Избранные циклы фантастических романов. Компиляция. Книги 1-20 (СИ)

К тому же Корбин трезво оценивал собственные силы. С маленькой, но очень профессиональной и отлично вооруженной армией он мог выиграть маленькую междоусобную войну, что, в принципе, и произошло. Он мог выиграть, ценой больших потерь и колоссальных усилий, но все же выиграть, и войну большую — все-таки были у него кое-какие козыри в рукаве. Но, во-первых, в этом случае затраты оказывались выше всех разумных пределов, и доходы с захваченных земель вряд ли окупили бы их в разумное время, во-вторых, разбить вражеское войско и захватить территорию — еще не значит ее удержать. Для этого, да и просто для того, чтобы внушить местным должное уважение и поддерживать порядок, необходима была армия в разы большая, чем была у Корбина. Такую армию сразу не наберешь и не обучишь, да и содержать накладно, и потому защитить вновь приобретенные земли возможным не представлялось. Соседи навалятся — на куски порвут…
Ну и еще нюанс был, для Корбина очень важный, хотя соседи, узнав об этом, подняли бы его на смех. Даже в случае победы будут потери, и доходами с новых земель убитых из могил не подымешь. А ведь это будут ЕГО люди, и если к потерям противника Корбин всегда относился без особого пиетета, то терять СВОИХ людей он терпеть не мог. Даже последний из его крестьян мог рассчитывать на защиту со стороны своего лорда, что уж тут говорить о солдатах, прошедших с графом не одну войну? Нет, не хотелось Корбину большой войны.
А тут ведь и королю вмешаться придется, хочет он или не хочет. Король ведь кто? Он первый среди равных. Ему налоги платят — а он армию содержит да ополчение созывает при нужде, ну и судьей служит в спорных вопросах. Власть его, по сути, держится на том, что мелких властителей куча, все по силам если и не равны, то сравнимы, и всем нужна нейтральная территория и непредвзятый суд. У прежних королей это получалось неплохо, хотя бы потому, что они армию мощную содержали, да и авторитетом пользовались. Нынешний же мало того что сопляк совсем, так еще и больше балами да охотами увлекается, плюс артисточек из театра королевского в койку со страшной силой укладывает. Потому и армия у него вдвое сократилась, что в нынешней ситуации очень нехорошо. Руалия на северо-востоке зубы точит, хорошо хоть она пока что занята в бесконечных пограничных конфликтах с Айнором, Идальгия с юга зашевелилась, да и степняки, похоже, уже вовсю на Багванну поглядывают. С нездоровым таким интересом поглядывают, сволочи. Плохо все это, а когда авторитет короля упал ниже уровня рва и всем его распоряжения вообще до лампады — еще хуже. А это значит, поддержит король сильных, не понимая, что сам себе яму роет.
Итак, с одной стороны, война имела плюсы в виде доходов от грабежа и, в перспективе, приращения территории, с другой — минусы в виде расходов, потерь и вероятного конфликта со всеми сразу. Корбин предпочел бы не воевать, однако и совсем не воевать было нельзя — все решат, что раз спустил с рук такую наглость, как попытку отнять законную добычу, значит, боится. Раз боится — значит, слаб, раз слаб — можно наброситься. Волчьи законы: только покажи слабость — сожрут. И то, что армию Тенора Корбин только-только разбил, забудут моментально — дворянчики понимают только силу, причем ее надо демонстрировать постоянно. Цейтнот… Приходилось искать компромисс, и Корбин его нашел.
Весь его план упирался в два допущения — что он успеет разгромить армию Тенора до того, как соседи успеют отреагировать, и что нынешнему владыке Тенора дорог его сын и наследник. Первого он добился даже легче, чем ожидал, а во втором ошибся — в конце концов, у старого графа были и другие наследники. Ну что же, придется сообщить парню о том, что его отец от него отказался, а там пусть идет куда хочет. Не убивать же его за это? Да и живой он куда ценнее — хотя бы тем, что наверняка захочет отомстить отцу, а это добавит владыке Тенора головной боли на много лет вперед. Главное, правильно донести до него информацию.
Впрочем, несмотря на провал идеи с наследником, ничего еще не было потеряно — город был взят и без договоренностей с графом Тенорским. Но тут уж Корбину, скорее, повезло — резерв времени оказался чуть больше, чем ожидалось. Ну и как раз к тому моменту, как Корбин принимал капитуляцию гарнизона, и прибыл маркиз-дипломат.
 
После этого оставалось только разыграть спектакль с возмущением, оттого что кто-то лезет не в свое дело, и выслушать сухую информацию о том, что в случае несогласия против него, Корбина, выступит альянс четырех провинций. Потом надо было немного осадить зарвавшегося маркиза, сказав ему, что армию лично его сюзерена он, Корбин, нарежет на ломтики хоть сейчас, пока тот не успел провести мобилизацию, а имеет под рукой всего лишь собственную невеликую дружину, причем почти без магов, а потом примется за остальных. С учетом того, что маг высшего ранга мог открыть неперебиваемый портал в любую точку и перебросить туда свои войска, угроза выглядела более чем реальной. Не факт, что получится, конечно, — гвардия герцога все-таки сила, да и у остальных войск немало, но крови в любом случае будет много. Хотя… Армия Тенора тоже была большой, и ключевым словом здесь являлось «была» — сейчас ее явно не было. Как раз в этот момент, очень, надо сказать, вовремя, подошел отряд Лика, таща за собой целый обоз трофеев, и маркиз слегка сбледнул с лица. Вместо сухого и надменного голоса в его речи послышались вполне человеческие, панические нотки.
Дальше главным было — не дать дипломату окончательно запаниковать и начать творить глупости, а дать понять, что сам-то Корбин воевать, в общем-то, не собирается, и если его оставят в покое, то он готов ограничиться только Тенором. Маркиз, поняв, что переговоры продолжаются и лично ему вот прямо сейчас по голове никто не настучит, воспрял духом и заявил, что это никак невозможно. Корбин почесал кончик носа и деликатно намекнул, что понес некоторые издержки, которые надо бы компенсировать, а без компенсации он никуда не уйдет. Маркиз поинтересовался, какие издержки, и получил ответ, что, мол, шли, сапоги били, стрелы опять же тратили. Поняв, что над ним издеваются, маркиз попытался вспылить, но тут как раз, в строгом соответствии со сценарием, вошел Шепелявый, выбранный на эпизодическую роль в этом спектакле исключительно за колоритную внешность, и доложил, что войска к переброске готовы. Маркиз снова сник и предложил условия, компенсирующие Корбину его издержки. Сам предложил, чего Корбин, собственно, и добивался. Дальше оставалось только поторговаться и получить ровно столько, сколько и планировалось. Новая граница графства Карри проходила теперь по высокому берегу реки, крайне затрудняющей любому, кто полезет с этой стороны, возможность переправы. Вдобавок новая граница была всего в половине дневного перехода от города, поэтому теперь войска графства Карри могли непрерывно угрожать главному и единственному городу Тенора, что делало новую войну для тенорцев безумием. Под руку Корбина отходила почти треть Тенора, причем отнюдь не та часть, которая была завязана на торговле, а западная часть герцогства, в которой традиционно процветали ткачество, добыча руды и выплавка железа. Корбин не без основания считал, что деньги имеют свойство кончаться, а хорошее железо всегда в цене. Словом, тенорцы считали, что легко отделались, а на самом деле экономику их графства сильно подкосили. А еще они, давно не видевшие войн, успели подзабыть о том, что солдатам, захватившим город, он отдается на три дня. Традиция такая, а нарушать традиции не стоит. Конечно, если бы маркиз начал настаивать на том, что город, в общем-то, принадлежит тому же королевству, что и графство Карри, а потому его не стоит разорять, Корбин бы пошел навстречу — доля правды в этом была. Однако маркиз, похоже, забыл про эту старую, добрую традицию, а напоминать ему Корбин, естественно, не стал.
Дождавшись, пока маркиз и сопровождающие его маги исчезнут в портале и портал закроется за их спинами, Корбин позволил себе расслабиться и усмехнуться. Мальчишка возомнил себя дипломатом! Он, помнится, успешно занимался переговорами еще тридцать лет назад с противниками, не чета этому, и не какому-то сопляку его учить. Еще раз усмехнувшись, Корбин дал отмашку, и с этого момента все последующие три дня город грабили.