Избранные циклы фантастических романов. Компиляция. Книги 1-20 (СИ)

Корбин появился в конюшне, как чёртик из табакерки, возникнув за спиной Джурайи. Как обычно, окинув её оценивающим взглядом, под которым она привычно поёжилась, он задумчиво перевёл взгляд на стойло парнокопытной парочки.
– Как дела? – нейтрально поинтересовался Корбин.
– Беременность протекает без осложнений, – дежурно ответила Джурайя. – Извини, мне бежать надо. Корнелиус просил зайти до обеда, Прим со своими анализами замучил. Опять что-то проверять хочет. У меня крови столько нет, сколько ему для исследований требуется. Может, вампиров подкармливает? С него станется.
Корбин, обычно острый на язык, не торопился отвечать, и Джурайя восприняла его молчание как конец разговора. Вздохнув, она исчезла в своём карманном телепорте, которым теперь пользовалась надо и не надо.
В поместье Корнелиуса Корбин больше не появлялся. А ведь в тот день ей казалось, что он хочет её о чём-то спросить и не решается. Это было очень странно, особенно принимая в расчёт тот факт, что Корбин и нерешительность – понятия несовместимые. Джурайя вспоминала, как он мужественно хромал на отшибленной ноге, босой, по степи, как, чертыхаясь на двух языках, чинил свою многострадальную конечность, и недоумевала всё больше и больше. То он задницу ей надрать обещает, то босой спасать кидается, а теперь вот вообще пропал… Он сам-то знает, чего хочет?
– Корбин на тебя запал, – уверенно сказала Элька, выслушав Джурайин рассказ. Они сидели в саду возле свежего розового куста, отросшего от чудом сохранившегося черенка ТОГО самого куста, павшего смертью храбрых при испытаниях Белого Пламени. – Точно запал. Я же чувствую! Между вами аж искрит.
– Ну и где он, запавший? – скептически спросила Джурайя, задумчиво поглаживая стебли. Она и не замечала, что под её руками наливались бутоны нежно зеленели молодые листочки… В середине зимы на заиндевевших стеблях. Впрочем стебли сейчас были покрыты капельками влаги и даже на вид были тёплыми и упругими.
– А кому охота, чтобы его ещё раз за доброе дело обругали? – хмыкнула Элька. – Это ты тогда, под впечатлением, промолчала. А кто тебя, малахольную, разберёт? Может, ты очухаешься да и предъявишь ему, что он гад и паразит, и без уважения к твоему папочке надавал бедняге лещей?
– Ну не совсем же я дура! – возмутилась Джурайя, невольно представив себе эту сцену.
– А он об этом знает? – невинно поинтересовалась подруга.
– Наверное, даже не догадывается…- поскучнела Джурайя. – Судя по тому, что было – совсем дура. Вся в отца… А как он папашу ремнём по заду отходил! Любо-дорого смотреть! А то появляется через двадцать с фигом лет и нате, слушайтесь его, потому что он один раз удовольствие от жизни получил.
– Эльфы-то вообще отказались. Так что Древние, выходит, правильнее?
– Лучше бы и эти отказались. Спокойнее было без них.
– Ну, они же как лучше хотят – воспитывать, как родную…
– Не приведи Единый! Одного родного они уже воспитали – ничего хорошего не вышло. Толк из парня выйдет… А бестолочь останется!
– А как там лошадки? – перевела разговор на более безопасную тему дипломатичная Элия.
– Беременность протекает без осложнений, – автоматически ответила Джурайя дежурной фразой.
– Ну а вообще? Как там у них… отношения?
– У людей так не бывает, – задумчиво так ответила, со значением. – Знаешь, как Грей Амину опекает? Тебя Адрис так не обхаживает! Столько внимания, нежности, аж завидно!
– Да не обхаживает меня Адрис… – это что-то новенькое, подумала Джурайя. – Что-то с ним происходит, чувствую что-то, а что – понять не могу. Чужое, страшное… Опять спать стал уходить в свою голубятню. И орёт там во сне. Может, разлюбил, а сказать стесняется?
– Орёт?! – Джурайя аж подпрыгнула. – Он орёт, когда ему Фан снится.
– Знаю. Старая любовь не забывается?
– Успокойся. Мы же ничего не знаем. Пошли спросим – сам всё расскажет. – Джурайя решительно встала, стряхнув снег с одежды.- Ну чего? Боишься что ли? – окликнула она топчущуюся в нерешительности подругу. Элька, скашивая глаза, показывала подруге на что-то. – Что там? Говори сразу, я намёков не понимаю.
 
– Это нормально? – спросила Элька, придерживая полураспустившийся бутон.
– Блин! Конечно не нормально. Эльфийская кровь, ПрОклятый её задери… И что с ним делать? Давай букет нарежем что ли… Корнелиусу понравится.
Джурайя направила руку на куст и из ладони появился бело-голубой узенький лучик, которым она ловко срезала длинные стебли, увенчанные бутонами. На тонком запястье изящной змейкой лежал серебряный браслет, а на указательном пальце матово отблёскивало кольцо похожего плетения. Это было что-то новенькое. Раньше Элька не замечала у подруги пристрастия к украшениям.
– Красивое колечко. Только не на том пальце, – заметила она. – Да и браслетик подходит. Чей подарок, что я пропустила?
– Это артефакты, – ответила Джурайя, игнорируя игривый тон подруги. – Корнелиусу надоело, что я ему сад истребляю, и они с Примом вот это придумали. Браслет стабилизирует импульс, кольцо задаёт направление. Теперь Белым Пламенем можно пользоваться с ювелирной точностью, не задумываясь. Один раз параметры задам и забываю. Вспоминаю, только если режим поменять нужно.
– Здорово… – поскучнев, произнесла Элька. – А я думала подарок неизвестного поклонника…
– Ну их, поклонников. Пошли на задний двор, там Адрис с Алькой опять какую-то машину испытывают. Заодно и поговорим.
Адрис
Девушка танцует под луной. Лицо без выражения кажется застывшей маской. Мягкие движения тонких рук напоминают танец змей перед броском. Вот она поворачивает голову – и видит его, стеклянные глаза мерцают мёртвым блеском, глянцевая кожа кажется фарфоровой. Она приближается.
– Ты пришёл? Я так долго тебя ждала! – слышится шипящий голос. Звон. Странный, тонкий, вибрирующий звон заполняет всё вокруг. Её лицо надвигается. По гладкой коже идут трещины, его охватывает животный ужас – он не хочет, не может видеть, ЧТО скрывалось под красивой, мёртвой маской… Ноги становятся ватными, движения – замедленными… Он силится убежать, но не может даже пошевелиться… Маска взрывается тысячей осколков, а под ней – ужасная, старая образина! Морщинистое, одутловатое лицо покрыто трупными пятнами, оно хохочет, надвигается, безумные водянистые глаза вспыхивают жёлтым пламенем… А-А-А-А-А!!!
Проклятые сны… Сколько можно меня мучать?! Я скоро не выдержу и пойду убивать мерзкую тварь… Адрис передёрнулся, вспоминая ночной кошмар.
– Адрис! Врубай, готово! – крикнул Алька. – Ты чё, уснул?
Адрис легко впрыгнул на платформу странной конструкции и опустил рубильник. Конструкция пришла в движение, рычаги зашевелились, провернулись огромные шестерни, зверь-машина проползла несколько метров, нещадно коптя чёрным дымом, пару раз чихнула и с грохотом остановилась. От резкой остановки Адрис потерял равновесие и кубарем слетел на землю. Альберт, размазывая сажу под носом, разочарованно хмыкнул.
– Надо ходовую часть доработать, – прокомментировал он.
– И ремни для возницы, – добавил Адрис, кряхтя и стряхивая грязь с одежды. – А то все кости переломаю, пока ты свою самоходную машину до ума доведёшь. Привет! Давно не виделись! – это он уже Эльке, обмершей при виде падения любимого.
– Ага. С самого утра. – Элия с трудом приходила в себя. – Мы вот тут с Жулькой мимо шли, решили посмотреть, чем вы занимаетесь.
– И где она?
– Кто?
– Конь в пальто! Подруга твоя, кто ещё!
Элька повернулась назад и… никого не увидела. Зато почувствовала явный запах магии. Корнелиус поднял панику, едва услышав, что Джурайя внезапно пропала. Не тратя времени на бесполезную беготню, он начал с поиска. По всему выходило, что она сейчас в эльфийских землях. Прим подхватил след телепорта, учуянного Элькой и подтвердил подозрения отца – их Тридцать Три Несчастья опять вляпалась в неприятности. И по всему выходило, что без Корбина опять не обойтись…