"Фантастика 2023-117". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)

– Товсь! Цельсь! Пли!
Лейтенант старался выдерживать промежутки между залпами, достаточные для прицеливания, все же расстояние для прицельной стрельбы с фланга было почти предельным. Они успели дать еще четыре залпа, за прокатившейся к караван сараю толпой тянулись отставшие всадники на обессилевших верблюдах. На песке остались лежать темные холмики погибших людей и животных.
В этот момент верх стены, за которой укрылись оборонявшиеся, окрасился белым дымом. Несколько мгновений спустя докатился грохот ротного залпа.
Гохарцев мог бы остановить разве что залп полной батареи двенадцатифунтовых гаубиц. Картечью, в упор. Толпа на мгновение споткнулась, затем, подмяв под себя передние ряды, принявшие на себя почти сотню пуль, опять рванулась вперед.
– Товсь! Цельсь! Пли!
Гохарцы уже проскочили мимо глиняного холма, и сейчас стрельба велась им в тыл.
– Товсь! Цельсь! Пли!
Саперы штаб-капитана Катасонова успели дать еще два залпа, основательно проредив атакующую толпу. Убитых и раненых в ее тылу стало намного больше. Но большего сделать не успели – винтовки саперов не обладали такой скорострельностью, как трофейные «тартини», из которых сейчас стреляли разведчики.
– Товсь! Цельсь! Пли!
После третьего залпа стена караван-сарая ощетинилась блестевшими на солнце иглами штыков. Любой руоссийский солдат твердо знал, что в штыковом бою руоссийская пехота не имеет себе равных. В рукопашной руоссийца можно убить, но победить его – невозможно. И уж тем более не дано это сделать каким-то гохарским голодранцам. И потому первый, самый яростный натиск получил не менее ожесточенный отпор со стороны оборонявшихся.
Толпа гохарцев подкатила к стене, сзади ее подперли отставшие. Казалось, еще миг, и темная масса перехлестнет через стену и просто сметет ее защитников. Со стороны это выглядело почти чудом, но отчаянная оборона руоссийских саперов устояла. Не сумев преодолеть стену сразу, атакующие гохарцы начали растекаться вдоль нее.
– Товсь! Цельсь! Пли!
Алекс молился, чтобы одна из их пуль – из-за слишком высоко взятого прицела – не попала в кого-нибудь из своих.
С левого фланга нескольким гохарцам буквально по трупам удалось преодолеть стену. Туда бросился руоссийский резерв, благоразумно придержанный Катасоновым для такого случая. Нападавших частью перекололи, частью спихнули обратно за стену.
– Товсь! Цельсь! Пли!
Был ли этот залп той самой соломинкой, что ломает хребет верблюду, или в этот момент у гохарцев кончился запал, но атакующая толпа вдруг отхлынула назад, оставив под стеной целый вал убитых и раненых. Со стены вновь затрещали винтовки. Толпа гохарцев кинулась врассыпную. Всего пару минут назад они стремительно атаковали, а теперь с не меньшей скоростью стремились покинуть место битвы.
Поскольку достойная цель исчезла, лейтенант приказал прекратить стрельбу. Еще минут пять спустя только лежавшие на песке трупы, раненые да потерявшие всадников верблюды указывали на то, что здесь был бой.
Фелонов стянул с головы кепи, рукавом стер со лба пот.
– Отбились, господин лейтенант! А я было подумал, что вырежут наших к чертовой матери!
Алекс бросил саблю обратно в ножны.
– Шохад, это тоже была эмирская гвардия?
– Только половина, остальные – северяне-кочевники.
По мнению лейтенанта, эта толпа больше походила на банду, только очень многочисленную. Даже если только половина была гвардейцами, то особого мужества и упорства в достижении цели они не проявили. И если остальные солдаты эмира не более стойки в бою, чем гвардейцы, то Гохару, действительно, можно взять одним полком. Но тут он вспомнил, что один генерал уже брал Гохару, только потом удержать ее не смог.
– Ладно, поехали. Фелонов, найди там кого-нибудь живого и развяжи ему язык. Узнай, откуда они тут взялись. И Шохада с собой возьми.
Алекс с остальными солдатами направился к караван-сараю. Там как раз начали растаскивать наваленный в воротах мусор.
– А, вернулись, лейтенант.
Сурового вида ефрейтор, разрезав мокрый от крови рукав мундира Катасонова, бинтовал ему правую руку.
 
– Так точно!
Алекс привычно спрыгнул с верблюжьей спины на песок.
– Чем это вас, господин штаб-капитан?
– Саблей, когда гохарцы через стену перелезли.
– Потери в роте большие?
– Убитых с полдюжины да раненых втрое больше. Лейтенанта Кисаева убили. Считай, четверть роты как корова языком слизнула! Сейчас фельдфебель посчитает и точно доложит.
– С учетом численности нападавших, можно сказать – легко отделались.
– Может, и так, – согласился Катасонов и тут же зашипел от боли. – Да тише ты, живодер, не кобылу перевязываешь!
– Виноват, господин штаб-капитан!
Осуществлявший перевязку ефрейтор ни на мгновение не прервал своего занятия. Сквозь слои белого полотна проступали красные кровавые пятна.
– Думаю, они не случайно на нас наткнулись, – продолжил начатую тему штаб-капитан.
– Полностью с вами согласен, – поддержал догадку его Алекс, – впрочем, сейчас мы это узнаем точно.
Во двор караван-сарая входили Фелонов и Шохад, верблюд унтера, которого он вел за собой, был буквально обвешан трофейными винтовками.
– Докладывай.
– Они вышли из Зафара восемь дней назад! Нас искали, да сразу не нашли. Вода у них второго дня кончилась, а обратную дорогу уже не осилить. Совсем было отчаялись, да тут их разведка на нас и наткнулась. Кочевники как про воду услыхали, так сломя голову и кинулись, гвардейцы за ними.
Теперь стало понятно, почему гохарцы кинулись в такую отчаянную и неорганизованную атаку – больше суток без воды по пустыне бродили.
– Возьмите второй взвод, унтер-офицер, и соберите трофеи, – приказал Катасонов.
– Слушаюсь, господин штаб-капитан!
Фелонов ушел выполнять приказ, Шохад незаметно куда-то исчез, будто в воздухе растворился. Ефрейтор закончил перевязку, офицеры остались одни.
– Что думаете о дальнейших действиях противника, лейтенант?
– В пустыню без воды они не уйдут, сейчас опомнятся, соберутся и ночью попробуют взять караван-сарай еще раз.
– Я тоже так думаю, – согласился Катасонов. – Ночью они нас просто численностью задавят. Боюсь, не удержим колодец. И отступить нельзя. Что делать будем, лейтенант?
Алекс бросил пристальный взгляд на штаб-капитана. Катасонов хороший офицер и ротный командир, но он – сапер. К тому же вся его служба протекала без участия в боевых действиях. Сегодня саперная рота под его командованием приняла свой первый бой. И сейчас он, действительно, не знает, что предпринять дальше. Но штаб-капитан Катасонов из заштатного гарнизона сразу же задумался о дальнейших действиях, а он, лейтенант Магу, участник нескольких серьезных боев и десятков мелких стычек, к стыду своему, только сбором трофеев озаботился.
Обороняться бессмысленно, отступать – нельзя. Что остается? Решение пришло быстро.
– Надо атаковать, господин штаб-капитан! Прямо сейчас, пока они не опомнились! Взять всех, кто может стрелять, и в атаку!
– Да вы с ума сошли, лейтенант, их же вчетверо против нас!
– Да хоть вдесятеро! Пока они в себя не пришли, у нас есть шанс их разогнать. Кочевники при первых же выстрелах разбегутся, гвардейцы тоже долго думать не будут.
– И в каком направлении наступать прикажете?
А вот это был очень интересный и своевременный вопрос, но у Алекса уже был инструмент для поиска правильного ответа на него.
– Шохад!
– Я здесь, офицер!
Будто только и ждал, когда его позовут.
– Найди гвардейцев! Срочно!
Караванщик молча кивнул, запрыгнул на своего верблюда и погнал его к воротам. Наследили эмирские гвардейцы основательно, у такого опытного караванщика их поиски много времени не займут. А Катасонов решил вернуться к прежней теме разговора.
– Все-таки настаиваете на атаке?
– Да. Засядем в караван-сарае – нас просто всех перестреляют. Их больше и у них лучше винтовки.
– Но они плохо из них стреляют.