"Фантастика 2023-117". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)

Прошло ещё несколько минут, прежде чем мои друзья отряхнулись, пришли в себя и начали с любопытством смотреть по сторонам.
— Даже представить не могу, что с нами сделают, если поймают, — задумчиво проговорила Марси.
— Не забивай голову, — отмахнулся я. — Поймают — узнаёшь. А нет, так просто корабль посмотришь. Давайте вперёд, я догоню.
— Эм? — не поняла Марси.
— Штаны надо поправить, — проворчал я. — Идите к лестнице, — я указал вперёд.
— Не замечала раньше за тобой подобной стеснительности, — удивилась она, но взяла за запястье Шона. — Идём.
Я же для вида подтянул брюки, а затем сделал несколько шагов влево и присел, будто бы для того, чтобы завязать шнурки.
Слева от меня из ящика торчал кусок чёрной ткани, прижатый крышкой.
Не показалось значит.
А ещё…
— Экх… экх… — ящик дышал довольно громко.
Очень хотелось заглянуть внутрь. Но ведь начнётся сразу суета-крики… глупые вопросы от набежавших матросов: «Что вы здесь делаете?»
К дьяволу! Мы здесь не для того, чтобы ловить нелегальных пассажиров. Если у капитана Лероя и уж тем паче у Вице-Премьера будут проблемы от таких пассажиров, я только порадуюсь.
Недалеко от ящика стояла связка листьев гигантского золотожильного лопуха, из которого на флоте часто варят суп. Подвинув её, я прикрыл торчащий кусок чёрной ткани. Наклонившись к самой крышкой ящику, произнёс:
— Дыши потише.
— Кх… — выдохнул ящик и замолчал.
Я же пошёл прочь, мне уже давно было пора.
Нет, ну в самом деле, кто отправляет на тайные операции астматиков?
— Тео, ты знаешь, куда нам идти? — негромко спросила Марси, вместе с Шоном дожидавшаяся меня возле лестницы.
— Лекцию по основам кораблеустройства вспоминаем, — улыбнулся я. — Не потеряемся.
* * *
Корабль стоял в дружественном порту, и большая часть его команды и пассажиров сейчас находилась в городе. Те же, кто остался на борту, присматривали за курсантами на экскурсии.
Так что, соблюдая толику осторожности, мы спокойно удовлетворяли своё любопытство.
Правда, возле трюма и кубрика ничего любопытного не оказалось. Но Марси всё равно глазела по сторонам с открытым ртом.
— Какое гладкое дерево, — она провела рукой по панели на стене. — И, должно быть, крепкое.
— Обычная стальная лиственница, — я тоже положил ладонь на гладкую поверхность.
Структурные вибрации защекотали мне кожу на пальцах.
— Но контур… кажется… выведен здорово, — произнёс я, на всякий случай добавив в голос сомнения. — Из-за больших размеров корабля, а стало быть, и больших площадей для нанесения.
Однако примерно таких же размеров корабли встречались и в моё время. И артефактная защита на них была менее плотной.
Отчего разница? Контур немного другой?
— Смотри, Тео тоже проникся, — тихо хохотнула Марси, обращаясь к Шону. — А иногда кажется, что его ничто не способно удивить.
Я шёл молча, напряжённо ведя рукой по стене.
Почему контур лёг таким образом? Пара завитушек слишком резкие. Стальная лиственница отторгает столь резкие контуры.
И цвет лака какой-то слишком уж… глубокий? Матовой? Рыжеватый? Вроде привычный, но какой-то другой.
— Тео, кто-то идёт, — Марси вцепилась ногтями в моё плечо.
— Ага, слышу, — я неохотно оторвался от своего исследования.
Затаившись в боковом коридоре, мы осторожно наблюдали, как мимо нас десяток матросов тащили ящики в трюм.
Когда они ушли, мы поднялись выше и оказались возле офицерских кают. Тёмных уголочков тут было гораздо меньше, так что вольготно чувствовать себя уже не получалось.
— Красота… — восхищённо выдохнула Марси, оглядываясь по сторонам, — дерево блестит от этого яркого света! Сколько здесь фонарей! Красиво! Когда мы станем офицерами, будем жить на корабле с такими же каютами.
— Если пойдём служить на новый линкор, а этого ещё добиться нужно, — заметил Шон.
— Да… служить на линкоре. Среди кучи других офицеров? — проговорила Марси задумчиво. — Пожалуй, можно и без всего этого великолепия обойтись. Эх… но светят ярко.
— Точно! — выпалил я. — Ярко светят!
 
— Тео? — обеспокоенно обернулась ко мне девушка. — С тобой всё хорошо.
— Всё просто отлично! Скажите, вам не кажется, что с этими фонарями что-то не так?
— А? — Марси непонимающе хлопнула ресничками, а Шон приблизил лицо к ближайшему фонарю.
Но тут же зажмурился и сделал шаг назад.
— Мощные, — резюмировал он. — И оттенок другой.
Я хотел уж было его похвалить, но услышал, как скрипнула дверь одной из кают.
Пришлось экстренно ретироваться.
Упс! Ещё люди.
И снова…
Мы петляли по палубе до тех пор, пока не оказались перед стальной дверью, от которой исходила приятная прохлада. Фонари, развешенные по периметру толстой дверной коробки, делали металлический блеск нестерпимым.
Но здесь было тихо и можно было перевести дух.
— Зачем подсвечивать дверь? — удивлённо спросила Марси. — Это ведь… Головная рубка, да? Понятно, что самый важный узел, но его и так видно.
Я упёрся обеими руками в холодный металл и вздрогнул от пронёсшихся сквозь тело структурных вибраций.
Я потянулся к ближайшему фонарю и начал быстро откручивать плафон.
— Что ты делаешь, Тео? — опешил Шон.
— Вы что-нибудь слышали о тёртой коре люминесцентного дуба? Если активировать её ракушечной пылью, то она усиливает почти бесцветный артефактный лак, который позволяет выводить куда более эффективные контуры на инертных материалах.
— Нет… — ещё более удивлённо протянула Марси. — Это ведь просто светильники.
— Да, — кивнул я, раскрутив плафон и ссыпав часть светящейся пыли себе в ладонь. — Светильники. А значит, перед нами не совсем обычные светильники. Хм… жжётся сильнее, чем содержимое простого светильника. Но карман выдержит.
Я ссыпал пыль во внутренний карман камзола и быстро закрутил плафон. Пыли взял немного, но теперь светильник выделялся некоторой тусклостью на фоне своих товарищей.
Достав из кармана складной нож, я потянулся к ближайшей деревянной стене и начал соскабливать лаковое покрытие.
— Некоторые говорят, что я одержимый и сумасшедший, — задумчиво проговорил Шон.
— Они просто не сталкивались с Тео, когда он занят артефактами, — продолжила за него Марси.
Смейтесь-смейтесь… Потом же сами придёте спрашивать меня о результатах исследования. Оба ведь понимают, что мы столкнулись с какой-то секретной разработкой, о которой не расскажут в Академии.
Да какой там Академии! Среди огромной команды этого линкора едва ли человек десять наберётся, знающих о том, каким образом у этого корабля создана повышенная защита.
— Тео, люди! — толкнул меня Шон.
— Закончил, уходим! — я быстро стряхнул покрашенную стружку в другой карман. Собирать её было очень сложно из-за защитного контура. Пусть специально он укрепляет стены от мощного разрушающего воздействия, укрепление от мелких повреждений проявляется вспомогательным эффектом.
Скрываясь от матросов, я смог провести ребят через весь линкор к верхней палубе. Уходили мы, как и полагается, через парадный трап, предварительно убедившись, что не столкнёмся ни с другими курсантами, ни с профессорами, ни с местным командованием.
Благо в жару допускалось носить головные приборы — издали никто не увидит моих светлых волос и не распознает нас.
Я натянул фуражку посильнее, поднял ворот и спрятался за спинами друзей…
— Вы куда собрались? — гневно спросил у нас один из несущих вахту матросов. — Тут вам не проходной двор.
— Простите, нашему другу нездоровится, — зачастила Марси. — Похоже, он подхватил накеровую лихорадку, и…
— Кха-кха-кха… — скрючившись, закашлялся я.
— Тащите его быстрее отсюда! — рявкнул моряк, прикрывая рот и нос локтевым сгибом. — Но обратно вас не пущи!
— Спасибо вам! Спасибо, — закивала Марси.
— Дай вам Дева под Килем крепкого здоровья! — поддакнул Шон.
И мы ступили на трап.