"Фантастика 2023-117". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)

– Ты языком-то полегче болтай! О будущем венценосце речь ведешь!
– Ладно, ладно, – пошел на попятную Фелонов, а затем постарался сменить тему: – А чего это так тихо у вас?
Алекс закончил натягивать сапоги.
– Перемирие, чтоб его. Сейчас вокруг форта тысячи три лежит. И наших, и османийцев. Вот с девяти до шести перемирие и объявили, но, думаю, за один день не управятся, до завтра продлят.
Алекс подозревал, что сегодняшнее перемирие с перспективой продления до завтра обусловлено отнюдь не благородством противников или боязнью эпидемий из-за тысяч разлагавшихся трупов. Погода не жаркая, покойники свежие, вполне могли бы полежать еще два-три дня, от них не убудет. Просто и у штурмующих, и у гарнизона Коварны банально истощились запасы снарядов. И людей.
После отражения вчерашнего штурма в пятой роте в строю остался сорок один штык. Патроны к трофейному «гартингу» закончились во время отражения второй атаки османийцев, поэтому третью пришлось отбивать без его участия. Третья атака была лучше всех подготовленной и самой опасной. Османийским пехотинцам удалось перейти через ров по мосту в тыльной части форта и подняться на вал. На валу они заняли часть стрелковых позиций восьмой роты и попытались закрепиться в них, чтобы накопить силы для развития штурма.
Не удалось. Полковник Всехсвятский лично возглавил контратаку, в которой приняли участие остатки восьмой роты и резервы, которые наскребли со всех, не подвергшихся атаке участков обороны форта. Схватка была короткой, но невероятно яростной и ожесточенной. В результате османийцев выбили с вала и отбросили обратно за ров. Полковнику проткнули штыком живот, и этой ночью, вместе с остальными ранеными, его эвакуировали из форта с минимальными шансами на исцеление. Из двадцати пяти солдат, выделенных в полковой резерв от пятой роты, назад вернулись только одиннадцать.
Окопы на валу, сам вал, мост и ров под мостом оказались буквально завалены убитыми. В этом бою обе стороны не брали пленных и не щадили раненых. Сейчас там бродили нестроевые солдаты из похоронной команды. Своих хоронили в братской могиле – углубленной и расширенной османийской траншее. Османийцев складывали на краю рва, откуда их должны были забрать, но пока у османийских похоронщиков руки до них не доходили, им хватало дел на подступах к форту.
Алекс поднялся на ноги, затянул ремни портупеи.
– Хочешь на османийцев взглянуть?
– Сто лет бы их не видеть, – отмахнулся Фелонов. – Лучше скажи, мы тут надолго?
– А ты что, уже по столице соскучился?
– Не успел еще, – пробурчал отставной унтер, – мне и здесь нравится. Еще бы османийцы не стреляли, а то у меня от стрельбы голова болеть начинает. А вопрос свой я к тому задаю, мне все хозяйство сюда перетаскивать, или пусть пока на прежнем месте остается?
Капитан на несколько секунд задумался. С одной стороны, еще неизвестно, сколько придется просидеть в этом форте без привычных и необходимых в быту вещей. С другой, нет никаких гарантий того, что «номер два» не будет отбит османийцами. Тогда все добро, привезенное из самой столицы, будет утрачено окончательно. Придется все покупать заново, а некоторые мелочи только в Руоссии и можно будет найти.
– Не надо ничего сюда тащить. Думаю, надолго мы в этом форте не задержимся. Потери большие, скоро нас должны сменить другим полком.
– Ну и ладно, пойду хоть за водой схожу. Где вы воду берете?
– На нижнем ярусе колодец есть. Спроси солдат, они покажут.
Денщик забрал офицерскую флягу и вышел из каземата. Из прохода донеслось:
– Кому вода нужна? Давайте сюда фляги, пока я добрый!
Капитан Магу поднялся на вал форта. Трупы отсюда уже убрали, и сейчас по валу бродили трофейщики, подбирали брошенное оружие, собирали патроны. День был безветренным, позднее осеннее солнце радовало ласковым теплом. А главное, не было слышно стрельбы, можно было стоять на валу в полный рост, не пригибаясь. Значит, почти гарантирована жизнь до шести часов вечера. Ночью в форт доставят патроны, приведут пополнение, а дальше… Дальше будет видно, разрешит высокое начальство остаться в полку или прикажет вернуться обратно в столицу. Но больше всего Алекс рассчитывал на то, что сейчас всем будет не до него и о капитане Магу на некоторое время забудут.
 
И если в ближайшие два дня никто из руоссийского командования о капитане Магу не вспомнил, то османийцы о засевшем в форте полку не забыли. Они подготовили ему сюрприз – ночной штурм. Никто потом так и не узнал, что послужило основанием для такого решения, ведь оно изначально исключало из боя крепостную артиллерию. То ли османийцы увидели, что она недостаточно эффективна против укрепления такого типа, то ли решили поберечь остаток боезапаса. Ставка была сделана на темноту, внезапность, численное преимущество, штыки и пули.
Началось все с того, что Алекса бессовестно разбудили.
– Господин капитан, там шум какой-то!
И ведь только успел заснуть! Очень не хотелось вылезать из-под теплой шинели и куда-то идти, но пришлось.
– Ладно, показывай, где там у вас шумит.
Вслед за солдатом Алекс поднялся на вал форта.
– Слышите, господин капитан? Вон там.
Поначалу Магу ничего не услышал, потом уши его уловили какой-то отдаленный шорох. Если бы глаза капитана могли видеть сквозь темноту, он бы обнаружил, как сотни и тысячи османийских солдат поднялись из укрытий вокруг форта и пошли на штурм. Они пробрались в них с наступлением темноты, выждали, когда руоссийцы угомонятся и лягут спать, а теперь по команде своих офицеров двинулись отбивать свой форт. Ночь выдалась безлунная, и темнота надежно скрывала их маневры.
– Ерунда какая-то.
Алекс зевнул, прикрывая рот рукой. «Может, разведку выслать?» Однако для этого требовалось испросить дозволения исполняющего обязанности командира полка подполковника Чанаева, который уже наверняка отправился спать. По здравому размышлению Алекс от этой идеи отказался.
– Вроде сильнее шуметь стало, господин капитан!
Вот угораздило же такого неугомонного наблюдателем выставить. Солдат был из вчерашнего пополнения, капитан мало кого успел запомнить в лицо и по фамилии. Этого, например, он вспомнить не смог. Алекс хотел было сделать рядовому внушение, чтобы не беспокоил начальство по пустякам, но тут ему послышалось, как во тьме что-то звякнуло или брякнуло. Капитан насторожил уши, но звук не повторился. Однако за это время намерения офицера успели кардинально перемениться.
– Поднимай роту! Быстро! И посыльного к подполковнику, бегом!
А сам потянул из кобуры «голд». Приближающийся шорох множества ног уже был слышен отчетливо. Минута томительного ожидания, и снизу затопали солдатские сапоги.
– По местам! К бою!
С пришедшим вчера пополнением численность роты была доведена до семидесяти восьми штыков, и она вновь начала представлять собой заметную силу. Щелкая затворами, солдаты разбегались по окопам. Алекс начал открывать рот, чтобы подогнать их, но в этот момент слева неожиданно бухнула пушка, одна из немногих, оставшихся исправными. Не один капитан Магу проявил бдительность.
Вспышка выстрела выхватила из темноты часть рва и спускавшихся в него османийских пехотинцев. Картечь хлестнула по людской массе, и мгновенно сомкнувшаяся темнота разразилась криками боли и отчаяния.
– Огонь!!!
Куда стрелять? В кого? Ничего не было видно, но сейчас имело значение только плотность винтовочного огня. Вразнобой часто захлопали винтовки руоссийских пехотинцев. Еще раз рявкнула из каземата пушка. Другая, первую не успели бы второй раз зарядить за столь короткий промежуток времени. В яркой вспышке порохового огня стало видно, что османийцы уже заполнили ров и начали взбираться на вал. Изо рва доносился даже уже не крик, а непрерывный вой.
– Огонь! Огонь! Чаще стрелять!
В данной обстановке экономить патроны не приходилось. Несмотря на грохот винтовочной пальбы, впереди явно ощущалось шевеление людской массы, упорно взбирающейся на вал, несмотря на летящие в нее пули. С той стороны стреляли редко и не прицельно, противники находились в одинаковых условиях почти нулевой видимости, но руоссийцы укрывались в окопах, а османийцы поднимались на вал плотной толпой, в которую невозможно было промахнуться даже в такой темноте.