательный, оговорку во фразе уловил моментом. Впрочем, там и оговорки-то одно слово, сейчас разрулим.
– Отечественная война тысяча восемьсот двенадцатого года. Помните о такой? Когда Великая армия Наполеона приперлась к нам – и крестьяне подались в леса. И подняли французов на вилы. И этих поднимут, если будут достойны предков. А тебе я бы посоветовал учить историю, а не только по девкам бегать.
Кириленко покраснел, как рак. Историю он и вправду знал плохо, а с женским полом ему стабильно не везло. Ходить налево пытался раз за разом, но результат каждый раз не стоил затраченных усилий, что служило регулярным поводом для подначек товарищей. И, зная это, Сергей нанес coup de grace [64]:
– Не переживай, ходить налево – это норма. Женщина священна… А настоящие мужчины всегда ходят в святые места.
Дружный хохот прекрасно понявших подоплеку людей был ему наградой за проявленное остроумие. Кириленко стал даже не красным – пунцовым. Но, вместо того, чтобы спустить дело на тормозах, – ну, позубоскалят и забудут – вскочил и со свойственной молодости горячностью полез в бутылку:
– А ты кто такой, чтоб меня учить, а? Ты чего себе позволяешь?
Вот это было ошибкой. Конкретной. В любой сколоченной «на коленке» группе, неважно, партизанском отряде или обычной банде, формальные звания имеют не такой уж большой вес. Куда важнее заслуги и близость к вожаку, Сергей же сейчас превосходил танкиста и в том и в другом многократно. Но и спускать наезд с рук было нельзя. Принцип волчьей стаи – любой должен подтверждать свое место в иерархии, и потому реакция последовала незамедлительно:
 
– Слышь, удод, ты на меня шрифт не повышай. Затру, как магнитом.
Сленг будущего для Кириленко был незнаком, но смысл он понял и назад сдавать не собирался:
– Ты что, боец, совсем о дисциплине забыл?
– А ты у меня присягу принимал? Или давно за колючкой не сидел?
– Ах ты!.. – напоминание об унижении плена заставило Кириленко схватиться за кобуру. «Я думал, он умнее», успел подумать Сергей, удивительно хладнокровно наблюдая за происходящим. Впрочем, нервничать было не из-за чего. Сразу несколько рук схватили развоевавшегося лейтенанта за руки, дернули вниз и отобрали пистолет. И только после этого раздался спокойный, чуть брезгливый голос Мартынова:
– Отставить! Ишь, развоевались. Как будто вам немцев мало…
После этого он высказал очень много нелицеприятных слов о происходящем. Досталось обоим – одному за то, что скандал провоцирует, другому – за полное отсутствие мозгов. В общем, обоих отправили проветриться, тут же и наказание выписав. Кириленко – дежурным по лагерю неделю, Хромову – заниматься все теми же беженцами до тех пор, пока не придумают, что с ними делать. А это тот еще геморрой – и на довольствие ставить, и жалобы выслушать, и маскировкой озаботиться и еще куча мелочей, что, в свете тотального отсутствия дисциплины, превращало работу с ними в филиал вялотекущего ада.
Впрочем, с задачей Сергей, к собственному удивлению, справился. Правду говорят, что кадры решают все, а у него кадры имелись. И для начала «главкадр», в смысле Громов, прихватил за шкирку тех красноармейцев, что уже шли с беженцами. Ну а что? Обстановку они знают, понятие о дисциплине имеют и, что дальнейшая судьба их зависит от того, насколько они будут нужны командованию, тоже соображают. Ну а остальное проще. Так что в течение каких-то двух часов была осуществлена маскировка, выставлены караулы, показано, где можно гадить, а где нельзя, и весьма оригинально решен вопрос с жалобщиками. Просто объявили, что будут рассматриваться только заявления, поданные в письменной форме – и все! А если кто-то не знает языка, не имеет бумаги и принадлежностей для письма – так это исключительно его проблема. И большинство вопросов, явных, а чаще мнимых, сами собой потихоньку рассосутся.
Правда, как Сергею вечером по секрету поведал Востриков, нашлись лихие бабы, что направили стопы аж к Самому Главному, прорвались до Мартынова сквозь охрану и засыпали его претензиями уже на самого Хромова. Тот подумал немного – и вышел из положения, используя опыт младшего. Все претензии в письменном виде. Словом, отмахались.
Куда худшей оказалась проблема с продовольствием. Как только беженцы пришли в себя, то подавляющее большинство тут же решило, что их обязаны не только защищать, но и кормить-поить. При этом собственное же продовольствие может полежать в телегах. Нормальный для людей ход мысли, если только не учитывать, что по запасам группы Мартынова это било, как молотком по стеклу. А намек на то, что коров придется бросить, вызвал бурную истерику. В общем, Сергей в очередной раз убедился, что прав, не желая тащить их за собой. А толку-то…
Вечером он, окончательно вымотанный, сидел на полусгнившем бревне у костра и рассматривал найденную в одной из телег игрушку. Как оказалось, оружия у беженцев хватало. Не только те несчастные винтовки, что были у обезоруженных в первые секунды бойцов. Нашлось еще более тридцати стволов, большей частью, правда, охотничьих ружей, но попадались и вполне себе пристойные экземпляры винтовок, зачастую самых невероятных систем, и даже один автомат нашелся. Причем польский – Сергей даже не знал, что такие бывают. И пистолеты тоже нашлись. В препоганом состоянии, кстати, не особенно за ними следили. Впрочем, Сергей, прибарахлившийся сегодня в дополнение к уже имеющимся стволам реквизированным у погибшего офицера вальтером РР, не особенно ими заинтересовался. Главное, что он понял, вооружены эти люди были неплохо, вот только себя почему-то защищать не пожелали.