"Фантастика 2023-117". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)
Всё ясно, меня хотят взять живьём.
Это приятно. Но и покидать собственную спальню посреди ночи я не собираюсь.
Второй был уже близко, когда я резко развернулся и выдернул руку из-под подушки.
— Бэнг! — крикнул я, нажимая спусковой крючок.
Крохотная шаровая молния вырвалась из дула и врезалась в лицо мужчине. Тот вскликнул, ткань на миг вспыхнула, и неудачливый похититель упал навзничь.
Я же прыгнул с кровати в сторону, уходя в перекат. Вскочил на ноги совершенно голый — привычка спать без одежды переродилась вместе со мной.
Мой рывок и внешний вид на мгновенье шокировали противников. Однако оставшаяся на ногах парочка быстро пришла в себя — оба выхватили из-за поясов дубинки, на которых тут же тусклым зелёным цветом замерцал активированный структурный контур.
Даже в полутьме ночи я смог идентифицировать и этот контур, и материал дубинок. Отлично, меня всё ещё хотят вырубить — дерево интерио выделяет парализующий газ, не видимый глазу. А вибрации правильно составленного контура направляют этот газ в тело жертвы, через одежду и кожу.
Но я-то голенький, меня вырубить ещё быстрее, чем одетого. Одно прикосновение, и я уйду баиньки, а неизвестные злодеи утащат моё бренное беззащитное тельце в далёкие дали.
Хрен вам!
Первый похититель в два шага сократил разделяющее нас расстояние и резко махнул своей дубинкой. Я отрыгнул, мысленно отблагодарив старика Григория. Если бы не сегодняшняя тренировка, мог бы и замешкаться.
Тут же с другой стороны атаковал Третий. Я всё ещё держал в руках трофейный пистоль неудачливого Ромеро, его рукоять заметно потеплела — оружие готово к новому выстрелу.
Прогремел раскат грома в миниатюре, и показалась очередная шаровая молния!
Третий оказался расторопнее Второго и успел встретить мой выстрел дубинкой. Врезавшись в неё, молния полыхнула во все стороны, ещё сильнее ослепив противника, и погасла.
Быстрый удар рукоятью пистоля в висок завершил нашу схватку для Третьего.
А мне тут же пришлось уходить полуоборотом в сторону от стремительного выпада единственного оставшегося на ногах противника. Ещё раз, и ещё!
Свой яростный натиск он прекратил, лишь когда я запрыгнул на кровать — сделав круг по спальне, я вернулся в исходную точку. Правда, теперь я стоял на ногах, в отличие от двоих противников.
Первый перевёл взгляд с меня на поверженных товарищей.
Что, сомневаешься, гад, что сможешь завершить свою миссию? А у меня скоро пистоль вновь перезарядится!
Дверь толкнули, но она была заперта на засов. Ха! Уж с Григорием-то мы сейчас всю троицу повяжем.
Однако, стоило мне об этом подумать, как дверь с грохотом распахнулась, и в комнату влетел неизвестный мне парень — длинные прямые чёрные волосы, опускающиеся из-под чёрной шляпы с пером; острые бородка и усы, плащ тёмных тонов.
Весь при параде с артефактным ятаганом и пистолем — не из местных.
— Тоже получить хочешь? — бросил я, направив на вновь прибывшего ствол пистоля.
— Я…
Что «я» мы с Первым так и не услышали.
Раздался хлопок, и комнату заволокло дымом.
Глава 4
Задержав дыхание, я отпрыгнул подальше от эпицентра взрыва.
Проклятье! Дым слишком густой и быстро распространяется по комнате.
Я рванул к двери и едва не снёс черноволосого модника.
Как и я, он зажимал нос и рот руками. Кивком головы парень указал на выход.
Как мило с его стороны! Не стал улепётывать без меня?
Выбравшись в коридор, мы захлопнули за собой дверь. Засов бы сломан, и я запер дверь, пропихнув в ручку дуло пистолета.
Я посмотрел на незнакомца. Он опустил взгляд на моё достоинство и неодобрительно покачал головой. А затем, глядя мне в глаза, сказал:
— В цивилизованном мире принято прикрывать свой срам одеждой.
— В цивилизованном мире не принято врываться в спальню к людям. Только если вы не состоите в любовной связи, — парировал я. — Прости, модник, ты не в моём вкусе. Я предпочитаю женщин.
Черноволосый нахмурился и снова покачал головой.
— Я, между прочим, на помощь тебе спешил. Господин Лаграндж попросил меня срочно вернуться в Торвиль, присмотреть за своим ожившим экспонатом.
— Сыном, — поправил я.
— Самое большее гостем, — хмыкнул он.
Хм, Лаграндж послал ему весточку ещё до нашего утреннего разговора?
— Вообще-то, приёмным сыном, — я невозмутимо протянул руку. — Прошу любить и жаловать, я Теодор Лаграндж. Будущий капитан и покоритель Восьми морей.
Незнакомец широко распахнул глаза и отступил на полшага. Ещё раз оглядел меня с ног до головы и проговорил:
— Мне ещё не доводилось жать руки голым бредящим мужчинам.
— Всё бывает в первый раз.
— Эндрю Дэвис, — сказал он, наконец-то ответив на рукопожатие. Ладонь его была сухая и жилистая, а указательный палец холодило широкое серебряное кольцо с лунным камнем. — Воспитанник и личный помощник господина Лагранджа.
Справа по коридору послышался какой-то шорох. Мы с Эндрю резко обернулись и увидели выглядывающую из-за угла служанку.
— О-о-о… — удивлённо протянула она, таращась на меня во все глаза. Это была Марина Друшлакью — полнотелая женщина пятидесяти лет. Как и Григорий, она жила в особняке постоянно. Другие помощники по хозяйству, как я понял, в доме не ночевали.
Эндрю подавил вздох:
— Я ценю вашу преданность и бесстрашие, мадам Друшлакью, но с нами всё в порядке. Раны забинтовывать некому, а кровь оттирать пока рано. Однако, раз вы уже проснулись и оделись, приготовьте другую спальню для Теодора.
— У-угу, — протянула она, кивнув. Отвести взгляд от моего прекрасного обнажённого тела ей было крайне сложно, поэтому скрылась за углом она пятясь.
— Она довольно проворно привела себя в порядок в столь поздний час, — заметил я. — Но, честно говоря, я больше ожидал увидеть Григория, а его нет.
— Хах, — Эндрю усмехнулся. — Старика и пушкой не разбудишь. Даже если весь город ночью сгорит, он проспит ровно до пяти сорока трёх.
— Ровно? — удивился я.
— Всегда. Ещё и отходит ко сну каждый день в десять тридцать четыре.
— Нда… Отец собирает вокруг себя странных людей.
Эндрю бросил на меня оценивающий взгляд и вздохнул:
— И не говори.
Мы замолчали и покосились на дверь. В воздухе слегка пахло сиренью. Как говорил один мой знакомый воришка: «Проблемы всегда пахнут сиренью. И крыжовником». Ну на крыжовник у него просто была аллергия, а что до сирени… точнее, едкой чёрнолистной сирени, то её кору и цветы используют как раз для создания бомб, вроде той, что воспользовался Первый. Дым застилает обзор и парализует вдохнувших его. Если вдохнуть много. К счастью, этот дым довольно тяжёл — рассеивается недалеко, оседает быстро. Находясь за толстой дверью в десяти метрах от эпицентра, человек максимум может ощутить лёгкий дурманящий эффект.
Но ни меня, ни Эндрю не торкнуло.
Однако теоретически всего этого я не должен знать — библиотеку Лагранджа я штурмовал всего полдня, а тема довольно специфическая для того, чтобы ссылаться на «обучение во сне».
— Можно попробовать заглянуть внутрь, — проговорил Эндрю.
Я молча кивнул и, демонстрируя решимость, выдернул пистолет из ручки двери.
Что ж… Внутри пахло гораздо сильнее, чем в коридоре и всё ещё стояла дымная пелена.
Но нападавших в комнате, естественно, не было.
— Он забрал тела, — поморщился Эндрю. — Грамотно сработано, но попотеть пришлось.
— Один мог очнуться. А то и оба, — предположил я. Вряд ли у этих ребят не было артефактов, чтобы быстро привести товарища в чувства.
— Ты никого не убил? — удивился Эндрю. — Это… Это упрощает дальнейшие разбирательства.
Разумеется! На то и расчёт. Я ещё вчера подумал, что, если буду отправлять к праотцам каждого встречного-поперечного, добром это не кончится. Даже учитывая, что у меня теперь фамилия не самого последнего человека в городе. Поэтому сегодня я переделал трофейный пистолет, уменьшив его ударную мощность. Благо ума для этого много не нужно. Да и книгу по артефакторике я попросил Григория найти мне в первую очередь (чтобы дать людям объяснение, как я так смог).