"Фантастика 2023-117". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)

Обе бомбы взорвались приблизительно в том же месте, что и две первые. Перепало тылам колонны генерала Гарича.
– Я не приму вашу ставку, господин подполковник. Скажу только, их стрельбу никто не корректирует, они ведут заградительный огонь.
– И с открытием огня они опоздали, – согласился угорец, – нам крупно повезло. Теперь они могут только мешать эвакуации раненых.
В данный момент было не до эвакуации. Штурм вступал в свою решающую фазу. Обе колонны почти одновременно достигли нижнего ряда оборонительных сооружений, в ход пошли штурмовые лестницы. Удастся османийцам сбросить штурмующих к подножию Тактамыдага или они получат опору на склоне горы и смогут продолжить штурм дальше? Алекс сжал бинокль так, что пальцы побелели.
– Есть! Взяли стену!
Воспользовавшись проломом в стене, колонна генерала Гарича разметала баррикаду, устроенную в нем османийцами, и солдатская масса хлынула внутрь укреплений. Правая колонна задержалась у стены несколько дольше, но в конечном итоге с задачей справились, перевалив через первую стену.
– Только бы не остановились.
Сейчас любая задержка могла стать фатальной для успеха штурма. Пока не иссяк первый наступательный порыв, пока азарт, жажда победы и ненависть к врагу заставляют бойцов карабкаться вверх по заснеженному и обледеневшему склону, пересиливая страх смерти и инстинкт самосохранения. Стоит чуть-чуть задержаться, передохнуть, пересидеть в укрытии, как поднять их на дальнейший штурм станет очень трудно, а контратаковать сверху вниз османийцам куда проще, чем наоборот.
– Господин полковник, генерал-майор Гарич докладывает о взятии нижнего яруса!
Офицерик княжества Войчетутского, совсем еще молоденький, щечки горят огнем, не остыл еще от запала штурма и обратной скачки с генеральским донесением. Как же Алекс сейчас завидовал ему, вынужденный, по сути, стоять здесь безучастным наблюдателем.
– Вижу, – цедит сквозь зубы командующий. – Передайте господину генералу мое удовольствие и благодарность. И пусть не останавливается с продвижением, пока не достигнет гребня горы.
– Только пусть не выходит за него, – не испросив разрешения, влез со своими указаниями Мартош.
Алекс злобно зыркнул на начальника штаба, и тот заткнулся.
– Господин подполковник хотел предупредить об опасности попасть под огонь этих чудовищных мортир.
– Так точно, господин полковник, – отдал честь офицер, – будет исполнено!
Как только он убыл, Алекс накинулся на Мартоша:
– Вы что себе позволяете?!
– Прошу прощения, господин полковник, больше не повторится! Прошу разрешения направить посыльного к штаб-капитану Крыдлову с аналогичным приказом.
– Разрешаю, отправляйте.
Штурмующие, оттолкнувшись от нижнего яруса укреплений, продолжили движение вверх к следующему. Амбразуры османийских укреплений вновь окутались пороховым дымом. Били артиллеристы противника вразнобой, тем не менее карабкающаяся вверх линия дрогнула, местами даже подалась назад.
– Не волнуйтесь, господин полковник, наших солдат это не остановит.
– С чего вы взяли, Мартош, что я волнуюсь.
– Я же вижу, как вы дергаетесь. Понимаю, вам бы сейчас туда, – угорец ткнул пальцем в окутанную дымом гору, – с саблей наголо, где пули свищут. Но сейчас ваше место здесь.
– Стоять, смотреть и ничего не делать?
– Сейчас все идет по плану, – продолжил свои наставления Мартош, – ваши подчиненные с поставленной задачей справляются, что еще вам надо? Следите за тем, чтобы Озчелик не подкинул нам какой-нибудь сюрприз, и будьте готовы парировать его.
– Кстати, о сюрпризах, вы не находите, что османийцы сопротивляются как-то вяло и неуверенно. Пушки бьют вразнобой, ни одной контратаки…
– Да, – согласился начальник штаба, – странно это. Кроме наличия в крепости мортир никаких неожиданностей. Подозреваете ловушку, господин полковник?
– Не знаю, не знаю. Смотрите, штурмуют вторую стену.
На этот раз отличились руоссийские добровольцы штаб-капитана Крыдлова, они первыми преодолели вторую стену, начав растекаться по ней в обе стороны. Княжеские солдаты генерала Гарича отстали от них минут на пять-шесть.
 
– Мортиры прекратили огонь, – заметил Алекс, – уже минут десять ни одного нового прилета бомб. Прикажите резерву начать движение, для штурма третьей стены он нам может потребоваться.
– Будет исполнено, господин полковник, – взял под козырек Мартош.
– И отправьте кого-нибудь на поиск осколков этих бомб, надо же нам установить, что это за мортиры, и попробовать найти, где они стоят.
После взятия второго яруса укреплений в штурме наступила пауза. Не успел Алекс похвалить себя за своевременное выдвижение резерва для продолжения штурма укреплений Тактамыдага, как ему горько пришлось пожалеть о своем решении.
– Кавалерия!!!
Конная лава выехала из-за горы. Пока неспешно. «Иррегуляры башибузуки. Тысяч пять, а может и больше, поди, пересчитай их. В тыл штурмующим они не ударят, склон слишком крутой, а вот пройтись по батарее и разгромить лагерь коалиции смогут. Резерв ушел, а в пехотном прикрытии артиллерии всего две роты, да и те толком не окопались. Отозвать резерв назад или рискнуть? Нет, отозвать не успею».
– Мартош, бегом в лагерь, гоните всех, кого встретите, в прикрытие артиллерии! Я – на батарею.
Штаб-капитан Гараев угрозу заметил своевременно, но на то, чтобы развернуть влево тяжелые гаубицы, требовалось время. К тому же при стрельбе в этом направлении орудия частично перекрывали сектор друг другу.
– Батарея, прицел четыре-тридцать! Огонь!
Конная лава уже начала набирать скорость для решительного удара, с каждой минутой приближаясь все быстрее и быстрее. Командир батареи старался укладывать бомбы непосредственно перед конницей. Получалось плохо, большая их часть бесследно тонула в этой лаве. Нет, конечно, все они собирали свой урожай жертв с людей и по большей части с лошадей, но остановить или хотя бы замедлить приближение смертельной опасности не могли. Вот сейчас бы сюда шрапнель, тогда лаву османийской кавалерии можно было бы проредить куда лучше, вот только шрапнели для гаубиц не запасено. Не ожидал никто от противника такого подвоха, все рассчитывали на штурм крепости, а для него нужны чугунные бомбы.
Окутались пороховым дымом ряды пехотных рот. Первый ряд стрелял лежа, второй – с колена. Эффект от их стрельбы был даже более явным, промахнуться по такой цели было просто невозможно, но и сотни винтовочных пуль сорокового калибра сдержать напор башибузуков не могли. Дистанция сократилась до тысячи шагов. Алекс открыл клапан кобуры и приказал:
– Переходите на картечь!
– Свою пехоту заденем, господин полковник!
– Картечью огонь!
К чести своей, Гараев более не промедлил ни секунды. По его приказу вместо бомб заряжающие отправили в казенники гаубиц картечные выстрелы.
– Огонь!
Османийская лава уже начала загибать фланги, когда в самый ее центр хлестнули шесть зарядов картечи, смешав людей и лошадей в единую кучу. Проскочить этот вал из живых и мертвых тел дано было не всем, люди и животные падали, тут же топтали, убивали и калечили друг друга. Вот в это месиво и угодил второй залп, окончательно похоронив надежды Озчелика-паши сорвать штурм Тактамыдага.
Уцелевший правый фланг конницы был с пятисот шагов обстрелян присланным Мартошем подкреплением. После столь скорого и наглядного уничтожения десятков и сотен их товарищей башибузуки не выдержали даже такого огневого воздействия и повернули обратно. Левый их фланг действовал еще менее решительно. Они отступили, едва увидев, как гаубицы разворачивают в их направлении.
Штаб-капитан Гараев рукавом стер со лба выступивший пот.
– С этими башибузуками всегда такая история – в атаку идут, кажется, крепостная стена не остановит, а стоит им кровь пустить, бегут назад еще быстрее. А ведь у них могло бы получиться, не прикажи вы перейти на картечь.
Алекс застегнул клапан кобуры, благо «гранд» доставать не пришлось.