"Фантастика 2023-117". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)

– Ваше право, – пожал жирными плечами жандарм, как только мундир не треснул по швам, – только вам же хуже будет.
– Ничего не было, – продолжил все отрицать Алекс, – никакого Мантасура и его семью в глаза не видел.
– Упорствовать продолжаете. А зря. – Маска доброго дядюшки, наставляющего на путь истинный непутевого племянника, на роже ротмистра Крыжопуло сидела отвратительно. Алекс испытал сильнейшее желание врезать кулаком по этой маске, но звякнувшая цепь кандалов напомнила о фактическом положении дел.
– В таком случае подождите, пока я протокол напишу.
Жандарм углубился в свои бумаги, а Алекс лихорадочно обдумывал сложившуюся ситацию. Нет, суда допускать нельзя ни в коем случае. Сам по себе судебный процесс с такими обвинениями уже серьезный удар по репутации, даже если дело закончится оправданием. Слава душегуба и детоубийцы будет потом преследовать всю оставшуюся жизнь. Нет, дело надо разваливать именно сейчас, на стадии следствия. Но как?
Первым делом надо найти предателя. Найти и удавить. Понятно, что он попал в охотничью команду с последним пополнением. Именно поэтому он про первый расстрел ничего конкретного сказать не мог, зато все знал про второй. Но тогда в команду пришло полтора десятка человек, попробуй, вычисли, кто именно эти показания подписал. Да и невозможно ничего сделать из тюремной камеры. Тупик. А время-то работает против него, и с каждым днем ситуация будет становиться только хуже. Дережицкий или кого-нибудь из охотников расколет, или девок отыщет.
– Прочитайте и подпишите.
Алекс взял протянутые ему бумаги. Почерк у Крыжопуло был каллиграфический, разборчивый. Прочитав протокол, лейтенант убедился, что все вопросы и ответы записаны правильно, ничего лишнего нет.
– Где подписать?
– Вот здесь.
Палец жандарма накрыл площадь в треть квадратного дюйма. Алекс, брякнув цепью, неловко расписался. Крыжопуло вызвал дежурного, и лейтенанта отвели обратно в камеру.
Весь следующий день Алекса никто не трогал. Самым тяжелым было полное отсутствие какой-либо новой информации и невозможность хоть как-то повлиять на складывающуюся ситуацию. Он почти физически ощущал, как вокруг него сжимается кольцо, а он только бесполезно теряет время, сидя на тюремных нарах. Несколько раз он порывался вскочить на ноги и начать по диагонали мерить камеру шагами, но тяжесть кандалов на руках и натертые запястья останавливали в последний момент. Так он и просидел весь день.
На следующий день, с утра пораньше, в коридоре возникла какая-то непонятная суета. Поначалу Алекс решил, что в тюрьму привезли кого-то еще, но тут лязгнул запор на двери его камеры.
– Снимайте, быстро! – раскомандовался Крыжопуло.
Влетевшие в камеру жандармы торопливо содрали с лейтенанта кандалы.
– Осторожне, сволочи, – Алекс подул на покрасневшие запястья. – Что случилось?
– Адвокат из столицы прибыл, – пояснил ротмистр, – рвется вас защищать.
Значит, информация о его аресте до отца все-таки дошла, и авангард королевской рати прибыл на выручку. Интересно, кто это такой шустрый подсуетился?
– Тогда чего мы ждем? – подхватился лейтенант. – Где адвокат? Я сейчас, как никогда, нуждаюсь в его услугах.
Больше всего ему сейчас была нужна информация о происходящем и связь. Если адвокат приехал только что и еще не в курсе всех дел, то уж записку-то на волю передать он наверняка сможет.
Адвокат оказался благообразным седым джентльменом с аккуратно подстриженной бородкой и солидным брюшком.
– Животовский-Пони, доктор права.
– Лейтенант Магу. – Алекс пожал пухлую влажноватую руку.
– А это…
– С господином Лисово мы уже знакомы.
Когда Магу пожимал сухонькую лапку поверенного, адвокат обратил внимание на его запястья.
– Они держали вас в кандалах? Как какого-то грязного убийцу?
– Да я тут не удержался, одному сатрапу по морде дал, – признался лейтенант.
– Это вы зря, но все равно они не имели такого права. Да этот Дережицкий десяток статей нарушил как минимум. На суде я его…
 
– Подождите, господин Животовский, – прервал адвоката Алекс, – суда не будет.
– Как не будет? – ахнуло столичное светило.
– Пока не знаю как, но точно знаю, что не будет. Сейчас я все отрицаю, но у Дережицкого есть два свидетеля. Что вы на это скажете, доктор?
– Если вы хотите развалить дело до суда, то продолжайте в том же духе. Свидетелей же надо как-то опорочить, чтобы их показания потеряли всякую ценность.
– Наши мнения совпадают, – согласился с адвокатом Алекс. – Поэтому займитесь жалобами в прокуратуру и непосредственному начальству Дережицкого. Пишите как можно больше, но никакого шума, особенно в прессе. А мы пока с господином Лисово перемолвимся.
Доктор права, похоже, обиделся. Он приехал в какую-то глухую провинцию, чтобы потрясти аборигенов-присяжных своей пламенной речью, а его низвели до уровня банального жалобщика. Но свой весьма немалый гонорар Животовский-Пони всегда отрабатывал полностью. Вот и сейчас он извлек из объемистого портфеля письменный прибор и несколько листов бумаги, разложил их на столе и обиженно заскрипел пером, периодически макая его в чернильницу. Впрочем, Алексу на обиды адвоката было наплевать, сейчас ему нужна была информация.
– Откуда вы узнали о моем аресте?
– Из телеграммы, – ответил Лисово. – Унтер-офицер Фелонов прислал телеграмму на ваше имя, предупреждал, что его и еще нескольких солдат пытались арестовать жандармы, но неудачно.
– Подробности знаете?
– Господин Магу, – слегка возмутился Лисово, – часа не прошло, как мы вышли из почтовой кареты и сразу направились к вам в тюрьму. Даже в гостиницу еще не заходили и не знаем, есть ли свободные номера.
– Прошу прощения, продолжайте.
– Телеграмма, к сожалению, пришла уже после вашего отъезда, но господин Магу сразу заподозрил неладное и приказал собираться в путь господину Животовскому-Пони и мне. Также, по его поручению, я отправил телеграмму моему хорошему знакомому в Червонодар, а он встретил ваш поезд и сообщил о вашем аресте. Мы немедленно тронулись в путь.
– Тогда понятно, почему вы приехали так быстро. Я вас ждал не раньше следующей недели. А теперь слушайте и запоминайте. У Дережицкого есть свидетель, кто-то из последнего набора охотничьей команды. Надо его найти и во что бы то ни стало заткнуть ему рот.
– Вы имеете в виду…
– На ваше усмотрение. Самое лучшее, если он просто исчезнет.
Поверенный понимающе кивнул.
– С этим проблем не будет, но найти его трудно, вряд ли меня пустят в расположение вашего полка.
– Вам и не надо его искать. Сообщите о предателе Фелонову или фельдфебелю Грушило, они его сами найдут. Солдаты все на виду, его и не нашли до сих пор только потому, что никто не искал.
– Его самое слабое место – связь, – подсказал Лисово. – Для того чтобы что-то сообщить Дережицкому или получить указания, ему постоянно надо куда-то отлучаться, причем в одиночку.
– Можете высказать свои соображения Фелонову и Грушило, но, думаю, они и сами сообразят, что им делать. Теперь второе наше слабое место – четыре девки, которых мы вытащили из ямы Джавхата, и наш проводник. Они видели очень много лишнего. Пока их показаний в деле нет, но чую, что Дережицкий сейчас носом землю роет в их поиске. Ваша задача – опередить его и надежно их спрятать.
– Будет сделано, – заверил Лисово.
– Кого и где о них спросить, Фелонов подскажет. На закуску вам остается Межид.
– А это кто такой? – поинтересовался поверенный.
– Мой бывший агент в банде Хамиди. Благодаря своему засланцу в нашей команде, Дережицкий на него вышел, а прижать этого труса – много труда не надо. Сам он нигде лично не присутствовал, большой опасности его показания не представляют, но лучше бы заткнуть и его.
– Где его можно найти?
– Не знаю. Вряд ли жандармы оставили на правом берегу. Вероятнее всего, он где-то здесь, в Текуле. Когда вы будете готовы, дайте знать мне. Я потребую очной ставки с ним, дальше вы знаете.