Избранные циклы фантастических романов. Компиляция. Книги 1-20 (СИ)
– Э-э-э-э… – король не был оригинален. Впрочем, это была стандартная реакция тех, кто сталкивался лицом к лицу с решительно настроенным Корбином. Сейчас же в его намерениях сомневаться не приходилось – граф никогда и никому не прощал обид.
Между тем, Корбин благосклонно кивнул королю:
– Вы, Ваше Величество, невероятно точно выразились. Действительно, э-э-э-это что тут происходит, бабушку вашу винтом да об коромысло? – и, мгновенно согнав с лица улыбку, резко мотнул головой в сторону Дидера: – Взять!
Двое его учеников стремительными тенями устремились вперед и, прежде чем кто-либо успел прийти в себя, ловко заломили королю руки и поволокли его к Корбину. Обидно для коронованной особы, особенно если учесть, что эти двое были девушками. В то же время, остальные ученики выдвинулись к кучкующимся рядом магам и как-то очень ловко распределились между ними. Корбин, глядя на это, одобрительно кивнул – все же не зря была потрачена масса сил на их обучение. Сейчас ребята действовали четко и уверенно, как на тренировке.
Первым пришел в себя и сообразил, что ситуация вышла из под контроля, высший. Корбин его знал, естественно – Фалек, маг земли, по специальности строитель. Ну да почти все, кто по магии земли дар имеет, в строители подаются – там скорость не нужна, а вот сила и возможность легко манипулировать каменными глыбами, соединяя их между собой, очень востребованы. Вот и Фалек был типичнейшим представителем этого племени, но сила силой, а сейчас недостаток скорости его подвел.
Фалек поступил достаточно умно, попытавшись тихонько и не привлекая лишнего внимания сотворить какое-то неизвестное Корбину заклинание, однако не учел, что каждое движение его отслеживается и фиксируется. Лишь только он шевельнул пальцами, как один из учеников Корбина врезал ему подкованным металлом сапогом в промежность, второй добавил локтем по хребтине, тут же подоспели еще двое, и вчетвером они начали беззлобно, но сильно месить Фалека ногами. Корбин удовлетворенно усмехнулся – ребята были опытные, именно они по зиме взяли в ножи старушку Фан, поэтому вмешательство наставника здесь явно не требовалось. Отметелят корчащегося на грязной мостовой Фалека до потери сознания, а надо будет – и вообще затопчут. Это ему, придурку, не в комфортных условиях силу демонстрировать да издали противника обстреливать, в бою часто надо одновременно и удар держать, и самому уметь бить, а вот этого-то Фалек, человек абсолютно гражданский, делать и не умел. Вот и получил в результате по сусалам от мальчишек, с которыми, теоретически, должен был справиться одним пальцем.
– Ну что, козлы, хочет еще кто-нибудь что-то сказать? – обратился Корбин к остальным магам. Те мялись, сбившись в кучку, опасливо поглядывая на учеников графа, которые, поигрывая рубящее-режущими предметами, окружили их со всех сторон и только и ждали команды, чтоб прикончить здесь всех. Волчья стая вокруг стада баранов, иначе и не назовешь. Корбин окинул взглядом эту испуганную толпу, в которую превратились еще недавно гордые и уверенные в себе маги, и презрительно сплюнул. – Я так и знал, что мы придем к единому мнению по этому вопросу. Всем лечь, руки за голову!
Наблюдая, как маги, отлично осознающие свое бессилие и весьма опасающиеся, что их, в перспективе, очень долгая жизнь может прямо сейчас бесславно прерваться, выполняют приказ, Корбин горько усмехнулся. Мельчают, мельчают люди. Он бы, например, попробовал рыпнуться, да и его ребята тоже, а эти… Мужчины, елки-палки, только по половому признаку. Граф перевел взгляд на королевских солдат:
– А вам что, особое приглашение нужно? Оружие на землю,………, и мордами вниз!
– Вперед! – внезапно заорал какой-то сотник из королевской охраны и рванул из ножен меч. В следующий момент в его левой глазнице как по волшебству возникла стрела и он, так и не успев обнажить оружие, с грохотом рухнул на землю.
– А если кто хочет погеройствовать – милости прошу, – совершенно спокойно указал на него Корбин. – Ну а остальные имейте в виду, что погибнет не только буян, но и те, кто стоял рядом.
Небрежный жест, щелчки арбалетов, и четверо, стоявших рядом с сотником, осели на мостовую. Корбин зло посмотрел на остальных:
– Ну что, скоты, будете подчиняться, или перестрелять вас здесь всех во славу вашего придурка-короля?
…Когда последние брошенные мечи перестали звенеть на камнях мостовой, Корбин украдкой перевел дух. Ему совершенно не хотелось устраивать бойню – не потому, что с ним случился приступ человеколюбия, а потому, что разбрасываться людьми в разгар войны непозволительная роскошь. К тому же, ему совершенно не хотелось терять своих людей, а при таком количественном соотношении, как сейчас, потери были неизбежны. Однако все прошло, как надо – эти, с позволения сказать, вояки, ломались как сухие прутья. Теперь можно было заняться, собственно, и тем, ради чего Корбин сюда и пришел.
– Ну что, скотина, – повернулся Корбин ко все еще стоящему, согнувшись в три погибели, королю. – Такая у тебя благодарность за спасение?
Тот булькнул что-то и взвыл. Сейчас его держала только одна девушка, вторая просто стояла рядом и поигрывала аккуратным кинжальчиком, с задумчивым видом примеряя его то к носу, то к уху, то к глазу короля. Король косил на нее огромным, налитым кровью глазом, но сделать ничего не мог – Петра держала его руку вроде и небрежно, но любой понимающий человек сразу определил бы, что освободиться от такого захвата не так-то просто. Больше того. Любое движение причиняло сейчас королю массу неприятных ощущений, а девушка, в свою очередь, могла в любой момент банально вырвать ему кисть из сустава.
– Отпусти, его, Петра, – Корбин щелкнул пальцами. Ученица сделала капризную рожицу, но короля все же оставила в покое, присоединившись к подруге. – Ну, как тебе, крошка Ди, наша баронесса?
– Какая баронесса? – выдохнул, с трудом разгибаясь, король, еще не оправившийся от шока и не въехавший до конца в происходящее. – Какая, вашу мать, граф, баронесса?
– Товарищ не понимает, – разочарованно вмешался в разговор незаметно подошедший Лик. – Может, объяснить?
– Не надо. Ты так объяснишь, что потом кости по всему двору собирать придется.
– Будто ты объяснять иначе будешь…
– Мне можно, у меня звание соответствующее и должность… И вообще, герцог, шел бы ты… У тебя что, других дел нет?
– Перетопчешься. Чтобы я – да такое зрелище пропустил? Не дождетесь!
– Какая баронесса? Какой герцог? Вы здесь все что, белены объелись?
– Молчать! Стоять смирно, когда с тобой разговаривает полусотник!
– Лик, успокойся, мальчик просто еще не понял. Вот что, твое бывшее величество, перед тобой – новый герцог Санторский. Державшей тебя девушке я дам баронский титул, да и остальных не обделю. Все-таки в том, чтобы быть королем, есть и светлые стороны. Вот и буду их использовать по мере сил и возможности.
– Каким королем?
– Багваннским, конечно. Ты, я вижу, никак не поймешь. Все, низложен ты, низложен. И целая куча твоих прихлебателей пойдет в распыл, как не оправдавшие доверия.
– Да я…
Король дернулся было, пытаясь схватиться за меч, который у него так и не отняли, но Петра, по-прежнему стоявшая у него за спиной, ловко перехватила его руку и вновь выкрутила, да так, что Дидер упал на колени. Корбин усмехнулся, глядя на него сверху вниз:
– А ты, однако, дурак. Не понял еще, что ли, кто здесь самый главный папа? Сейчас объясню. Петра, да отпусти ты его. На островах говорят, что дворян бьют только в перчатках. Думаю, они правы.
С этими словами Корбин ловко натянул на рук тяжелую, поблескивающую металлическими пластинами латную перчатку и с чувством врезал только что вставшему Дидеру по зубам. С улыбкой посмотрел, как тот вновь ползает на коленях, выплевывая выбитые зубы, и еле удержался от того, чтобы не добавить сапогом. Тут его, правда, отвлекли.
– Кори, мальчик мой! Ты живой!
Корбин обернулся и едва не упал – с одной стороны его обнял Корнелиус, с другой – Рейна, на шее повисла визжащая от радости Элька…