"Фантастика 2023-117". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)
Около переправы через Вислу возник затор. Река широкая, полноводная, бродов на ней нет. Паром был только один, и на него претендовали сразу две танковые армии. Переправа шла медленно, поэтому техники перед ней скопилось много. А наших истребителей никто не видел уже несколько дней, авиация не успевала за танками. Маскировались, конечно, и зенитки стояли, но если бы фрицы налетели… К счастью, обошлось, немецкая авиация была занята где-то в другом месте. А тут прибыл еще один понтонный парк.
Плеск воды пробивается сквозь тарахтение катерного движка, палуба слегка покачивается в такт волне и вибрирует.
— Ты плавать умеешь?
— Не-а, я такую большую реку в первый раз вижу. У нас в деревне речка узенькая, мне чуть выше колена будет. А вы, товарищ ефрейтор, как?
Нет, на воде Вова держаться мог, но недолго. С одной стороны, вода в реке теплая, летняя, с другой — обмундирование, сапоги и ремень. Кто победит, лишний вес или жажда жизни, еще неизвестно, а темная речная вода скроет все.
— Я даже на море был.
Был. Один раз. Поехал в Сочи дикарем, благо деньги были. Билет на самолет до Адлера подвернулся на удивление легко. До Большого Сочи добрался с шиком, на такси. Высадив его у шикарного отеля, такси укатило, Вова подошел к ресепшену за которым его ждали две симпатичные весело щебечущие девушки и один большой облом — мест в гостинице не было, все забито. Деляга сильно не расстроился, можно было попытать счастья в многочисленных мини-отельчиках. На крайний случай оставался необъятный частный сектор. Прежде, чем отправляться на поиски, Вова решил перекусить. Зашел в ресторан, сделал заказ и, пока ждал, познакомился с веселыми сочинскими парнями. Чуть позже подтянулись еще более веселые сочинские девчонки.
Сначала выпили за знакомство, потом за удачный отдых, потом пили за прекрасных дам, за их кавалеров, за… Коньячок был вполне приличный, прижимающаяся слева мамзель очень даже привлекательной и такой податливой, поэтому Вова быстро выпал из реальности. Где-то под утро он был разбужен суровым патрулем доблестной сочинской тогда еще милиции. Хорошо, хоть документы оставили. Поняв, что взять со спящего на пляже гражданина нечего, все уже взято до них, патрульные дали Вове бесплатный совет — к стражам порядка со своим заявлением не соваться, статистику им «глухарями» не портить и, вообще, быстрее уматывать обратно во избежание, так сказать.
Вова совету внял, наскреб по карманам мелочь, бросил на равнодушное утреннее море прощальный взгляд и побрел в ближайшее почтовое отделение, телеграмму корешу давать. Кореш не подвел, денег выслал, но с обратными билетами было туго. Пришлось двое суток трястись в общем вагоне на верхней полке возле туалета. С тех пор отдыхать на отечественных курортах Вова зарекся. Хотел выбраться куда-нибудь в Турцию или Египет, оторваться по системе «олл инклюзив», но сделать заграничный паспорт все руки никак не доходили. Так и не собрался. А теперь вот выбрался за пределы Родины, имея в кармане не загранпаспорт с шенгенской визой, а красноармейскую книжку и автомат в кабине. Транспорт, правда, комфортом не баловал, зато грузоподъемность три тонны и никакой тебе таможни, вези, что хочешь. Вова автоматически прикинул. Три тонны солярки, цена у нас, цена у них, за один рейс получается…
Ба-бах! Белопенный фонтан вырос далеко впереди и в стороне, даже брызги до парома не долетели. Переправа немцами не просматривалась, но ее место они приблизительно знали и били вслепую, наугад. Однако народ на пароме занервничал, захотелось побыстрее ощутить под ногами твердую землю. Между тем, паром приблизился к середине реки. Здесь и ветер был свежее, и качало сильнее, а обстрел, как назло, усилился. Наконец, толчок парома, возвестил о прибытии к берегу. Народ оживленно хлынул с парома, следом за ним сполз на левый берег и Вовин «шевроле».
Вот что плохо умеют генералы, так это вовремя останавливаться. Несмотря на все сводки о состоянии собственных войск, доклады из частей и данные разведки. Им постоянно кажется, что стоит только бросить в бой еще одну дивизию, накрутить хвост подчиненным, как враг дрогнет и побежит. При том, что люди вымотались, техники осталось мало, да и та нуждается в ремонте, что резервная дивизия не дотягивает и до половины штатной численности. Тылы отстали, коммуникации растянуты, и тоненький ручеек горючего и боеприпасов не в состоянии удовлетворить даже сильно сокращенные противником текущие потребности войск. А сами войска уже давно кормятся с «бабкиного аттестата». Между тем, еще вчера отступавший противник, закрепился на заранее оборудованных и выгодных для обороны позициях, подтянул резервы, и проблем со снабжением у него нет.
На этот раз для осознания ситуации потребовалось всего две недели. И то только потому, что в начале третьей недели немцы сами предприняли попытку контрнаступления. Именно попытку, продвижение немцев измерялось километрами, и через неделю они выдохлись окончательно. Наступила оперативная пауза, обе стороны рыли окопы, накапливали боеприпасы и восполняли потери в людях. После трехнедельного пребывания на плацдарме танковую армию вывели в резерв.
Авторота разместилась в польском селе. Хозяйка, низенькая полька лет тридцати пяти, сварила водителям чугунок картошки, в который те вывернули пару банок американской тушенки. Хозяйку пригласили за стол, та, непонятно с чего расщедрившись, выставила еще и бутыль мутного бимбера. Смертельно уставший Вова махнул всего-то полстакана, картошечкой закусил и сам не заметил, как выпал из реальности.
Проснулся он на следующий день, далеко за полдень, судя по положению солнца. Причем проснулся на кровати и без одежды, хотя кальсоны и нательная рубаха были на месте. Выбравшись из-под одеяла, Вова натянул свою пропотевшую, покрытую масляными пятнами форму, сунул ноги в сапоги и отправился искать местный освежитель. Выход Вовы в общую комнату сопровождался ехидными усмешками сослуживцев, хотя сам он никаких косяков за собой не помнил. Выпил, поел, дальше провал. Освежившись, он вернулся к этому вопросу.
— Ну, колитесь, чего вчера было?
— Да ничего не было, — пустились в отрицалово кореша.
— А чего тогда лыбитесь? — продолжил допрос Вова. — Я, как выпил, ничего и не помню. Что дальше было-то?
— Хозяйка тебя в спальню увела, да на свою кровать уложила.
Так это была хозяйская кровать!
— А дальше?
— Дальше она к нам вернулась, гулять продолжили.
Устал человек, выпил, сморило его. Хозяйка помогла лечь спать. И с чего тогда ржать? Рассказчик тем временем продолжил.
— Через полчаса хозяйка из-за стола встала и в спальню нырнула.
Вова напрягся.
— Еще через четверть часа выскакивает вся в слезах, шипит, как кошка.
— А что? Я ничего…
— В том-то и дело, что ничего. Опозорил, ты Саныч, Красную армию, а еще — ефрейтор!
Тут уже все заржали в голос. Хозяйка, вероятно, пыталась Вову пробудить, и не только Вову, но к ее стараниям, судя по всему, оба обитателя ее кровати остались глухи.
— Да я, считай, трое суток не спал, из-за руля не вылезал, устал как…
Лопуховские оправдания звучали жалко, это он и сам понимал, но решил сегодня же вечером восстановить свое реноме. Объект, правда, красотой не блистал, да и возраст далеко не юный, но все женские причиндалы были в наличии. Визуально же в темноте большой разницы между хозяйкой и какой-нибудь моделькой нет, особенно, если перед этим стакан на грудь принять. А что если найти ее прямо сейчас и пообщаться где-нибудь в сараюшке? Да и кусты по летнему времени пойдут.
Приняв решение, Вова затянул ремень, лихо сбил на ухо пилотку и двинул на выход.
— Если начальство будет искать — я скоро приду.
И вышел, сопровождаемый гнусным ржанием гадов-сослуживцев. Не к ночи будь помянутое начальство не преминуло испоганить Вове намечающуюся лафу. На выходе из дома он столкнулся с лейтенантом Никифоровым.
— О, Лопухов, хорошо, что я тебя нашел! Собирайся, надо горючее в первый батальон доставить.