"Фантастика 2023-117". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)
Ну а вождь Нассийя…
Любопытно посмотреть на его реакцию.
Он чуть прищурил свои серо-голубые глаза и буравит меня взглядом.
— Нет, — наконец изрёк Нассийя, отпрянув от меня, что едва не свалился со своего пня. — Нет, это невозможно! Хотя… Нет… Или…
— У тебя сейчас голова взорвётся, старый друг, — усмехнулся я. — Если так сложно, можешь не верить.
Он широко округлил глаза, а затем мотнул головой:
— Вот сейчас… Вот это вот точно было в духе Леона. Он мог сказать что-то подобное, огорошить, а потом безразлично заявить, что можно не верить. Верить… Не верить… В любом случае, учитывать стоит.
— Ну хоть что-то, — пожал я плечами. — На самом деле без разницы, поверишь ты мне или нет. Ведь Леон Джонсон мёртв — факт. А я жив. И я хочу быть твоим живым другом. Согласись, Леон сейчас на это неспособен.
Вождь Нассийя замер, а затем заливисто расхохотался.
— Ты прав! — сквозь громкий смех, выдал старик. — Что ж… Нассийцы станут считать тебя другом, а дальше посмотрим на твоё поведение.
Я с достоинством поклонился.
Между нами тремя повисло молчание. Правда, уже через несколько секунд Починкко выпалил:
— Брат! Если ты в самом деле Леон Джонсон, значит Марси твоя дочь⁈
— Что за Марси? — оживился старый вождь.
— Старпом на нашем корабле, говорит, что Леон Джонсон — её отец, — быстро пояснил Починкко.
— Хм… Любопытно, — затянулся трубкой Нассийя.
Оба алти с интересом уставились на меня.
Я усмехнулся:
— Ну ладно Нассийя. Ему идёт быть дедом на завалинке, который обсуждает чужую личную жизнь, но ты-то? — укоризненно попенял я своему товарищу.
— Мне тоже интересно, — ничуть не смутился он.
— Не обязательно быть дедом, чтобы интересоваться отношениями между людьми, — поддержал собрата старый вождь.
— Ага, можно быть бабкой, — проворчал я.
Они продолжали пялиться на меня, взбудоражено улыбаясь.
Я выдохнул и покачал головой:
— Марси считает Леона Джонсона своим отцом. Значит, для неё он и есть её отец. Всё.
Нассийя громко хлопнул ладонью по соседнему пеньку. А затем вновь расхохотался. Починкко с недоумением пялился на старого вождя, будто размышляя, какая трава лежит в его трубке.
— Ответ, достойный Леона Джонсона, — изрёк Нассийя. — Он никогда не спешил кому-то что-то разъяснять или сбивать с себя навешенные ярлыки. И он точно не стал бы лишать веры юную деву. Что ж, дочь моего старого друга на твоём корабле, мой новый друг, солнечный алти Тайон. Пожалуй, я озвучу очевидное… Но долг требует от меня произнести это вслух: нассийцы не претендуют на клад Леона Джонсона, зарытый на нашем острове. И, разумеется, не будут препятствовать вам, когда вы станете его забирать.
Мы с Починкко одновременно кивнули.
А затем, разогнув шею и глядя в лицо своего старого-нового друга, я быстро произнёс:
— Раз разобрались с мелкими деталями, перейдём к делам. Кто терзает твоё племя, Нассийя? Почему так мало воинов? Почему напали на нас? И… где твой наследник, Нассийя?
* * *Всю следующую неделю Франки-Штейн стоял на рейде возле острова нассийцев. Тому было две причины. Во-первых, нужно было провести комплексные улучшения корабля, без которых я опасался выходить в море. Не скажу, что я сделал всё, что планировал — мелкие доработки и настройки буду проводить уже потом, планомерно что-то меняя день за днём. Такова моя суть — всегда есть что доделать. Даже Лудестию я улучшал (изменял) едва ли не каждый день.
Главное — корабль стал крепче, быстрее и мощнее.
Ну а вторая причина, отчасти переплетающаяся с первой — это опасность, нависшая над нассийцами. Я готовил судно, чтобы помочь друзьям. Я был готов вступить в бой с теми, кто явится на остров алти за новой порцией невольников.
Да, мой старый друг рассказал мне всё. Пусть сначала он юлил и пытался уйти от ответа, не желая втягивать нас в проблемы своего племени, но мой твёрдый голос и решительный взгляд убедили его, что мы с командой не пальцем деланы, и действительно можем помочь.
Так вот, ситуация сложилась неприятная. И начать стоит с того, что я, будучи Леоном Джонсоном, пытался помочь всем людям. Я хотел решить проблему перенаселения цивилизованного мира и при этом не допустить истребления алти. Сохранить их привычную жизнь… Именно поэтому, когда я обнаружил на одном из Бисерных островов месторождение луной пыли, я утаил этот факт. Я даже назвал этот остров островом Невезения и распустил слух, что даже Лудестия шаркнула бочину о рифы возле этого пустынного и бесполезного острова. Что в общем-то, было недалеко от правды — разумеется, никому говорить о намеренности «шарканья» я не стал.
По моим прикидкам, лунной пыли на острове Невезения должно быть не очень много. Пару раз я собирал её сам, когда она была мне нужна. Я оставил это месторождения для собственного пользования, понимая, что, если страны начнут его делить и добывать официально, Бисерные острова перестанут быть тихим заповедным местом. А ведь острова эти крохотные! Не стоят они колонизации! Да и три племени алти на них живут…
Но я ошибся. Прошедшие недавно землетрясения открыли новый пласт лунной пыли на острове Невезения.
Но! Официально об этом никто не знает! Ни одна страна не присоединила остров к системе своих колоний. Для большинства людей Бисерные острова всё та же красивая, но бесполезная для жизни гряда, на которой могут жить лишь дикие алти.
Однако шахта, добывающая лунную пыль на острове Невезения, уже почти год как функционирует. А где взять работников на крупную шахту, которая официально не существует?
Проверенный морской способ, который я терпеть не могу. Если тебе что-то нужно — забери силой. Корабли и команды пропадают без вести… Ну что поделать, Сумрак опасен и голоден. И неважно, что потом матросы этих команд до смерти ишачат на несуществующих шахтах. На племена алти осуществляют вооружённые набеги, а самих алти забирают силой? Ну что поделать — мы об этом не знаем, мы ведь не лезем в дела заповедных-бесполезных островов и их диких жителей.
Я сжал штурвал и оскалился.
— Тео, мы обязательно поможем нассийцам! Как они помогли нам! — твёрдо произнесла Марси, стоявшая рядом со мной. — Но мы ждём твоей команды.
Я тепло посмотрел на свою «духовную дочь». Она еще одна причина нашего простоя — заживлять раны все-таки лучше на суше или рядом с ней, чем в открытом море. К тому же в Сумраке частенько больным и раненым становится гораздо хуже. Ведь все знают, что Сумрак пьёт жизнь. А присосаться к ослабленным организмам у него выходит быстрее, чем к здоровым.
Нассийцы помогли нам, снабдив своими лекарствами. Вкупе с тем, что у нас было мы смогли быстро залечить рану Марси и, хочется верить, восстановить объём её крови до необходимого уровня. Также нассийцы помогали перетаскивать ящики из тайника.
— Ты права, — я взлохматил ей волосы и огляделся. Команда ждала приказа капитана. Я громко сказал: — Мы были готовы сразиться с пиратами, если бы они напали на нас или на наших новых друзей нассийцев. Но за неделю этого не произошло. Пиратам повезло! На этот раз. Друзья! Курс на остров Невезения! Во имя Девы под Килем я, капитан Лаграндж, не позволю всяким тварям чинить беззаконие! Ну а ещё, будьте уверены, ваш капитан позаботится о том, чтобы ваши карманы разбухли от шиллингов после нового дела! На острове лунная пыль, господа! И мы возьмём её столько, сколько сможем унести! Нам она будет нужнее, чем мёртвым пиратам!
— ДА-А-А-А!!! — заревели мои верные матросы и офицеры, готовые вершить справедливость.
* * *К острову Невезения мы прибыли поздним вечером того же дня. Благо плыть недалеко и даже не приходилось сокращать путь через Сумрак.
Благодаря тёмным парусам и корпусу Франки-Штейн был незаметен в темноте, так что мы смогли довольно близко подплыть к острову.
А потом наступило время моего сольного выступления. Непромокаемая сумка через плечо, водяной пузырь на лицо, и практически час свободного плаванья к берегу.