"Фантастика 2023-117". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)

– Я не знаю точно, сколько нам еще идти до этого проклятого перевала. Но чем быстрее мы до него дойдем, тем быстрее поставим палатки и сможем обогреться. Назад дороги все равно нет. Становись!
Унтеры пинками и матом начали поднимать солдат и лошадей. Только через час после команды рота смогла начать движение вперед. Глядя на медленно бредущих животных, Фелонов заметил:
– Жалко лошадок резать, но придется.
Придется. Кормить их на перевале нечем и отпустить нельзя. Зато конины в солдатском рационе будет много. Когда операция задумывалась, все выглядело просто и понятно, а здесь придется зарезать, освежевать и разделать почти сотню конкретных лошадей. Алекс отвернулся от дороги, разглядывая затянутые облаками вершины гор. После полудня дорогу покрыл уже нетаявший снег, а конца пути так и не было видно. Сколько же еще им идти?
Остатки старой башни открылись неожиданно. Передовой дозор только преодолел очередной подъем, как дорога круто повернула вправо, обходя каменную гряду. А над грядой царило некогда циклопическое сооружение, от которого время оставило только пару саженей каменных стен, сложенных из больших, грубо отесанных камней. Обойдя гряду, дорога ныряла вниз, через полуверсту скрываясь за поворотом. Грушило был прав, место для обороны идеальное и есть где разместить целую роту солдат. Теперь даже с артиллерий сковырнуть руоссийцев с перевала будет непросто, а без пушек и думать нечего.
Указав места, где ставить палатки, и приказав готовить позиции для стрелков, Алекс отправился к остаткам старой башни. При ближайшем рассмотрении башня оказалась намного древнее, чем выглядела с первого взгляда. Вряд ли местные горцы вручную смогли так точно обработать и подогнать камни такого веса и размера, а затем поднять их на высоту в несколько саженей. Упавшие сверху камни теперь лежали у подножия башни, засыпанные снегом. Кто, когда и зачем поставил здесь это сооружение, было загадкой. Как и то, кто его потом разрушил. Разгадывать их Алекс не стремился, хватало других забот.
Один из разбиравших камни солдат что-то извлек из-под снега и показал взводному унтер-офицеру, а тот позвал ротного командира:
– Господин лейтенант, господин лейтенант! Смотрите, что мы тут нашли!
Находкой оказалось старое кремневое ружье. Фелонов проявил знание истории руоссийского оружия.
– Наше, пехотное образца двадцать второго года.
Алекс взял ружье в руки. К его удивлению, оно было в довольно приличном состоянии, даже дерево ложи и приклада очень неплохо сохранилось. Правда, замок заржавел намертво, но номер и клейма можно было разобрать без труда.
– Разрешите, господин лейтенант?
Алекс передал ружье Фелонову. Тот вытащил шомпол и потыкал им в ствол.
– До сих пор заряжено, так и не успел пальнуть солдатик.
– Здесь, стало быть, они тогда и стояли, – подвел итог лейтенант. Затем, сам от себя такого не ожидая, Алекс взобрался на большой камень и обратился к солдатам с короткой речью:
– Сорок лет назад наши деды пытались завершить здесь войну! Тогда им это не удалось. Сегодня сюда пришли мы, их потомки и наследники их славы! И мы не уйдем, с этого перевала, пока не победим. Ура!
– Ура! – подхватил Фелонов.
– Ура! – поддержали унтера несколько солдат.
– Ура-а-а-а!!! – подхватили клич остальные.
Спрыгнув с камня, лейтенант подозвал к себе Фелонова и негромко, так, чтобы больше никто не услышал, приказал:
– Влад, из чего хочешь, сооруди флаг и подними его над башней, пусть видят, сволочи, что мы отсюда не уйдем.
Короткая речь ротного командира неожиданно подбодрила измотанных длинным и тяжелым переходом людей. Солдаты зашевелились намного веселее, чему немало способствовала и первая установленная палатка, где, как оказалось, даже была предусмотрена походная печка.
Убедившись, что солдаты заняты делом, Алекс уже хотел было отправиться в палатку, где была возможность хоть немного обогреться после долгого пребывания на таком собачьем холоде и очень резком, пронизывающем ветру, но тут выдвинутый к дороге дозор доложил о приближении каравана со стороны Темерюка.
 
Проклиная так некстати появившегося противника, лейтенант торопливо спустился к камням, где расположился дозор. Внизу, из-за поворота на дороге появлялись хорошо различимые на белом снегу черные фигурки людей и лошадей с вьюками на спине. Алекс поднял к глазам бинокль, хорошая оптика позволяла рассмотреть детали.
Фелонов не успел соорудить флаг, и караванщики еще не догадывались о том, что перевал уже занят руоссийскими солдатами. Тем не менее их было достаточно много, не меньше сотни, и все они были неплохо вооружены. Роте предстояло отразить самую первую атаку противника. Повернувшись к солдатам, лейтенант скомандовал:
– Рота, к бою!
Побросав все хозяйственные дела, солдаты расхватали оружие и начали торопливо занимать позиции, выставляя стволы винтовок между камнями гряды, загоняли в казенники патроны и сухо щелкали затворами. Четверо во главе с унтером торопливо ставили на лафет «гартинг», открывали ящики с патронами.
Занятые тяжелым подъемом, караванщики не замечали, что смерть уже изготовилась, взяла их на прицел и только ждет команды от притаившегося за камнем молодого человека в серой офицерской шинели с лейтенантскими эполетами. Оптика бинокля приблизила бородатые лица идущих. Видно было, что они очень устали, наверняка надеются, что здесь, в самой высокой точке их нелегкого пути смогут передохнуть. Они еще не знают, что мечтам их не суждено сбыться.
Враги приближались очень медленно. Шестьсот шагов, пятьсот шагов, четыреста… Ближе подпускать нет смысла, исчезнет преимущество в прицельной дальности и кучности боя «шапсо». С другой стороны, хотелось, чтобы из-за поворота вышло как можно больше врагов, чтобы прихлопнуть их всех разом. Алекс уже наметил камень, до которого должен добраться передний бородач, чтобы дать команду на открытие огня. Горцу оставалось буквально несколько шагов. Лейтенант уже опустил бинокль и поднял правую руку, а тот вдруг остановился, будто почуял что-то и решил выкроить у судьбы еще несколько мгновений жизни. Остановился и повернулся к тем, кто шел следом, видимо, хотел им что-то сказать. Не успел, рука Алекса метнулась вниз.
– Огонь!
Залпом ударили винтовки, сбивая с ног людей и животных, гряду заволокло белым пороховым дымом. Едва только уши вновь обрели возможность слышать, как с дороги донеслись крики раненых и ржание лошадей. Откуда-то снизу щелкнул ответный выстрел, пуля попала в камень неподалеку от Алекса. И тут же, перекрывая какофонию боя, торопливо плюясь огнем и дымом, застучал «гартинг», посылая вниз тяжелые свинцовые пули шестидесятого калибра. Началась вторая, за последние сорок лет, оборона Харешского перевала.
Из записей лейтенанта Магу, сделанных при обороне Харешского перевала
Запись первая
Всегда считал ведение всевозможных дневников уделом кисейных барышень, но сейчас сам решил записать историю обороны Харешского перевала, поскольку на память не надеюсь, события наслаиваются одно на другое, и я уже начинаю в них путаться.
Сегодня 55-й день, как мы заняли этот проклятый перевал. Если бы не календарь, в котором я отмечаю прошедшие дни, давно бы уже потерял счет времени. До назначенного дня осталось меньше недели, но в скорый приход наших войск к перевалу никто не верит. Видимо, что-то пошло не так и вся операция затягивается. Между тем голод уже основательно прижал противника, лезут почти каждый день, а бывает и не по одному разу. Видно, что они уже отчаялись, но ярость их меньше от этого не становится. Впрочем, обо всем по порядку, попробую записать случившиеся события в хронологическом порядке, пока не запутался окончательно.
Первая атака была нами отбита сравнительно легко. Враг не ожидал засады и в первые же минуты потерял до полусотни человек и всех вьючных лошадей. У нас потерь не было, только одна лошадь была убита наповал случайной пулей. Уцелевшие враги скатились вниз и, спрятавшись за поворотом дороги, пытались нас обстреливать. За дальностью расстояния и значительного превышения нашей позиции стрельба эта причиняла нам мало беспокойства. Приказал не отвечать на огонь, озаботившись сохранностью боеприпасов.