"Фантастика 2023-117". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)
К чёрту!
— Держитесь, морские волки! — крикнул я, положив руку на рычаг, торчащий из палубы рядом со штурвалом. Впустил в него структурные вибрации и дёрнул изо всех сил.
Корабль рванул так сильно, что те, кто не послушались меня и не успели за что-нибудь схватиться, попадали на палубу и покатились, как сосиски. Хех, синяки научат их мгновенно реагировать на слова капитана.
— Й-я-ху!!! — радостно кричал Берг, обняв грот-мачту, будто любимую жену.
— Вот это я понимаю, скорость! — рядом с ним пристроился Починкко.
Корабль подпрыгивал на волнах. Если бы не щит, нас бы снесло к чертям!
Но был неприятный нюанс.
— Тео! Паруса! — встревоженно выкрикнула Марси. Одной рукой она овила руку Шона, а другой держала попугая.
— Вижу! — радостно крикнул я. — Плевать!
Паруса разорвало, и сейчас их ошмётки безвольно трепыхались, разлетаясь на кусочки по Сумеречным водам.
Обернувшись, я увидел за Франки-Штейном мощную водную струю. Именно она давала нам ускорение. Водяная пушка из ноздрей морского дракона. Того самого, которого я прикончил, защищая Торвиль.
Это секретное оружие моего корабля жрало просто невообразимое количество энергии. Как и щит, разрезающий воздух. Но если бы мы использовали полноценный сферический щит — энергии тратилось бы ещё больше. Больше щит, а значит, больше площадь сопротивления с воздухом, водяной пушке нужно больше сил, чтобы это сопротивление стремительно преодолевать.
Выход один — уменьшать щит так, чтобы он накрыл только палубу.
Усиленный деревянный корпус корабля справляется с нагрузкой.
А вот паруса, которые не успели собрать — нет.
Ну и плевать.
Главное, морской дракон остался позади, догонять нас он не решился.
Тем временем Сумрак становился всё глубже и глубже. Уже и не видно стало этого дракона, да и водяная струя позади корабля скоро полностью скроется из виду.
А ведь и звуки приглушаются и дышать становится тяжелее.
Но я знал, что правильно проложил курс.
И вот когда вокруг корабельного щита растянулась совсем уж тягучая мгла, скрывающая от глаз даже мачты и ошмётки парусов, когда вокруг нас образовался вакуум, внутри щита раздался звонкий голос Марси:
— Смотрите! Свет! Они похоже на Луну!
— Или месяцы, — восторженно прошептал Шон. — Будто бы сотня месяцев скачет перед нами.
Лунные пираньи весело выпрыгивали из воды, освещая пространство вокруг себя холодным светом. Давным-давно я первым обнаружил этих рыбок и дал им название. Очень хорошее название для тех, кто служит ориентиром всякому, кто плывёт из Шестого в Седьмое сумеречное море.
В Море, где раньше жили лунные алти.
Какое-то время мы плыли рядом с этими чудесными рыбками. Моряки заворожённо смотрели на них и улыбались как дети.
А затем Сумрак начал рассеиваться, рыбки медленно уходить на глубину, пока совсем не исчезли.
И вскоре Франки-Штейн вырвался из тьмы туда, где светило яркое солнце на голубом небе.
— Седьмое Море встречает нас хорошей погодой, — проговорил я, чувствуя, как сжимается сердце.
Я снова здесь. Я снова прошёл этот путь со своей верной командой. Здесь, в этом море, капитан Джонсон стал легендой. Здесь, в этом море, он умер.
Здесь, в этом море, начнётся новая легенда.
* * *— Капитан, когда мы уже двинемся в путь? — губернатор Смитт подошёл ко мне, едва я слез с мачты на палубу.
Задрав голову, я посмотрел на белоснежные паруса из титанового шёлка. Чтобы поставить на Франки-Штейне новые паруса, потребовалось несколько дней, в течение которых мы дрейфовали в открытом море.
За эти дни мы полностью восстановили корабль.
— Да можно хоть сейчас, — улыбнулся я. — Вот только я видел судно далеко на горизонте, — я махнул рукой в сторону солнца. — Оно шло сюда. Вы не желаете увидеть новые лица впервые за несколько дней?
— Честно говоря, я желаю как можно скорее вернуться домой и озаботиться освобождением сына, — процедил он сквозь зубы. — Мне не хотелось бы впустую рисковать и оттягивать момент истины.
— Вы теряете терпение, мой друг, — констатировал я.
— Мы и так слишком долго идём до Лореляй. А вы предлагаете ещё задержаться, капитан. Я бесконечно вас уважаю и благодарен вам от всего сердца, но…
— Я всё понимаю, — я коснулся его плеча. — Серьёзно. Простой не добавляет терпения, особенно когда на кону жизни близких. Но отведённый вам срок ещё не вышел. Время у нас есть. А подобная встреча, — я указал в ту сторону, где на горизонте уже и обычный человек мог бы рассмотреть силуэт корабля, — может быть полезной для реализации нашего глобального плана. Не забывайте, вам нужно не только вернуть сына, но и счастливо и долго жить после этого.
Нахмурившись, Смитт несколько секунд буравил меня взглядом, а затем кивнул.
— Будь по-вашему, капитан. И… не принимайте близко к сердцу, — он неопределённо развёл руками, а после добавил: — Вы правы, простой без дела заставляет копаться в себе.
Я попросил его скрыться в каюте, чтобы не попадаться на глаза «гостям». Через подзорную трубу я мог разглядеть флаг приближающегося корвета.
Хм, а это соотечественники.
Моя команда была на местах, все знали, что делать и с любопытством смотрели, как рядом с нами останавливается более крупный корабль.
Хех, мои ребята тоже соскучились по новым лицам.
Первым шёл мужчина лет тридцати с волнистыми каштановыми волосами, в красном флотском мундире.
— Приветствую… — заговорил он, а затем нашёл меня взглядом и удивлённо продолжил: — Капитан?
— Свободный капитан Теодор Лаграндж, — кивнул я. — Рад видеть вас на борту своего корабля. Чем обязаны, капитан…
— Капитан Френсис Коул, флот Седьмого Сумеречного Моря, — отчеканил он, напряжённо разглядывая моё лицо и волосы. — Прошу меня простить… Вы недавно прибыли из Шестого?
— Верно. А по нам заметно?
— Кое-что слышал о капитане-алти с необычным цветом глаз и волос, — кивнул он. — Но не знал, что этот капитан совершил переход между морями. Рады приветствовать вас в Седьмом Море. Вам нужна помощь? — спросил он серьёзно, а затем его взгляд уже не в первый раз скользнул по нашим парусам. Даже в собранном виде они выглядели очень красиво, и знающий человек легко угадал бы, из какого они материала.
— Честно говоря, нет, — я изобразил удивление. — Почему вы спрашиваете?
— Потому что ваш корабль долгое время стоит на одном месте. Либо у вас проблемы, либо вы кого-то ждёте, — произнёс он ровным тоном. — Помогать честным морякам решать проблемы — долг флотского капитана. Но кроме того, мой долг бороться с контрабандистами.
Это он так намекает, что просто так кого-то ждать в морской глуши честный капитан не может.
— Бороться с контрабандистами — достойное дело, — кивнул я. — А что до нас, то мы всего лишь меняли паруса. А затем, увидев, что вы идёте к нам, решили вас дождаться.
Он ещё раз взглянул на наши новенькие паруса. Завидует гад! Тоже себе такие хочет.
— Паруса у вас, право слово, бесподобные. Наверное, стоят баснословных денег, — закинул он удочку.
— Наверное. Но для нашей команды — это мелочь, — ответил я гордо. — В наших трюмах полно и титанового шёлка, и лазурной пыли. Со времён капитана Джонсона не было столь удалого капитана, как капитан Лаграндж.
Френсис Коул удивлённо моргнул. Он явно не был готов к столь резкой смене поведения собеседника.
— Когда мы молоды, нам даже небольшая победа кажется великим подвигом, — проговорил он снисходительно.
— За месяц я разгромил два пиратских гнезда, потопил несколько их кораблей, а те, что не потопил, взял абордажем, — надменно хмыкнул я. — Не смотрите на меня так, капитан. Хотите верьте, хотите нет — мне плевать. Нужные люди предупреждены, вам мне ничего доказывать и объяснять не нужно.
— Вы правы, — сдержанно кивнул он.
— Скоро вся Ойкумена будет говорить о моих подвигах и моей удалой команде! — продолжил воодушевлённо нагнетать я. — Хах! Наверное, я уже круче, чем нынешний капитан Лудестии!