"Фантастика 2023-117". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)
— А я и не искал легких путей.
— Молодец, — Палыч неожиданно меня похвалил. — В общем, с академии постарайся не высовываться. Уверен, Никитовы захотят отомстить. За пределами академии у тебя и так ничего и никого нет, поэтому бояться тебе нечего.
Ошибаешься, Палыч. Есть у меня надежный человечек, но о нем тебе знать не стоит.
— Нравятся мне такие ребята целеустремленные. Чтобы стержень был! Вот говоришь с тобой и видишь, что человек, а не тряпка. А эти… — Палыч махнул рукой на дверь и вздохнул. — Все, иди! И чтобы вел себя как подобает дворянину.
Я послушно поднялся и поспешил покинуть комнату проректора, пока тот ничего не придумал. Не успел. Стоило мне коснуться ручки двери, Палыч меня окликнул:
— Да, и еще! Сегодня вечерняя смена на кухне! Физический труд еще никому не мешал, заодно и спесь собьет. Уставшие ученики руками не машут.
— Есть вечерняя смена, — отозвался я и вышел в коридор. Зараза! Я когда-нибудь вообще отдохну? С того самого дня, как я оказался в академии, постоянно встреваю в какую-нибудь ерунду. И ладно бы случайно, сам виноват…
В гостиную я вернулся в самом мрачном настроении. Сегодня здесь было особенно людно. Парни разбились на кучки и что-то оживленно обсуждали, некоторые девчонки шептались, а другие же просто вытащили шитье или сидели с книгами. Не понимаю, как вообще можно читать в такой шумной обстановке? Если уж и завалиться с книжечкой, то в удобное кресло, и чтобы ничего не отвлекало воображение от картинки, которая предстает перед глазами.
Причины такого оживления я понял буквально через пару мгновений. Занятия на этой неделе закончились, не успев толком начаться, и сейчас у нас впереди было два дня выходных. Заданий на дом еще не успели задать, а значит вечер был совершенно свободный.
— Мишка, давай к нам! — Влад, сидящий за одним из столиков в самом углу, махнул мне рукой, привлекая внимание. Я тут же направился к нему. Помимо Васильева за столом сидели Катя Листьева, Егор Паневин и Маша Фролова, которая училась в нашей группе.
Голоса в гостиной тут же затихли, словно с моим появлением произошло что-то невероятное. Никитова в комнате я не заметил, а вот Игнатьев с Кильчицким были тут как тут.
— Ну ты и выдал! — протянул Влад, хлопнув меня по плечу, когда я устроился за столиком. — Ты сегодня просто герой дня.
— Я не нарочно, просто на эмоциях так вышло, — отозвался я, не желая вспоминать произошедшее на площадке.
— Да ладно, все видели, что Никитов тебя специально цеплял. Сначала столкнул с полосы, а потом что-то сказал. Кстати, что он хоть сказал такого, что ты ему так двинул? Это прямо самый главный вопрос у всех.
— Кое-что о моей матери, что я не намерен повторять.
— За такое я бы тоже врезал, — произнес Васильев и нахмурился.
— Ну и дурак, — вмешалась Маша, которая училась в нашей группе и сидела за нашим столиком. — Это ведь очевидно, что он его провоцировал…
— Ну, вот и спровоцировал, — хохотнул Паневин и тут же поймал на себе осуждающий взгляд Маши.
— А вот и последствия, — произнесла Фролова, кивнув с сторону Игнатьева и Кильчицкого, которые шагали в нашу сторону.
Интересно, на что они рассчитывают? Второй раз спровоцировать я себя не дам. Поравнявшись с нашим столиком, оба парня замерли, а потом, как по спланированному сценарию, Кильчицкий вышел вперед и произнес:
— Гущин! Ты открыто оскорбил честь моего друга. Это недостойно поведения дворянина, и раз он находится в медпункте и не может отстоять свою честь, я вызываю тебя на дуэль!
— А вести себя как свинья достойно? — Паневин подскочил со своего места, а Лена стала рядом и положила руку ему на плечо, пытаясь успокоить. Все, кто был в гостиной, повернулись в нашу сторону.
— Егор, спокойно, — произнес я, стараясь угомонить друга, пока он не наделал глупостей, а потом повернулся к Кильчицкому. — Я открыто заявляю, что Никитов оскорбил честь моей покойной матери, поэтому я повел себя таким образом и приношу извинения перед всеми, кто стал невольным свидетелем моего поступка. Но я даже не думаю извиняться перед Никитовым, поэтому я с удовольствием принимаю твой вызов!
Рядом послышались удивленные вздохи, но я лишь улыбнулся.
— Отлично! Моим секундантом будет Игнатьев.
Я повернулся в сторону Влада, и он кивнул головой. По его горящим глазам я понял, что тот совсем не против.
— Мой секундант — Васильев.
— Отлично. В воскресенье ровно в полдень на тренировочной арене!
Кильчицкий с Игнатьевым удалились, а я понял, что на одного недовольного человека станет больше. Арина явно не обрадуется, что еще одна наша встреча отменится.
— Вот и раскрылся их план, — заявила Маша. — Кильчицкий — витязь третьей ступени с атрибутом силача, в то время как Никитов — лишь единица. Миша, разве ты не понимаешь, что позволил затянуть себя в ловушку?
— Разберемся, — отмахнулся я, понимая, что эта проблема будет серьезной.
Только страсти улеглись, дверь в гостиную отворилась, и внутрь вошел дежурный. Он провел взглядом по комнате, взглядом разыскивая кого-то, и направился к нашему столику. Странно, и почему я не удивлен?
— Гущин? Иди за мной, Ирина Николаевна вызывает тебя в свой кабинет. Срочно!
Ясно, неприятности даже не думали прекращаться. Интересно, они теперь все по очереди будут вызывать меня на разговор? Кто следующий, сам Карнаухов? До кабинета Андрияновой я добрался минут за пять и за это время успел прокрутить в голове все возможные причины, почему она меня вызвала. Дежурный попросил меня постоять у двери, а сам занес руку, чтобы постучать, но услышав громкий мужской голос, ненадолго замер в нерешительности, подарив моим ушам пару полезных секунд, чтобы услышать то, чего мне не следовало слышать.
— Ну, не могу я, Ирина! — закричал мужчина голосом Карнаухова. — Ты представляешь какие последствия это вызовет? Тем более, не сейчас, когда все так хрупко.
В этот момент дежурный все же постучал и дернул ручку двери. Естественно, разговор прервался.
— Ирина Николаевна, по вашей просьбе Гущина разыскал и привел к вам.
— Спасибо, Константин, скажи ему пусть войдет!
— Подождите оба за дверью минутку, — попросил Карнаухов.
— Павел Игнатьевич, если вы мне больше ничего нового не хотите сказать, то позвольте мне заняться своими прямыми обязанностями, а именно — навести порядок в академии.
Ничего себе! Ирина Николаевна только что осадила самого князя, или мне показалось? Я даже заглянул внутрь кабинета, желая убедиться, что это действительно Карнаухов и мне не послышалось.
— Заходите, не стойте столбом, — сухо бросила мне Андриянова.
Я вошел в кабинет и стал справа, обогнув шкаф с документами. Ирина Николаевна стояла у окна, скрестив руки на груди, и выглядела явно недовольной. А вот князь выглядел очень растерянным. Он подошел к двери, но у самого выхода резко повернулся и произнес:
— Ирина Николаевна, просто немного подождите. Не могу я пойти на это сейчас… Ситуация наладится, и тогда мы с вами решим этот вопрос.
— А она когда-нибудь наладится, Павел Игнатьевич?
— Сейчас не понял что конкретно вы имели в виду?
— Поговорим об этом позже, — с нажимом произнесла Андриянова, кивнув в мою сторону.
Карнаухов бросил на меня недовольный взгляд и вышел. Так, стоп! Не надо меня тут выставлять причиной всех бед. Я вообще тут стою не по своей воле, и если бы меня не вызвали, продолжал бы сидеть в кругу друзей.
Мне было до жути интересно что же там за непростая ситуация в княжестве и чего от Карнаухова требует Ирина Николаевна, но пока у меня не было ни одной малейшей зацепки, а строить пустые догадки было нелепо.
— Присаживайтесь, господин Гущин, — Ирина Николаевна кивнула в сторону кресла, стоявшего рядом с ее столом, и вернулась на свое рабочее место.
Я поморщился, потому как этот официоз мне не нравился.
— Лучше просто Михаил, или Миша…
— Нет, господин Гущин, у нас серьезное образовательное учреждение, а не парк развлечений. Мишей вы можете быть где угодно, но только не здесь.