"Фантастика 2023-117". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)

В бинокль хорошо были видны фигурки османийских артиллеристов, суетившихся у орудий, но пока артиллерия форта сохраняла молчание. План, как облегчить штурмующим взятие форта, понемногу начал складываться в голове капитана Магу. Раз за разом он внимательно высматривал подходы к форту и его вал в поисках наилучшего решения. Наконец, он решил, что его план достаточно хорош, и настало время довести его до подчиненных. Спустившись со скалы, Алекс вернулся в лагерь, где собрав взводных унтер-офицеров, начал чертить веточкой на земле схему форта.
— Это цитадель. Это форт. Это вход в его внутренний двор. Три батареи: гаубичная, мортирная, бомбических орудий.
Тремя чертами капитан изобразил расположение батарей.
— С началом артиллерийской подготовки накапливаемся здесь и ждем. Дальше подходы к форту открытые, но будем надеяться, что наблюдатели тоже попрячутся. Отсюда мелкими группами пробираемся в тыльную часть рва.
— К воротам? — поинтересовался Таропшин.
— На ворота рассчитывать не приходится, думаю, с началом обстрела их закроют. Будем сидеть во рву и ждать окончания стрельбы.
— А если своя же бомба в ров залетит? — выразил опасение Севрюжаев.
Бомба, выпущенная из руоссийского двухсотпудового осадного орудия, могла в единый миг вывести из строя всю роту, но другого выхода не было.
— Маловероятно, — постарался развеять опасения подчиненных капитан, — тыльная часть рва одно из наиболее безопасных мест. К тому же долго нам сидеть не придется. Как только стрельба начнет стихать, поднимемся на вал и захватываем гаубичную батарею. Отсюда мы можем контролировать мортирную батарею во внутреннем дворе, а также простреливать тыл бомбической батареи, и батарей, расположенных на внешних валах форта.
Веточка нарисовала на сухой земле предполагаемые сектора обстрела.
— В этом случае, — продолжил Алекс, — для отражения штурма османийцам останутся только орудия, расположенные в закрытых казематах, а там у них одно старье.
План был изложен, оставалось самое трудное — ответить на вопросы. И они не замедлили посыпаться.
— А какова численность гарнизона форта?
— Около двух тысяч.
Не сдержавшись Таропшин даже присвистнул.
— Да они же нас шапками закидают!
— Не закидают. Не до этого им будет. Основная часть пехоты будет сосредоточена на внешнем валу и на промежуточных позициях. Нам придется иметь дело только с артиллеристами. Если в начале штурма османийские командиры решат перебросить часть пехоты в тыл форта, то это только ускорит его падение. Вряд ли они на это пойдут.
Севрюжаев усмотрел в плане еще одно слабое место.
— А из цитадели нас не достанут?
— Могут, — вынужден был признаться Алекс. — Большая надежда на то, что османийцы в пороховом дыму не смогут разобрать происходящее в форте. К тому же, Восточный форт самый удаленный от цитадели, расстояние больше версты будет. Для винтовки далековато, а пушки в цитадели старые, но ядром в спину влепить могут.
— А если османы пороховые погреба взорвут?
— До тех пор, пока у них будет надежда вернуть батарею, не взорвут. А там, авось, и наши подоспеют. Но если даже и взорвут, то артиллерия форта будет нейтрализована, а это значит, что задачу свою мы выполнили.
Такой исход был, конечно, не желателен, самим жить хотелось, да и мортирная батарея при штурме цитадели очень пригодилась бы, но если найдется среди османийцев пара-тройка фанатиков, удержать их будет невозможно. Имевшихся в распоряжении капитана Магу шести десятков солдат для захвата такого серьезного сооружения, как Восточный форт, было ничтожно мало.
Больше вопросов у унтеров не было.
— Свободны, — отпустил их Алекс. — И ефрейтора Окисова ко мне позовите.
Пару минут спустя ефрейтор уже докладывал о своем прибытии по приказу господина капитана.
— Вольно, смотри сюда.
Алекс указал на начерченную им схему.
— Это форт, это наши позиции. К ним, конечно, можно пройти через горы, но этих тропинок мы не знаем, а искать их времени нет. Остается один путь — между фортом и этой скалой. В проходе у османийцев есть люнет в двухстах саженях от форта. Других позиций нет, но могут быть патрули. Место там открытое, днем не пройти, но можно попробовать ночью. Сможешь?
 
Ефрейтор выпрямился и уверенно заявил.
— Не извольте беспокоиться, господин капитан, пройду!
— Отнесешь донесение полковнику Дрондукову или штаб генералу Новославскому, куда ближе будет.
— Осмелюсь спросить, господин капитан, а ну как меня к полковнику не пустят?
— Пустят. Я тебе записку соответствующую напишу, предъявишь ее первому же встреченному офицеру. Ты, главное, дойди. И помни, донесение, что при тебе будет, к османийцам ни в коем случае попасть не должно, тогда всем нам конец настанет.
— Не попадет, господин капитан — заверил ротного ефрейтор.
— Возможно, тебя обратно сюда отправят, до начала штурма мы будем оставаться здесь. Выполнишь все как надо, считай, медаль заслужил.
— Премного благодарен, господин капитан, только я не ради медали иду.
Понятно, что не за медаль. За товарищей по роте, за земляка своего идет.
— Я бы вас двоих послал, да каждый штык на счету. Так что вся надежда на тебя одного. Ступай до вечера отдыхай. Взводному скажешь, я — разрешил. Донесение перед выходом получишь.
— Слушаюсь, господин капитан!
Ефрейтор ушел, а Алекс начал собираться с мыслями донесение писать. Хорошо бы скоординировать атаку на батарею с началом штурма форта, но надежда на то, что в штабе решат ускорить штурм, ради такой возможности была невелика. А без продовольствия рота долго здесь не высидит. И взять его не обнаружив себя негде. Придется ночью прорываться к своим позициям, и тогда вся задумка с обходом пойдет псу под хвост. Плюс неизбежные потери при прорыве, хотя, как показала практика, османийцы ночью воюют отвратительно.
Алекс извлек из сумки лист писчей бумаги и карандаш, вздохнул и принялся сочинять донесение. «Командиру 19 пехотного полка полковнику Дрондукову. Доношу до Вашего сведения, что вверенная мне 9 пехотная рота…».
Спросонья капитан Магу не сразу сообразил, что означает разбудивший его далекий гул, а сообразив, мгновенно подскочил и, в спешке натянув сапоги, кинулся взглянуть на Арс. Цитадели доставалось немного, больше страдал городишко у ее подножия, а вот Восточный и Северный форты были закрыты пороховым дымом, сквозь который то и дело прорывались огненные сполохи. Даже, если ефрейтор Окисов добрался до цели без приключений, руоссийская военная машина не могла быть приведена в действие с такой оперативностью. Сама военная наука требовала начинать штурм Арса именно с этих фортов, а их артиллерийский обстрел был начат по заранее утвержденному плану. Однако такую возможность грех было не использовать. Этот обстрел будет длиться несколько часов, оставалось только выбрать нужный момент. Да еще не помешала бы удача, чтобы не попасть под разрыв своей же бомбы.
— Рота к бою!
Солдаты еще до команды сообразили, чем чревата разбудившая их канонада, а потому, все уже были на ногах. Взводные унтер-офицеры ожидали дальнейших распоряжений.
— Выступаем!
Пока было время, капитан Магу решил подвести роту, как можно ближе к форту не нарушая скрытности передвижения. Двадцать минут спустя рота рассыпалась по кустарнику на склоне в полутора верстах от форта. Потянулись минуты ожидания, постепенно складывающиеся в часы.
— Господин капитан.
Справа подполз Таропшин.
— Господин капитан, как вы думаете, долго еще?
— Да кто же его знает? Но, судя по интенсивности огня, надолго нашим снарядов не хватит.
— Скорее бы уже.
Ожидание утомило настолько, что штурм сильно укрепленного форта с многочисленным гарнизоном начинал казаться избавлением. Руоссийская артиллерия и в самом деле пороха не жалела. И откуда столько навезли?
Алекс уже хотел было отослать унтера обратно к его взводу, но тут ему показалось, что гул канонады начал звучать чуть иначе. Пару минут он потратил на то, чтобы убедиться — интенсивность стрельбы, действительно, начала снижаться.